Альфа на вырост

Ох… Что же так темно? Глаза совсем не хотят открываться… Голова гудит… И, по-моему, не только голова… Все тело ломит. Омега, что лежал на больничной койке застонал, пытаясь пошевелиться. Больно. Как же больно… Я вроде давно с коней не летал… Так от чего же?.. Омежка поджал губы, морща лоб. Воспоминания никак не хотели возвращаться в головушку. Ладно, раз не помню, значит не так уж и важно. Надо что-ль хотя бы глаза открыть. Вторая попытка распахнуть зеленые глазки так же не увенчалась успехом. Они отказывались открыться и прояснить ситуацию, а организм жутко клонило в сон. А может, и вправду поспать?.. Мягко… Удобно… Хорошо… Русоволосый омега хотел было снова погрузиться в царство Морфея, но что-то грызло его изнутри. Тот вздохнул. Нет. Все же чувство, что я забыл что-то важное и значительное… Надо собрать картинку. Школа… Тимми позвал на разговор… Брайн… Брайн! Что с Тимми?! Май резко вскочил с кровати, уже без нюней открыв глаза. Голова закружилась, и появилась легкая тошнота, но сейчас главное узнать как там альфенок. Омега огляделся. Взгляд был мутный, и мозг с трудом собирал всю информацию в одну картинку, но Май старался. Действительно старался. Больница. Точно. Значит он все же вызвал скорую. Как хорошо. Значит Тимму помогли. Придерживаясь за стенки кровати, столы и все, за что только можно, чтобы не упасть, ибо Май спотыкался через каждый шаг, а если спотыкаться было не обо что, то просто путаясь в ногах омежка верно шёл к цели. Целью была дверь, при достижении которой его тут же подхватил медбрат. — Господин! Господин, Вы чего?! — омежка в белом халате сурово осмотрел Мая. — Вам нельзя вставать. У Вас сотрясение мозга. И еще много ссадин, синяков и царапин по всему телу. Вам положен сон и покой, а не блудничество по больнице! Май не стал слушать, чего там говорил тот, кто преградил ему путь. Это лишняя информация для его мозга. Он, еще раз осмотрев паренька, что стоял напротив него, сделал вывод: Врач. Или около… В любом случае точно знает, где альфенок. — Где мальчик?.. Тимми, двенадцати лет. — Что ж, голос хриплый, но хотя-бы есть. Да и говорить не трудно, это уже радует. Май еще раз огляделся. Предметы все еще были размытыми, а яркие цвета резали глаза, но это больше не разноцветное пятно. Значит точно сотрясение. Проходили, знаем. Омега моргнул и выжидающе уставился на доктора… Или кто он там? — Ты про того паренька, что спас тебя? — медбрат заулыбался, а Май чуть запоздало кивнул. Пришлось несколько раз повторить предложение в голове, прежде чем понять всю суть. А тем временем омега в белом халате продолжил. — Такой маленький, а уже герой! Ты не волнуйся, он в порядке. А тот негодяй, что напал на вас, получит по заслугам. Тут уже и полиция, и все были. Так что все будет хорошо. Услышав, что с Тимми все хорошо, Май облегченно вздохнул и дальнейшее щебетание омеги слушать не стал. — Проводите меня к нему. — Зачем? Я же сказал, что с ним все хорошо. Иди отдыхай. И тебе, и ему покой нужен. Май нахмурился и отрицательно покачал головой. — Этот ребенок пострадал из-за меня. И пока своими глазами не увижу, что он в порядке — не успокоюсь. Если не проводишь — сам найду. И, не говоря более ни слова, Май двинулся вперед. Ему повезло, что медбрат оказался сговорчивый. Закатив глаза, омега в белом халате подхватил своего пациента под руку, что бы тот ненароком не упал, и повел его к палате Тимми.

