Seduction

Открыв дверь ее спальни, Клаус осторожно кладет девушку на кровать. Не долго думая, он снимает свой плащ, бросая его на стул. - Мне очень жаль, - шепчет Кэролайн, закрыв глаза. Она чувствует, как он снимает с нее обувь, но не может даже шевельнуться в знак протеста, ноги все еще болят после танцев, и она бессильно откидывается на подушки, позволяя себе расслабиться. Клаус прикрывает ее легким одеялом и вытаскивает шпильки из прически Кэролайн, распуская ее волосы, светлые кудри мягким одеялом ложатся на ее лицо и подушку. - Почему ты отталкиваешь меня? – неожиданно нарушает молчание он. - Ты иногда меня пугаешь, - сонно отвечает девушка. Она произносит это прежде, чем успевает подумать, и отдала бы, наверное, все, чтобы вернуть слова обратно. Клаус наклоняется ближе к ней, черты его лица смягчаются: - А если бы я сказал, что не наврежу тебе? Она открывает глаза, услышав это. - Тогда я бы назвала тебя лжецом. Ее разум затуманен, и ясно Кэролайн может видеть только лицо Клауса. Она легко кладет руку на его грубую щеку и медленно проводит большим пальцем по верхней губе. Его глаза становятся еще более синими. - Очень красивым лжецом, - пьяно поправляет себя она. Коснувшись другой ладонью щеки Клауса, она притягивает его лицо к себе, прильнув к губам. Образ их последнего поцелуя четко вырисовывается под закрытыми веками, и желание снова колет кожу. Кэролайн углубляет поцелуй. Не торопясь, он откладывает одеяло и переносит свой вес на Кэролайн, опираясь на руки, чувствуя ее прикосновения на коже, как она тонкими пальцами проводит по его плечам, очерчивает мышцы груди и пресса. Ее ногти впиваются в плоть сквозь одежду, Кэролайн едва слышно стонет ему в рот, пробуждая желание. Не в силах терпеть, Клаус прочерчивает дорожку резких поцелуев по ее шее к груди, слыша, как она в безумстве стонет его имя, затвердевая от одной только мысли о ночи, что проведет с ней. Проходит пара секунд, прежде чем она очень медленно расслабляется под ним. Затаив дыхание Клаус приподнимается на локтях, глядя на нее сверху вниз. На щеках Кэролайн играет легкий румянец, а губы красны от поцелуев, но тело расслабленно, а глаза закрыты. Она спит. Она умудрилась заснуть, пока он целовал ее. - Кэролайн, - выдыхает мужчина, надеясь, что зрение его обмануло. В ответ слышится тихое посапывание, и он сердито перекатывается на спину. Закрыв глаза, Клаус делает глубокий вдох, стараясь расслабиться. Кэролайн, повернувшись на бок, прижимается к нему, кладя ладонь на грудь, только распаляя своими прикосновениями. Слишком он близко, чтобы унять неудовлетворенность. Сбросив хрупкую ладошку, Клаус поднимается на ноги. - Элизабет, - грубо зовет он. Через несколько секунд та открывает дверь в комнату Кэролайн. Ее взгляд, быстро метнувшись от Клауса к спящей Кэролайн, снова возвращается к разгоряченному желанием мужчине. Он возбужден настолько, что это накаляет воздух в комнате. Объединив фрагменты мозаики и поняв, что случилось, Элизабет заходится смехом. - Уснула, да? – все еще смеясь, спрашивает служанка. - Раздень ее и убедись, что девушке удобно, - недовольно приказывает Клаус. Элизабет закрывает глаза, сжимая губы в тонкую линию, отчаянно пытаясь контролировать смех. - Да, господин мой, - говорит она, садясь в реверансе, когда Клаус, пройдя мимо, сердито хлопает дверью. Не в силах подавить смех, служанка поворачивается к мирно спящей Кэролайн. - Никогда, за все годы службы здесь, не видела подобного, - шепчет она, начиная раздевать блондинку. – Глупая девочка, ты даже не понимаешь своей власти над ним, так ведь? Клаус, прислонившийся к стене у спальни Кэролайн, глубоко вздыхает, слыша слова и сдавленный смех горничной. Все идет совсем не так, как он планировал.