Глава 1. Незнакомка
14 декабря 2017 г., 03:53
Сегодня пятница, тёплый весенний вечер. Адриан прошлой ночью приехал домой с аэропорта. Последний раз он был в Париже года три назад. Трудно оставаться на одном месте, когда возглавляешь одно из сильнейших международных модельных агентств в свои тридцать три. Большая ответственность для одного человека. Иногда кажется, что это уже перебор: он слишком устал и чересчур одинок для того, чтобы наслаждаться всеми привилегиями «полноправного члена общества золотой молодежи».
Давно живя будто по инерции, он успел потерять вкус к жизни, как говорится. У Агреста есть хорошие друзья, с которыми он, конечно, познакомился, благодаря своей профессии. Эти люди интересны, талантливы и богаты. Многие из них к нему положительно относятся, с некоторыми он порой даже выбирался пропустить пару стаканчиков в баре, если ему предлагали, но инициатором посиделок или встреч Адриан никогда не являлся. Что с ними, что без них — разницы никакой, он всё равно один.
Один… Последние лет пять, он уже не задумывается об этом, как раньше. Одиночество всегда рука об руку с ним, где бы и с кем бы он ни был. Иногда, правда, тоска снова возвращается, но лишь мимолётно, заставляя вновь почувствовать себя стариком, который отжил своё, но так за всю жизнь ничего и не понял… Пожалуй, от ненужных и надоевших мыслей стоит проветрить голову.
Адриан решает прогуляться на свежем воздухе. Он неспеша шагает по аллее, осматриваясь вокруг. Звонит мобильный, он берёт трубку, из которой доносится очередная болтовня Натали.
— Адриан, тебе удобно сейчас говорить?
— Да, Натали. Что-то случилось? — бесцветным голосом спрашивает он.
— Ничего не случилось. Мне нужны адреса отелей и съёмных квартир, чтобы твои вещи перевезти сюда как можно скорее. Твоя долго пустовавшая квартира мрачновата, это мешает нормальной жизни, — чётко произносит она.
…Будто для него есть смысл в нормальной жизни.
— Да, я буду дома через час, думаю. Отправлю тебе имэйл со всеми данными. А ты можешь, пожалуйста, просмотреть список общественных…
Адриан не понимает, о чём причитает Санкёр. Мобильный вдруг выскальзывает из его рук. Голос Натали всё ещё слышится из трубки. Адриан замер. Он слышит биение своего сердца, гулко отдающего куда-то в виски. Он не может пошевельнуться: так и застыл на месте. Этот голос… Нежный, знакомый до боли голос. Медленно, словно боясь спугнуть это, как он думает, наваждение, Агрест поворачивается лицом к противоположной стороне аллеи, откуда слышится разговор трёх людей.
Напротив — скамейка, возле которой стоят девушка и парень, а перед ними — мужчина в возрасте. Но не это заставляет давно охладевшего ко всему окружающему Адриана застыть в немом крике. В паре шагов от него, рядом с парнем стоит девушка-подросток. Он не знает её в лицо, впервые видит. Но её жесты. Её интонации. То, как уверенно она смотрит в глаза этому странному мужчине, пытаясь что-то ему доказать. Так знакомо. Это напоминает незабываемую юность, воспоминания о которой запрятаны где-то далеко. В позе и выражении лица этой девушки есть что-то родное, трогающее Агреста до глубины души, задевающее за живое.
Спустя несколько секунд до него долетают обрывки их разговора:
— Вы не имеете права ни с того ни с сего говорить всякие пакости незнакомым подросткам на улице, — с вызовом произносит девушка.
— Тише, давай молча уйдем, ты же не хочешь нарваться на неприятности? — говорит ей парень, стоящий рядом.
— Молчал бы, рыцарь нашелся. Давай-ка, сходи за мороженым себе, да успокойся. Не жадничайте, ребята. Раз такую юбочку надела, значит, поделиться со мной ты не про… —мужчина не заканчивает предложение, потому что на его плечо ложится чья-то рука.