***

Май уже минут десять сидел на лавочке возле палаты, боясь зайти. Он несколько раз заглянул внутрь и, убедившись, что Тимм жив и очень относительно, но всё-таки здоров, подуспокоился, а пыл подугас. И как ему теперь в глаза смотреть? Ведь если бы Май сразу поверил алфенку, то ничего бы и не случилось. А он еще и руку на него поднял. Ма-а-амочки! Да ему за это руки отрезать надо! Ударить ребенка, который после всего этого еще и спас его. Какой мразью нужно быть? А ведь Тимм не задумываясь готов был чуть ли не жизнью пожертвовать… Силы были явно не равны, но он не испугался и все равно влез… Пока все остальные проходили мимо. Май до крови прикусил губу, и спрятал лицо в руках. Противно. Как же от самого себя противно. — Что ты там вообще делал? — чуть визжащий голосок раздался из палаты Тимма. Май отставил самобичевание и прислушался. — Защищал омегу. — А голос у Тимма такой твердый, уверенный… Будто и не ребенок вовсе. Будто не на него фальцетом орет папочка-омега. — Как ты оказался в этом неблагополучном районе? Зачем влез? Тебе что, больше всех надо? Май закрыл уши. А можно голос, хоть чуть по-ниже? Голова и так трещит. Но любопытство перебороло, и омега снова открыл ушки, вслушиваясь в разговор. — А ты? Ты что молчишь? Тебя что, не волнует, что твой сын шляется где ни попадя, а потом в больнице с переломанными ребрами оказывается?! — Он поступил как настоящий альфа. И я могу сказать, что горжусь своим сыном. — прозвучал спокойный, такой же, как и у Тимма уверенный голос. Теперь ясно, в кого альфенок. — Да как ты можешь! Ты отец или кто? Тимм в больнице! И из-за кого! Из-за какой-то шлюшки! Да он наверняка сам под того бугая лез! Май сжался. А ведь в какой-то степени его папа прав. Тимми же предупреждал Мая о намерениях Брайна… А он, можно сказать, сам ему в лапы и пошел. — Не смей оскорблять МОЕГО омегу. — Тимм так явно выделил слово «моего», что Май по самые уши вогнался в краску. До него, казалось, только сейчас дошло, что все это время ребенок не шутил о своих намереньях. — Что? Твоего?! Да он старше тебя! Этот шлюшонок и тебе голову вскружил?! Я ему сейчас устрою! Послышались шаги, и резко распахнулась дверь. Статный омега сразу заметил сжимающегося Мая. Он уставился на него, как удав на кролика, а после снова полились вопли. — Так это отребье еще и подслушивает! — папа Тимма ловко, но при этом с жутким пренебрежением подхватил Мая за локоть и втянул в палату. На него сразу уставились два изучающих взгляда. Отец-альфа, что спокойно сидел у кровати сына, немного оценивающе оглядел Мая, Тимми же, казалась, как рентген осматривал русого до малейшей ссадины и, видимо, убедившись, что серьезных повреждений его здоровью не нанесено, дружелюбно улыбнулся. — Как ты совращал моего сына? Признавайся! — Май зажмурился: «Ну зачем прям на ухо так визжать?..» Тимм заметил дискомфорт своего омежки и тут же перевел взгляд на своего папу. -Па, отпусти его. — На просьбу сына тот лишь сильнее сжал локоть Мая, явно не собираясь сдаваться. Тогда Тимм, вздохнув, продолжил — Если ты сейчас же не отпустишь и не перестанешь унижать МОЕГО омегу — я уйду из дома. Папочка побледнел, начав открывать и закрывать рот, как рыба, но при этом послушно отпустил Мая. Подобные меры для Тимма — крайность и использует он их исключительно когда ему что-то очень важно. И если уж его сын скатился до шантажа, то при надобности он его обязательно исполнит. Он еще раз окинул взглядом избранника Тимма и снова посмотрел на неблагодарного ребенка. Нижняя губа омеги задрожала и он умоляюще посмотрел на сына. — Я растил тебя двенадцать лет! Ночи не спал! Фигуру испортил! Все нервы вымотал! И для чего?! Что бы ты теперь предпочел ЕГО мне?! Но не дождавшись никакой реакции от публики, старший омега громко ахнул и картинно упал в обморок. Май уже было попытался его поймать, но его опередил отец-альфа. Он, улыбнувшись зеленоглазому, еще раз посмотрел на сына, потом опять на юного омежку, хмыкнул, отмечая что-то про себя, и, поудобней перехватив супруга, вынес того из палаты. Май и Тимми остались одни. Омега опять до одури почувствовал себя не уютно. Все это из-за него. Это из-за него он сейчас поругался с папой и лежит в больничной койке. Май поджал губы и отвел взгляд. — Это его нормальное поведение. — будто прочитав мысли тихо начал альфенок и, снова поймав взгляд Мая на себе, похлопал ладошкой по кровати, приглашая к себе. Омежка замялся, но все же сел на край кровати. Было чувство, что это он тут маленький ребенок, а не Тимми. Подняв полной вины взгляд на мальчика, Май тихо прошептал. — Прости… — и хотел было продолжить, но заметив отрицательный кивок головы от альфенка — замолчал. — Забыли… — Да. Тимми было больно. И даже больше не от двух сломанных ребер, а все еще от того, что Май ему не поверил. А еще ему было до ужаса страшно. Что было бы, если б он не успел? И хоть в итоге омега спасал его… Но… Сейчас все закончилось относительно не плохо. Как же хорошо, что он тогда установил приложение слежения на телефон Мая! И как же хорошо, что он поборол свою глупую обиду и решил проверить, добрался ли омега до дома… А когда увидел, в каком районе он находится, сердце в пятки ушло. Стали сразу всплывать ужасные картины, и Тимм не думая бросился за избранником. Тимм протянул руку к голове Мая, сжимая зубы от боли в груди, легонько погладил его по волосам и аккуратно потянул его голову вниз, заставляя того лечь рядом с ним. Май послушно улегся. Так тепло. Уютно. Хорошо… По-родному. — Только обещай. Что впредь будешь всегда верить мне. А я обещаю, что никогда не совру. — Тихо прошептал альфенок, перебирая волосы омеги. Тот только что промурчал. Настоящий котенок. Его маленький любимый котенок. — Обещаю… — так же тихо прошептал Май, погружаясь в сон.