Love and liberty

Небо над Уилтширом затянуло мрачными тучами. Ветер ожесточённо трепал вершины разлогих деревьев парка Малфой-мэнора, срывая пожелтевшие осенние листья и разнося их по всему двору. — Добби предстоит много работы после этой бури, — холодно заметила миссис Малфой, недовольно глядя на бушующую за окном столовой природу так, словно обвиняла её во всех бедах. Не исключено, что именно так она и полагала, ведь Нарцисса Блэк прослыла своей претензиозностью и требовательностью к мелочам ещё в юности, а уж после замужества и обретения гордой фамилии Малфой эти её, несомненно, полезные для хозяйки поместья черты только лишь усилились. Лорд Малфой безразлично кивнул, не отрывая взгляд от желтоватых страниц газеты. — Да, дорогая, осень в этом году возмутительно пасмурная, — сухо ответил он, продолжая читать. — Говорят, такая погода ожидает нас ещё примерно неделю. Нарцисса обеспокоенно посмотрела на мужа, затем перевела расстроенный взгляд на грозовое небо, и снова повернулась к мужчине. — Но, дорогой, не считаете ли вы, что в таком случае нам придётся отменить пикник с Паркинсонами? Это было бы очень прискорбно, — с сожалением вздохнула она. — Бедняжка мисс Паркинсон, она так жаждала встречи с Драко. Полагаю, она до сих пор хранит надежды на брак с нашим сыном, — в голосе леди Малфой, вопреки её словам, проскользнула едва заметная насмешка. Она сделала крошечный, как и полагается леди, глоток ещё тёплого чая, и со скучающим выражением лица посмотрела на сына. Драко Малфой сидел на другом конце стола и с не менее скучающим видом держал в руках свою чашку, безучастно рассматривая портреты на стенах. — Драко, милый, когда должен прийти твой преподаватель? Юный лорд Малфой, явно блуждающий в своих мыслях, едва заметно вздрогнул, и несколько мгновений непонимающе смотрел на мать, а затем, словно вспомнив, о чём она говорила, кивнул: — Мистер Снейп явится завтра по полудню, maman. — Как проходит твоё обучение? — участливо поинтересовалась Нарцисса, но Драко отчего-то показалось, что его ответ ей не особенно интересен и она спрашивает просто из вежливости. — Весьма успешно, благодарю за заботу, maman, — женщина, удовлетворившись его сухим ответом, кивнула. Его мать никогда не интересовалась науками, в отличие от Драко. Она полагала, что для леди чрезмерная заинтересованность в образовании не просто неуместна, но даже вульгарна. Даже его отец, который был более серьёзен и теснее связан с его исследованиями, не относился к ним с достаточным уважением. Он убеждённо считал, что наследнику рода однажды надоест забавляться медициной и после его смерти он переймет их семейное дело. Но на Драко все эти рассчеты и финансы с детства наводили непреодолимую тоску, хоть он и делал успехи в этой области, чем неизменно радовал родителей. — Я нанял нового конюха на днях, — буднично осведомил лорд Малфой. — Что случилось с Уиллом? — поинтересовался Драко. — Ему нездоровится, он решил вернуться в деревню. — Как жаль, — без особого сожаления вздохнула леди Малфой. Было видно, что судьба конюха её не волнует. — Надеюсь, он в скорости поправится. Драко, уже допивший свой чай и откровенно скучающий, решил, что настало время откланяться и, наконец, уйти к себе в комнату, как вдруг голос отца остановил его: — Драко, что ты решил насчёт женитьбы? — юный лорд Малфой еле подавил желание обречённо простонать, но такое поведение точно вызвало бы волну негодования со стороны родителей. Вместо этого он плотно сжал губы в тонкую полоску, беря себя в руки. — Я… пока предпочитаю отложить её на неопределенное время, — тщательно взвешивая слова, произнес он. Лорд Малфой