— У вас какие-то проблемы, молодые люди? — встревает в разговор Адриан, пытаясь оградить подростков от рук неприятного типа.
Мужчина скидывает руку Адриана с плеча, ухмыляется, фыркнув, и сворачивает в сквер, находящийся чуть правее той самой скамьи. Всё это длится не более минуты. Девушка бросает уверенное «Спасибо», хватает за руку своего спутника, и они вдвоём быстрыми шагами идут в сторону выхода с аллеи. Адриан продолжает стоять на своем месте, не понимая, что на него нашло. Он вспоминает, что в руке держал телефон, поднимает его и медленно-медленно продолжает прогулку.
Возвращается домой он поздно. Так и не перезвонив, он надеется, что Натали не будет сильно волноваться. E-mail отправлен. Адриан идёт спать на свою большую пустую кровать с тёмно-зелёным покрывалом. Проходит полчаса, час, а сна ни в одном глазу.
Мысли о той девушке не хотят покидать его сознание. Они настойчиво напоминают о себе, не давая покоя. Он всё-таки смиряется со своей участью и признаёт, что больше не может игнорировать собственные эмоции. Казалось бы, едкая тоска по былым временам уже несколько лет не тревожила его так сильно, он уже давным-давно научился подавлять в себе желание насладиться отрывками воспоминаний, таких дорогих сердцу. Он уже не маленький мальчик, не инфантильный парень, который никак не может забыть очень важный для себя период жизни. Он взрослый мужчина и не должен снова поддаваться соблазну впасть в депрессию от того, что воскресит в своей памяти некоторые образы. Но, видимо, всё тщетно. Сегодняшняя встреча пробудила чувства, которые Адриану удавалось успешно подавлять день за днём на протяжении пятнадцати лет.
Он всё ещё сохраняет самообладание, не позволяя себе называть вещи своими именами: только отголоски мыслей, только образы, только призрачные отрывки из прошлого… Иначе опять будет больно, сердце снова разобьётся, как разбивалось каждый раз, позволь он себе предаться прежним мечтам. Агрест переворачивается на спину, уперев взгляд в потолок, глубоко вздыхает, анализируя прошедший вечер, и пытается воспроизвести в памяти голос той девушки… Не выходит, потому что перед глазами всплывает другая улыбка, самая нежная улыбка на свете…
Тогда он начинает в деталях представлять ту сценку, что разыгралась у него на глазах в той аллее. Видимо, двое молодых людей мирно гуляли в то время, как к ним подошёл подозрительный прохожий, решивший попугать их своими сальными словечками. Но девушка оказалась не из робкого десятка. Она так бесстрашно смотрела на того мужчину, её выражение лица было серьезным, взгляд уверенным и спокойным, а меж бровей от сосредоточенности пролегла морщинка… Этот взгляд. Глаза этой девушки-подростка не были такими же, но от ощущения дежавю Адриан никак не может избавиться.
Он не понимает причины, по которой так неожиданно снова начал верить в то, что всё это на самом деле было. Порой он убеждал себя в том, что все произошедшее с ним в промежуток с пятнадцати до восемнадцати лет — просто иллюзия. Сон… Неповторимый, красочный сон, благодаря которому он все ещё хотел жить. Если эта девчушка так напоминает те дни, может, это всё и было наяву?
Может быть, та девушка Её родственница? Может быть, не всё потеряно? Если она в Париже, то может ему удастся через эту незнакомку повстречаться с…
НЕТ. НЕЛЬЗЯ. Нельзя даже мало-мальски надеяться на что-нибудь, иначе это грозит серьёзным эмоциональным срывом. Потом он ведь не соберёт себя по частям…. Нельзя так далеко заходить. Можно думать только о сегодняшнем дне, о том взрослом ребенке, чья мимика показалась такой родной, чьё присутствие рядом в течение пары минут так сильно повлияло на него. Может быть, он просто сходит с ума? Взрослый дядька, как никак, директор крупной компании, а жалеет себя как дитя.
