Часть 1
***
В очередной день, наблюдая за тем, как Джун перебирает волосы Минхао, лежащего у старшего на коленях, Джихун резко вспоминает одно событие. Тогда он посчитал это совсем неважным, но сейчас, вспоминая, в голове пазл начинает собираться. Как он мог пропустить настолько важную вещь?***
Редко наступают моменты, когда в общежитии почти никого не остается. Для Джихуна эти дни наиболее прекрасны, ибо редко можно посидеть в тишине, когда ты живешь в одной квартире с двенадцатью ужасно шумными парням. Безусловно, есть и тихие ребята, но на фоне остальных они и вовсе меркнут. Ли был в каком-то смысле одним из них. Когда за вылетающим из общежития Суненом закрывается дверь, с губ срывается облегченный выдох. Резко становится так спокойно, Джихун даже немного отвык от того, что здесь в принципе когда-либо бывает тихо. Летящей походкой Уджи «парит» по паркету. Однако, как же хорошо иногда побыть одному. Жаль, конечно, что такие моменты бывают редко. Размышления нарушает постороний шум. Джихун резко останавливается возле комнаты, у которой услышал подозрительную активность. Странно, он думал, что остался совсем один. Дверь оказывается небрежно открыта, Ли заглядывает в комнату. Удержать интерес к происходящему сложно. — Минхао, — Су сидит на кровати, а потом поднимает взгляд на старшего, добродушно улыбаясь, Джун подходит к нему ближе. Джихун думает, что совсем забыл про двух китайцев, так же решившихся остаться в общежитии. — Да, хен? — Вэн впервые выглядит немного неуверенным: опускает взгляд на пол, разглядывая ковер, поджимает губы и вздыхает. Хао приподнимается, в его глазах проглядывает неподдельное волнение. — Что-то случилось? — Tīngqǔ wǒ qǐng, — старший переходит на китайский, чему удивляется и Джихун, и Минхао, но последний лишь кивает и улыбается еще шире. — Wǒ gǎndàobù’ān shíhou tánhuà guānyú zhèi. Wǒ xīwàng zhèi bù dǎdìng zhǔyi cuīhuǐ wǒmende duìdài, — сглатывает. Ли не понимает ничего, ориентируется лишь на чужие эмоции. — Gēge, zǐ wúwǒ kuáng, — Хао не отстает, также переходит на родной язык. — Wǒ suíshí dǒng hé tīngqǔ. — Nǐ shì dì yī gè ràng wǒ rúcǐ xīndòng de rén, — бровь младшего выгибается в немом вопросе. Джихун напрягается. Создается стойкое ощущение, что сейчас Джун скажет что-то важное. — Gēn nǐ zài yīqǐ de shíhou hǎo kāixīn. Wǒ ài shàng nǐ le, — глаза Минхао резко распахиваются, он кажется не просто удивленным, а шокированным. Молчание зависает в комнате. Минхао теперь смотрит как-то испуганно и неуверенно, Джун выглядит еще более взволнованным и напуганным. Джихуну кажется, что Вэн никогда еще не был настолько чем-то напуган. Ли думает, что старший, возможно, сказал что-то неожиданное. Реакции Су он ждет не меньше, чем Джун, вечно покусывающий губу. — Zhèi… Hūrán… — Хао сглатывает и опускает взгляд в пол. Выглядит так, будто он боится сказать что-то в ответ. Джихун внимательно слушает. — Wǒ yě ài nǐ. Nǐ tōuzǒule wǒ de xīn, — улыбается смущенно. Джун легко и не особо решительно касается его руки, а потом обнимает. Ли уже не слышит, что шепчет старший Су на ухо, но последний затем громко и счастливо смеется, а Джихун решает оставить их наедине.