сурово посмотрел на него и величественным жестом отложил газету. Драко моментально напрягся на своем стуле, ожидая очередного тяжёлого разговора. — Все юноши твоего возраста уже обзавелись подходящими супругами. Ты не можешь посвящать всё своё время науке, сын. У тебя имеется долг перед родом, и ты исполнишь его. Твоё желание обучаться похвально, но не забывай, что ты обязан сохранить фамилию. — Papa, — Драко, воспитанный никогда не перечить родителям, говорил очень осторожно. Он никак не мог уловить тот миг, когда обычная чайная церемония вдруг превратилась в строгий допрос. — Я всё же считаю, что достаточно молод, чтобы думать не только лишь о поисках супруги и продолжении рода, но и о некотором развитии. Драко с замиранием сердца заметил, как по лицу отца пробежала мрачная тень. Он приготовился к яростной дискуссии, в которой наверняка потерпит поражение, но мать неожиданно вступила в разговор, хотя обычно предпочитала оставаться в стороне от споров мужчин. — Дорогой, пожалуйста, не превращайте трапезу в скандал, — миролюбиво, но с некоторым только ей свойственным нажимом произнесла она, накрыв руку мужа своей. Люциус нахмурился, но успокоился. Тогда Нарцисса повернулась к Драко. — Милый, я не могу понять, почему ты так откладываешь это? Вокруг есть великое множество прекрасных леди, достойных тебя. Например, мисс Буллстроуд. Очень симпатичная девушка, не так ли? — Симпатична, но в её руках никогда в жизни не лежало ничего хоть отдалённо напоминающего книгу, — не сдержался Драко, за что получил неодобрительный взгляд матери. — Женщине не пристало быть умной, — заметил Люциус. — Она должна быть хорошей хозяйкой поместья, способной управиться со всеми слугами, заботливой матерью и прекрасной женой, а большего от неё и не требуется. С таким подходом, как у тебя, ты никогда не найдёшь подходящую супругу даже среди самых достойных леди. — Рара, прошу вас, — устало вздохнул Драко. — Не могли бы мы отложить этот разговор на потом? Мне предстоит ещё много работы. А сейчас я бы с удовольствием прогулялся на улице, пока есть такая возможность. — В такую погоду? — с сомнением покачала головой Нарцисса, но Драко понял по её тону, что может покинуть стол. С лёгким поклоном попрощавшись с родителями, он ровным шагом вышел из столовой, провожаемый горестными вздохами матери о том, как же всё-таки жаль, что пикник с Паркинсонами, по всей видимости, не состоится. •••• Погода и впрямь была отвратительна. Драко, на котором из верхней одежды был один только пиджак, тонкий материал которого никак не мог защитить его от промозглого колючего ветра, всё время невольно сжимался. Тучи на небе всё сгущались, казалось, вот-вот хлынет ливень. Однако, Драко решил, что лучше уж он промокнет до нитки здесь, чем вернётся в мэнор, где ему снова придется выслушивать назидательные речи отца или неприкрытые укоры матери. Все эти беседы насчёт обязательной помолвки приводили его в отчаяние. Как мог он объяснить родителям, которые грезили наследником, что свадьба для него — всё равно, что заковать себя самого свинцовыми цепями? Как часто он видел, что супружеская жизнь лишает людей воли, делает женщин такими, как его мать — беспокоящимися лишь об очередном наряде для важного приёма, а мужчин, как его отец — совершенно не заинтересованными ни в своих драгоценных жёнах, ни в подающем надежды чаде. Разумеется, он понимал, что таковы порядки, что он и впрямь должен жениться на благопристойной женщине и продолжить род, улучшить положение дел семьи и укрепить их статус среди других, но душа его лежала совсем к другому и с завидным упрямством не хотела идти по предначертанному