Бывший Нуар чувствует себя слабаком. Жалким, ничтожным слабаком, который только и умеет, что ненавидеть себя. Он так хотел переступить через это, хотел стать оптимистичнее, хотел забыть… Как тут забудешь, когда это и было жизнью. Это и была жизнь, наполненная встречами, эмоциями, чувствами… Вкусом… А теперь — пустота, серая, блеклая, тихая пустота.
Когда он успел дойти до такого? Ведь были же у него друзья. Он честно пытался всё начать заново, но так и не смог найти никого и ничего, хотя бы отчасти на столько же согревающего, как те канувшие в лету деньки его беспечной молодости. Затем его мысли снова возвращаются к сегодняшнему происшествию.
Интересно, что за жизнь ведёт эта девушка? У нее, наверное, замечательные родители — раз она такая справедливая.
Адриан усмехнулся, ибо не привык замечать за собой привычки судить о людях по первому впечатлению, пускай и положительному.
Счастлива ли она? С ней вроде был какой-то паренёк. Если что, у неё, значит, есть на кого положиться… Вновь и вновь думая о недавнем происшествии, Адриан постепенно проваливается в сон.
***
Ввиду возвращения в родной город и необходимости укрепления положения модельного агентства «Agreste Model Managment» в Париже, Адриан Агрест погружается с головой в работу. Кастинги, собеседования, перестройка административного аппарата компании, обновление концепции — на это ушла пара месяцев. Теперь Адриан понял, что несмотря на загруженность, он так и не забыл той странной встречи весенним пятничным вечером. Как ни странно, он начал думать, что жизнь стоит того, чтобы искать в ней смысл? Раз в этом потрясающем городе были и есть чудеса, то почему бы не оправдать их существование? После очередного рабочего дня молодому председателю компании позвонила приятельница актриса, с которой они когда-то рядом жили в Лос-Анджелесе и встречались. Леа была потрясающей собеседницей, и он с радостью согласился пойти с ней выпить. Теперь они сидят за барной стойкой и говорят обо всём подряд. — Никогда бы не подумала, что ты такой зрелый ахаха, — пытается разрядить обстановку его бывшая девушка. — Зрелый?! — удивляется парень. — Ну знаешь, нынче все наши путешествуют, работают, деньги тратят вовсю, или же, ведя своё дело, наслаждаются собственной удачей. А ты в свои тридцать с хвостиком затворником стал. Вернулся в Париж, ушёл в дела, на связь ни с кем не выходишь. У меня отец поживее тебя будет. — Это же не признак зрелости, Леа, я тебя не понимаю. — Да шучу я, что же ты всё так серьёзно воспринимаешь. Я просто волнуюсь немного. Такой замечательный человек и совсем не знает, куда себя деть по жизни. Поехали в Рим на каникулы? Отвлечёшься. Она потягивает коктейль через трубочку и сочувствующе поглядывает на Адриана. — Можно было бы конечно, — протягивает тот без особого энтузиазма. Он знает, что поездка ничего не изменит. Грустно от того, что он не может так же искренне и увлечённо проживать отведённое ему время, как это делает Леа. Наверное, поэтому между ними тогда ничего не вышло. — Ладно, не боись. Я не папка тебе, чтобы уму разуму учить. Ты просто не пропадай, хорошо? Раз в полгодика напоминай, что ты все ещё жив и всё такой же смурной, — настаивает Леа, ухмыляясь собственной попытке пошутить. Адриан слабо улыбнулся, но слова про «папку» от него не ускользнули. Как-то сразу настроение немного подпортилось. К счастью, через пару минут Леа засобиралась домой и, поцеловав в обе щеки Адриана, выскользнула из бара на ночную улицу. Сегодня он позволил себе выпить чуть больше обычного, из-за чего ещё сорок минут просидел у барной стойки, пока