***
Анализируя все эту ситуацию, Уджи невольно задумывается, что зря вообще подслушал чужой разговор. Сейчас, когда после того разговора поведение китайцев кардинально меняется, Джихун думает, что застал, скорее всего, слишком личный разговор. И пускай он ничего не понял, но, смотря на то, как оба парня светятся от счастья, думает, что это должно было остаться между ними.***
Джихун оказывает не единственным, кто заметил все это. Замечая взгляд Мингю на китайцах, Ли улыбается и возвращается к написанию лирики, точнее, к попыткам начеркать хотя бы что-то. Впрочем, они оканчиваются полнейшим провалом, поэтому парень вновь и вновь проходится по всем осматривающим взглядом. Сейчас почти все в гостиной, нет лишь Джису с Джонханом. Как и всегда, стоит шум и гам, но даже среди него можно расслышать разговоры каждого. Джун и Минхао сидят рядом с ним. Последний что-то бурно обсуждает с Суненом, смеется часть и улыбается, а Вэн лишь внимает и смотрит на Хао, не обращая никакого внимания на рядом сидящего Квона. — Nǐde xiàoróng ràng wǒ zháomí, — произносит он спокойно, а потом улыбается, потому что Минхао резко поворачивается к нему и легонько ударяет по плечу. С того разговора это первый раз, когда Джун сказал что-то на китайском вслух. Обычно, они продолжают разговаривать на корейском, а шептаться на китайском. — Gēge, wǒmen bù shì gūdúde! — взвизгивает и под смех Сунена слегка краснеет. — Nǐ hàisào ma? Shéidōu bùhuì zhīdao, — голос Джуна все еще спокойный. Он стал гораздо увереннее говорить с Минхао на китайском. Джихун думает, что они определенно говорят о чем-то важном. — Wǒ bù shì… — Йа! — вскрикивает Сунен. — Вы решили тут шутки шутить, которые никто не понимает? Так не пойдет. Джун-хен, что ты сказал Менхо такого, что он так смутился? — А об этом история умалчивает, — Квон недовольно фыркает, а Вэн смеется, двигаясь к Хао ближе и приобнимая его за талию. Последний кладет голову на плечо старшего. Выглядит это слегка иначе, чем раньше. Возможно, Джихуну просто кажется — Wǒ ài nǐ. — Wǒ yě ài nǐ.***
Впоследствии, Ли слышит что-то подобное все чаще. Минхао уже не так смущается, как раньше, тоже привыкает непонятно к чему и становится чем-то похожим на Джуна: говорит так же спокойно и уверенно, осознавая вес своих слов. Тем временем, все больше и больше ребят начинают подозревать неладное. Джихун наблюдает и за ними, смеется с попыток узнать перевод. Почему-то Уджи уверен, что так просто тему разговора узнать не получится. Джонхан все чаще и чаще болтает с Джису насчет загадочного «Wǒ ài nǐ», пытается строить свои теории, а Джису лишь поддерживает, а потом они вместе начинают наблюдать. Мингю, у которого интерес к этой проблеме уже угас, лишь смеется с парней, как и Уджи, говорит, что ничего они не поймут, кроме Джуна и Минхао китайцев здесь нет. Такой порыв забавляет ужасно, Джихун предпочитает подобному вести себя спокойно и тихо. На следующий день компания дает им неделю каникул. Ужасно щедро, но не воспользоваться подарком нельзя. Многие разъезжаются, Минхао в их числе. Джун рвется поехать с другом (с другом ли?), но вынужден остаться в Сеуле. И сразу после того, как самолет с Су взлетает, Вэн так меняется, что немного пугает Джихуна. В глазах китайца пропадает неопределенный, но такой счастливый блеск. Он не расцветает, становится чуть тише, в общем и целом выглядит так, будто у него отобрали что-то важное. Из-за этого в голове Ли вновь начинают мысли образовываться, отчего среди идей одна помойка, сложно выцепить что-то одно. Но Джихуну все же удается.***