пути. Драко, погрузившись глубоко в свои мысли, бездумно бродил по мощёным дорожкам меж невысоких ухоженных деревьев, не обращая внимания ни на что, даже не замечая холодного ветра, что-то и дело поднимал полы его пиджака. Задумавшись, он поднял взгляд высоко в небо — кажется, погода и не собирается улучшаться, видимо, всё же придётся возвращаться обратно… — Осторожнее, сэр! Драко, совершенно не ожидавший этого крика, испуганно дернулся и замер, как вкопанный, лихорадочно ища глазами того, кто кричал. На расстоянии вытянутой руки от него возвышался вороной породистый скакун, на спине которого почему-то не было седла. Ошалевший Драко, успевший засомневаться в своём душевном здоровье, с облегчением выдохнул, когда из-за спины коня вышел незнакомый юноша и с виноватой улыбкой принялся оправдываться: — Извините, сэр, я вас не заметил. Не думал, что кто-нибудь из хозяев решится выйти на улицу в такую-то погоду, поэтому и не ожидал здесь увидеть вас, — Драко внимательно посмотрел на продолжавшего извиняться парня. У него были иссиня-чёрные волосы, притом так торчащие в разные стороны, что казалось, будто ему вообще не известно, что такое щётка для волос. Одет он был в светлую и явно недорогую рубашку и рабочие брюки грубой ткани, которые цеплялись за плечи кожаными подтяжками. Его щеки были немного чумазыми, а на лбу, прикрытый непослушными волосами, был небольшой шрам, своими очертаниями напоминающий молнию. Но что запомнилось Драко больше всего — невероятные ярко-зеленые глаза, которые так и искрились неисчерпаемым добром и смехом, а в данный момент ещё и покаянием. Он никогда не видел таких глаз, ни разу в жизни. От парня веяло жизнью, и душа Драко, девятнадцать лет чахнувшая в тоске мэнора, неумолимо потянулась к незнакомцу, желая тоже согреться в тепле, которое он излучал. — Кто… — Драко пришлось откашляться, чтобы взять себя в руки; он с трудом постарался не смотреть на парня так откровенно, — Кто ты? — Меня зовут Гарри, сэр, — ещё шире улыбнулся юноша, — Гарри Поттер. Я ваш новый конюх. А вы, должно быть, сэр Драко Малфой? Ваш отец нанял меня сегодня. Да, что-то такое рара говорил… Он, кажется, упоминал, что принял на работу кого-то вместо Уилла, которому нездоровится, но он не говорил, что этот кто-то — такой же молодой юноша, как и сам Драко. Драко бросил ещё один нескромный взгляд на Гарри. Тот был на полголовы его ниже, но вряд ли намного моложе, скорее всего, они были ровесниками. — Что ты делаешь с этим скакуном? — поинтересовался Драко. Гарри обернулся к коню и любовно погладил его по носу, а затем снова повернулся к Драко. Очевидно, он любил свою работу. — Почему он в парке? — О, сэр, как сообщил мне напоследок Уилл, Нимбус травмировал колено, но он сумел поставить его на ноги. Теперь Нимбус нуждается в коротких прогулках, чтобы заново разработать сустав, а так как эта аллея находится совсем рядом с конюшней… — Нимбус? — непонимающе переспросил Драко, совершенно невежливо перебив Гарри. Тот запнулся и удивлённо посмотрел на него. — Это кличка коня, — пояснил он. — Я думал, вам известно, как зовут лошадей, принадлежащих вам. Драко мгновенно смутился и почувствовал себя не в своей тарелке. Он ненавидел обнаруживать, что кто-то разбирается в чем-либо лучше него самого. Наверное потому, что среди всех своих приятелей вроде наследников Крэббов или Гойлов, которые никогда не отличались острым умом, он всю жизнь был тем, кто знал больше всех. И теперь ему, уязвленному в своем самолюбии, слова какого-то конюха казались едкой насмешкой и жестоким оскорблением. — Не имею ни малейшего представления, почему вы так решили, — гордо вздернув