Об обоюдных особенностях

Об этой особенности Саши Меньшиков узнал в первые же моменты работы с ним, когда Петрову доверили ответственную роль Гамлета и первый выход на сцену тетра Ермоловой. Помнится, тогда, перед началом спектакля, Олег Евгеньевич заглянул в гримёрку молодого артиста, чтобы подбодрить перед выходом на сцену. Петров и правда обнаруживается в небольшой комнате – где же ему ещё быть, - он сидит уже в костюме на небольшом диванчике у стенки рядом с костюмерной стойкой и раскачивается взад-вперёд, тихо, еле слышно, нашёптывая слова из сценария. Вид у парня явно взволнованный. Олег предусмотрительно стучится, чтобы не перепугать погрузившегося в себя молодого человека, и только после того, как парень всё равно дёргается, вопросительно уставившись на худрука своими невозможными голубыми глазами, входит. Саша сразу как-то весь засуетился, подскочил с места, начал здороваться и чуть ли не кланяться. Да, явление Олега Евгеньевича в личные гримёрки было, как явление Христа народу, делом очень особенным, неким ритуалом. Да, и с Петровым то они, по сути, после того взбалмошного предложения Олега примкнуть к театру Ермоловой в стенах вуза толком то и не общались. Так, переговаривались на репетициях и то – сугубо «по делу». А Саша тем временем смотрит на Меньшикова, как на божество, да так, что Олегу даже неудобно становится – ну что это, в самом деле, такое? - Саш, ты какой-то напряжённый. Присядь. - говорит Олег, сам мягко опускаясь на тот же диванчик и усаживаясь, закидывая ногу на ногу, в своей любимой позе. Петров неуклюже плюхается рядом и внимательно смотрит на наставника, будто бы ожидая какого-то особо мудрого изречения из уст последнего. Однако, мудрствовать Олег сегодня не в настроении, да, и не к месту. Не за тем пришёл ведь. – Сашка, ты чего суетишься? Нервный какой-то… Волнуешься? - К-конечно… - тянет парень в ответ, потупляя глаза. – Очень. Такая ответственность… Я не могу Вас подвести. - Ты не переживай и не загоняйся. Текст ты знаешь на отлично, всё отрепетировано, играешь ты великолепно – ты создан для этой роли. Волнение – это нормально. Но не дай ему захлестнуть тебя, а то утонешь. – тихо, размеренно говорит Олег, чуть наклонившись к молодому человеку и ободряюще похлопывая его по кисти руки. - ОлегЕвгенич… - на одном дыхании выпаливает Саша, хватаясь за руку Меньшикова, как за спасательный круг и тараторит. – А вдруг я забуду слова? А вдруг запнусь за что-нибудь? А вдруг… - А давай без «вдруг». – прерывает словесный поток Олег. – Меньше об этом думай, а то накаркаешь. Текст ты знаешь на отлично, повторюсь. А если вдруг – худрук делает ударение на этом слове, - забудешь, то просто импровизируй. Но ты его, Сашенька, не забудешь. Так, ну а теперь пора идти. Начало через десять минут. Олег встаёт и уже было собирается уходить, но в какой-то момент он чувствует прикосновение к своей руке. Он поворачивается и видит, как пальцы Петрова крепко сжимает его руку, а на самого Меньшикова смотрят до ужаса щенячьим взглядом. У Олега аж в груди щемит – парнишку изнутри сейчас, наверное, просто выворачивает. - ОлегЕвгенич, - снова на одном выдохе тянет Александр, - Вы же будете там? - Да, Сашенька, я буду там, в зале, а после встречу тебя сразу же у кулис, обещаю. Не переживай. Давай, сделай пару глубоких вдохов и таких же выдохов… Вот так, молодец. Первое боевое крещение – оно всегда такое. – Олег пытается разрядить обстановку, тепло улыбается молодому человеку и видит смущённую полуулыбку напротив. Кажется, стало легче. К слову, Олег Евгеньевич своё обещание тогда сдержал… Он ушёл из зала сразу же, как только актёры отыграли последнюю сцену и вышли на поклон. Через четыре минуты двадцать секунд он уже стоял за кулисами в ожидании, когда завершится серия поклонов. Петров, как только зашёл за кулисы, сразу же чуть ли не упал в руки Меньшикову. Молодой человек был совершенно вымотан, но на лице сияла довольная улыбка.