не решил сходить в уборную. Возвращаясь обратно, он краешком глаза замечает знакомое лицо. Наверное, показалось… Но нет. Спустя пару мгновений сзади кто-то крепко обхватывает его рукой. — Вот это встреча, — напротив Адриана стоит его друг детства, с которым они уже очень давно не виделись. Всё такой же смуглый и такой же улыбчивый. — Поразительно. Мир тесен, — говорит Агрест, дружелюбно улыбаясь в ответ. Он безумно рад видеть Нино, который, ну совсем не изменился, разве что капельку. — Присаживайся к нам. — Конечно… Оу, Алья! Привет. Боже, такое приятное совпадение, — выдаёт Адриан, смущаясь от столь неожиданной встречи. Алья выглядит деловито в своём платье строгого покроя, что необычно для той Альи, которую он помнит со школы. А вот её непослушные рыжевато-каштановые волосы смягчают образ, от чего она кажется такой знакомой и родной. Почему-то именно увидев Алью, он задумался о том, что если всё и меняется с течением времени, то чувство согревающей душу ностальгии остаётся с тобой, и ты можешь воспользоваться им как билетом в обратную сторону, пусть и на несколько мгновений. — Привет, Адриан. Давно тут? — Алья толкает его по-дружески кулаком в плечо. — Да часа два не больше. — Да не, чел. Алья про Париж говорит. Ты когда вернулся-то? — Пару месяцев назад или около того, — Адриан задумчиво чешет затылок, — а вы как? Чем по жизни занимаетесь? Как вообще дела? — Я работаю в региональном отделении EuroNews уже несколько лет, довольно шустрая работёнка, скажу тебе. А Нино у нас тут в продюсеры заделался. Над большим музыкальным проектом трудится — посмотрим, что из этого выйдет, — говорит Алья, с вызовом глядя на Нино. Она продолжает говорить о своей жизни и работе, её слова приятно греют душу, а бывший одноклассник Адриана изредка вставляет свои назидательные комментарии, от чего рассказ становится интереснее и комичнее. Проходит какое-то время, и мадемуазель Сезер затихает, приближая своё лицо к Адриану. — А теперь, товарищ Агрест, ваша очередь выкладывать всю подноготную эхехе, — тараторит Сезер как в старые добрые времена. Адриан уж было расслабился, слушая их оживленную речь, но теперь напрягся. Алья и Нино выглядят такими счастливыми, жизнерадостными, будто их не разделяют пятнадцать лет. Он не знает, что им рассказать. Они все равно поймут, что не всё у него гладко, а это будет очень неловко. Нужно что-то придумать. Перевести тему… — Вы знаете, ребят. Мы виделись-то на встрече выпускников, восемь лет же прошло, считайте. Я вам тут свою подноготную ещё год с небольшим выкладывать буду. Так что, очень коротко: решил переустройство в агентстве небольшое сделать. Пока всё вроде бы по плану. Он делится с друзьями идеями касательно своего детища, а потом замолкает, зная, что Алья вовсе не работой интересовалась. По её любопытному взгляду всё видно. Возникает пауза. — А так. Ну, не знаю даже, если честно. Адриан немного завидует им: ощущение будто их мир так и остался настоящим. Он не обернулся перед ними сказочной иллюзией, изредка напоминающей о своём былом существовании, в отличие от того мира, в котором живёт он. Алья и Нино выглядят живыми, у них есть цель в жизни, любимая работа и прежняя компания друзей. Кстати, о прежней компании… Четвёртой в их числе была Маринетт, вроде бы. Трудно вспомнить, появлялась ли она на той единственной встрече выпускников, которую вечно занятой Агрест удосужился посетить. Он бы точно запомнил присутствие Мари. — Вы мне лучше расскажите ещё что-нибудь. С кем общаетесь из наших? Помните Маринетт? Как она там поживает? Я же целую вечность её