подбородок, высокомерно ответил Драко. — У меня и так полно забот, чтобы учить ещё и имена каждой лошади Малфой-мэнора. Но если у вас достаточно времени и желания на это, то, конечно, можете запомнить хоть их все. Я, однако, предпочитаю тратить свою память на что-нибудь полезное. Дружелюбное лицо Гарри моментально помрачнело. — Я ни в коем случае не хотел оскорбить вас, сэр, — поджав губы, пробормотал он. Драко, почему-то расстроенный тем, что улыбка Гарри сошла на нет, отстранённо подумал о том, что бы сказала ему maman, попробуй он столь неподобающим образом поджать губы при ней. — Леди Малфой была бы недовольна узнать, что вы водите лошадей по парковым дорожкам, — вместо извинений, что так и крутились на языке, так же высокомерно заметил Драко. — Нимбусу необходимо двигаться, — возразил Гарри, нахмурившись. — Почему бы ему не делать это в другом месте? — Например, где? Ни лорд Малфой, ни Уилл не просветили меня на этот счёт. Я только сегодня приступил к своим обязанностям. — Насколько я знаю, на заднем дворе с востока есть небольшой луг, — задумчиво произнес Драко. — Это ведь подходящее место для скакуна, не так ли? — Да, вполне, — снова расплылся в довольной улыбке Гарри, и Драко, как ни старался, не смог объяснить, почему с возвращением улыбки на его лицо вернулось и тепло в его сердце. — Благодарю вас за совет, сэр. — Не за что, — пробормотал Драко, отчего-то вдруг смутившись. Совсем неожиданно ему прямо на нос приземлилась крупная капля, и он с удивлением поднял голову, чтобы посмотреть на небо. Казалось, небеса долго терпели, чтобы дать им возможность пообщаться, а теперь разверзлись мощным ливнем, который, по всей видимости, окончится ещё не скоро. — Возвращайтесь в дом, сэр, — мягко предложил Гарри, словно прочитав мысли Драко. Тот судорожно кивнул и, развернувшись на каблуках, торопливо пошёл обратно, спиной ощущая теплый взгляд Гарри и недоумевая, почему же щёки продолжают нещадно гореть. Когда он захлопнул за собой дверь, с облегчением окунаясь в тепло мэнора после колючего холода улицы, перед ним словно из ниоткуда возник Добби — низкорослый сухорлявый слуга с до смешного большими ушами — и заботливо протянул ему полотенце. — Я попрошу Тинки приготовить вам горячую ванну и заварить чай, — пропищал он, но Драко только отмахнулся. — Не нужно ванной, я не так уж сильно промок, — не совсем, конечно, ливень не оставил на нём ни единого сухого места, но Драко вовсе не чувствовал этого. Ему казалось, что весь он состоит из тепла и света, а стоило ему вспомнить необыкновенные зелёные глаза конюха, во всём теле ощущалась такая непривычная лёгкость, которой он никогда прежде не знал. — Но от чая не откажусь, — подумав, добавил Драко. Добби что-то пискнул и бросился к кухне. Уже в комнате, ожидая чая, Драко вдруг вспомнил, что он сказал Гарри, и бросился к окну. Почему-то тогда он не сообразил, что окна его собственной спальни выходят на тот самый луг. Затаив дыхание, Драко медленно подошёл к окну и отодвинул шторы. Он едва сдержал ликование, когда увидел, что Гарри и в самом деле воспользовался его советом и теперь водил черного скакуна по невысокой траве, то и дело с неприкрытой нежностью похлопывая его по холке или гриве. — Лорд Малфой, сэр, чай подан в Голубой столовой, — послышался писклявый голос из-за двери. Драко, едва подавив желание распахнуть окно и крикнуть конюху убираться из-под ливня, а не то простудится, медленно отступил, бросая напоследок взгляд на тёмные вьющиеся волосы, и неохотно вышел из комнаты, где в Голубой столовой его ожидала maman, негодующая по поводу того, что Драко мог подхватить пневмонию в такую погоду.