***

С появлением всё новых и новых сценариев сериалов и предложений от режиссёров, Саша окончательно ударился в кинематограф, однако, про театр не забывал. Оттуда, из этого кинематографа, к нему и пришла известность. Теперь жизнь Александра была наполнена тоннами интервью и метрами фотосессий. И перед каждой такой встречей с журналистом, Петрову обязательно нужно было успокоиться. Делал он это по привычке – то схватит Олега за рукав и начнёт неуверенно его теребить, то прижмётся чуть плотнее, чем это требуется. Как понял для себя Меньшиков, Петров был вообще до одури тактильным человеком. Прикосновения ему были нужны, как воздух. Благодаря им, Саша успокаивался, избавлялся от волнения и снова приобретал ту свою маску лёгкого похуизма и беззаботности. Вот! – за всем этим внешним спокойствием на самом деле всегда стоял Олег Евгеньевич. Теперь для Меньшикова стало абсолютной нормой чувствовать Сашины руки практически всегда – перед выходом на сцену (причём не только Сашиным), перед съёмкой очередного интервью на телевидении, перед премьерой. Саша Петров теперь занимал 70 процентов всего пространства и окружения Олега, при всём при том, что оставшиеся 30 процентов были неприкосновенны и принадлежали самому худруку. Очередной спектакль. Сашу ждёт сцена, а сам Саша ждёт Олега Евгеньевича в его кабинете. Меньшиков обещал вернуться через пару минут – нужно заскочить в бухгалтерию и расписаться кое в каких документах. Когда он возвращается, Петров сразу же кидается к нему и крепко обнимает. - Сашур, ну ты чего? – задаёт отчасти риторический вопрос Олег, попутно чуть ли не ногой закрывая дверь своего кабинета. Он обхватывает Сашину талию и притягивает молодого человека к себе, ближе. - Не знаю… Мне просто нужно. Вы же знаете, ОлегЕвгенич. – мычит Саша куда-то в ворот его рубашки и ёрзает, как будто бы устраиваясь в объятиях поудобнее. - Александр Андреевич, у Вас так нервов не хватит. Я обычно всегда говорю, что трагики живут дольше, чем комики. Ты мне сейчас всю систему ломаешь. Сашур, ну не принимай ты так близко к сердцу… - Я просто… Просто волнуюсь. Небольшой мандраж. Не могу избавиться… Они стоят посреди кабинета в обнимку с незапертой дверью, с определённой долей вероятности, что кто-нибудь может зайти. Со стороны это выглядит более чем недвусмысленно: Олег крепко прижимает молодого человека к себе, а тот, в свою очередь, устроил свои ладони на лацканах его пиджака и уткнулся лбом в плечо. Честно признаться, Олег, который не мог похвастаться особой нуждой в тактильных ощущениях, вообще упустил момент, когда позволил этому юнцу вот так себя обнимать и когда сам стал называть его так по-интимному – «Сашура» . Просто в один прекрасный момент Сашка как-то неумело клюнул его в плечо, весь сжался, ожидая реакции, а Меньшиков не нашёл ничего лучше, нежели просто притянуть его ближе и уверенно обнять. Почему именно Саша, Олег тоже не знал – с другими он себе такой фривольности не позволял, да и требовал всегда чёткого соблюдения субординации. Иногда Олегу кажется, что Петров его заразил, ибо нет-нет, да, да, но Меньшиков и сам порой становился инициатором этаких импровизированных обнимашек. Вот и сейчас случились традиционные пять минут милостей. А потом Сашура снова горит на сцене!

***

Когда Петров влетает в кабинет Олега с горящими глазами и кипой каких-то бумаг наперевес, Меньшиков не знает, что он больше хочет сделать – сразу же отчитать парня за столь рьяное вторжение в покои худрука и беготню по театру (Господи, ещё шею ведь себе свернёт) или же всё-таки дать ему возможность отдышаться и выговориться, отложив прочтение лекции по технике безопасности на потом. Олег сидит за столом и в недоумении смотрит на запыхавшегося Петрова, который сгружает принесённые им бумаги прямо Меньшикову под нос. - Так, Сашка, со сбором макулатуры ты опоздал лет эдак на девять. Этим в школе занимаются… - по-доброму шутит он, откинувшись на спинку своего кожаного кресла. - Это не макулатура, это сценарий. Мне его предложили. — говорит молодой человек, приглаживая растрепавшиеся от бега волосы, и замолкает на этом. Да, очень информативно, а главное понятно. - Так, хорошо. Тебе его предложили… А мне то ты его чего принёс? На проверку? И кто предложил, кстати? - Фёдор Бондарчук… Он мало того, что мне предложил, так ещё и попросил удочку Вам закинуть. Тут есть одна очень классная роль. Фёдор хотел бы видеть в ней Вас, но сам предложить сценарий он постеснялся. – Саша начинает шуршать принесёнными листками, выискивая титульный и, отыскав его, протягивает Олегу. На титульном листе большими буквами напечатано «Притяжение». Олегу становится интересно, он обещает Саше прочесть.