не видел, — смущённо произносит Адриан. Почему-то стыдно перед этими замечательными людьми за то, что он, запутавшись в себе, совсем о них позабыл. — О, Маринетт Дюпен-Чен, значит? — спрашивает Нино. Но, увидев, что Алья с блеском в глазах поднимает руку, как в коллеже при ответе на уроке, он понял, что не ему про Маринетт предстоит рассказывать. — Маринетт… Ох, слушай, меня, Адриан! Это поразительный человек. Тебе не понять, я думаю, ведь ты её помнишь, как неуверенную в себе школьницу. А мы дружим до сих пор. Я ею восхищаюсь. Ты должен просто послушать это. Меня вдохновляет её выдержка. Ты только ей не говори, что я это тебе рассказываю, если вдруг, когда повстречаетесь, а то она скромная у нас, по шее мне за это надаёт, — воодушевлённо начинает Сезер. Адриан сначала не понял, шутит ли Алья насчет этой истории или нет, но, увидев азарт в её взгляде, — осознал, что ему очень интересно узнать, чем же отличилась его бывшая приятельница. Алья вздыхает и продолжает свою речь: «Не буду тут всяких школьных подробностей рассказывать, так что перейдём сразу к восемнадцатилетней Маринетт. Она у нас девушка привлекательная, ухажёров всегда хоть отбавляй. По некоторым причинам, Маринетт совсем не обращала на них внимания, пока из коллежа не выпустилась. А потом начались тайны. Видно было по ней, что есть у неё кто-то, но мне она не говорит, маме не рассказывает… Вроде бы, и ничего страшного в этом не было: роман, подумаешь. Вот только быстро всё слишком происходило. Были вместе всего ничего, а как расстались… Так наша жизнерадостная, никогда не унывающая Маринетт целый месяц как убитая ходила… Молчала как партизан. Думаю, запуталась она тогда в своих чувствах. Всё нервничала, не могла признать, что серьёзно у неё с тем парнем. Не смотри так на меня, Адриан: мне самой интересно, от кого у Маринетт тогда крышу снесло. Но главное — не это. Через месяц оказалось, что она беременна. Мы сразу, конечно, на аборт её к врачу записали. Она же мечтала на дизайнера пойти, её родители поддержали бы такое решение. А тут, представь себе, ни карьеры, ни учёбы в ближайшем будущем. Да и родителям материально трудно было бы. Но Маринетт говорит, мол ей все равно: о помощи просить не будет, оставит ребёнка под свою ответственность. Мы её давай отговаривать. А она упёрлась, ни в какую. В общем, ей решать же. Мы приняли это и поддерживали во всём. Когда дочери исполнилось пять, и стало попроще, Мари устроилась в ночную смену официанткой, днём с дочкой сидела, иногда мы её подменяли. У самих же учёба, стажировки… Спустя пару лет взялась она за шитьё своё и постепенно, получая заказы через интернет, наработала себе клиентуру. Когда дочке стукнуло десять, Маринетт свою капсульную линию одежды запустила вместе с Розой, ну, ты помнишь её, наверное? Одноклассница наша — Роза, она больше по организаторским вещам, а Маринетт — по творческой части. Теперь дочери уже, считай почти пятнадцать. Мари занимается любимым делом, хорошо зарабатывает. Все счастливы. Думаю, не спать ночами на протяжении нескольких лет, работая на износ, без отца воспитывая ребёнка и добиться таких результатов, ни разу не показав своей слабости — достойно уважения. Я совершенно не имею понятия, откуда появилась подобная целеустремлённость. Откуда такая сознательность у нашей Маринетт взялась? У нас такой не было: гуляли, пили, кутили все как могли. А она трудилась. Именно благодаря Мари, я считаю, мы столь многого добились. Единственное, что до сих пор не даёт мне покоя… Имени отца ни мы, ни Сабина, ни Том, ни даже сама дочь до сих пор не знаем».