И вновь случается совершенно непредвиденное. Уджи во второй раз становится свидетелем случайно разговора. Он не заглядывает в комнату, просто слышит, потому что не хочет наступать на прежние грабли. — Wŏ fēicháng xiăng nĭ, xiăng dào yèwăn wúfă rùshueì, — вновь китайский Джуна. Наверняка говорит с Минхао. Джихун вслушивается в разговор. Он выходит достаточно долгим, парни много смеются и голос Вэна слишком радостный. Кажется, он действительно счастлив, потому что разговаривает с Су. — Láojià, fǎnhuí jǐnkuài. Wǒ ài nǐ. Разговор на этом кончается. Джихун прикрывает глаза, вновь думает насчет последней фразы, произнесенной Джуном, и в итоге засыпает. Поговорить со старшим — последняя мысль Ли перед тем, как провалиться в сон.***
Поначалу Джихун даже немного боится спрашивать. Он не знает, как правильно подобрать слова так, чтобы Джунхуэй ничего не заподозрил и не решил, что все это из-за их странных отношений с Минхао. Ли проводит в раздумьях целый день, отчего решается спросить лишь к вечеру. Какая жалость, что из головы вылетают абсолютно все способы начать разговор. Уджи приходится очень напрячься, чтобы не показать своё волнение, а наоборот лишь спокойствие и пофигизм. — Хен, — выдыхает он, прикрывая глаза. Они вдвоём как раз сейчас лежат на диване. Джун залипает в телефон, улыбаясь, Джихун делает вид, что делает тоже самое, но на самом деле просто тыкает пальцем в черный экран. — М? — Вэн поднимает голову и смотрит на Ли. Наверняка интересно, что от него понадобилось. В этот момент в голове пролетает все: каждый взгляд, касание, заботливо сказанное слово или действие. Слова слетают с губ быстрее, чем Джихун успевает их обдумать. — Как по-китайски признаться в любви? — Ли матерится про себя, потому что спросил абсолютный бред и, кажется, сейчас от него быстренько отвяжутся и все. — Эээм… — китаец замирает. Оно и понятно, не каждый день такие люди, как Джихун, спрашивают подобные и достаточно странные вопросы. — Wǒ ài nǐ. А зачем тебе? — Ли резко распахивает глаза и откладывает телефон. — Джихун? Все хорошо? Wǒ ài nǐ. Вот оно. Джихун благодарит быстро, а затем чуть ли не вылетает из гостиной. Забежав в свою комнату, он улыбается и понимает, что пазл, наконец, собран. Все это время Джун говорил «Я люблю тебя, Минхао».А Минхао отвечал тем же. Этот факт ставит буквально все на свои места. Джихун сидит в шокированном состоянии несколько минут. А затем до него доходит, что в тот самый день он застал сцену признания. И от этого безумно паршиво, Джихун бы с радостью забыл бы это, ведь подобные моменты личные всегда, Ли правда не хотел вмешиваться. Он вспоминает блеск в глазах обоих и улыбается. Кажется, они действительно счастливы. Но суть не в этом. Почему бы просто не сообщить? В их группе никто не против подобных отношений, все бы поняли и приняли, так в чем проблема? Видимо, Джихуну и этого никогда не понять.***
Конечно, он никому не рассказывает. Хитрый Джонхан понемногу сам начинает строить предположения в правильную сторону, пока Джихун лишь смеется над ним. Теперь внутри беспокойство сменилось покоем, он понял всю причину чужих перемен и это самое главное. Как никак, в чужие дела он лезет. Поскольку китайцев в комнате нет, слышится немного громковатое «Джису, Джун походу с Минхао встречается!». Уджи хмыкает и смотрит, как Сунен удобненько устраивается у него на плече и греет ушки. — Как ты думаешь, — начинает он шепотом. — Правда? — Не знаю. Я думаю, что если да, то они обязательно расскажут об этом. Это их личное дело. Джихун вздыхает и улыбается, потому что действительно теперь ждёт этого момента. Хотя, честно признаться, будет скучать по всем этим попыткам китайцев скрыться от остальных, и от собственных догадок насчёт них. Тем временем, в другой комнате Джун крепко обнимает Минхао за талию, пока руки младшего обнимают за шею в ответ. На их лицах покоятся уже привычные счастливые улыбки. — Dāng wŏ kānzhāo nĭ de yăn, wŏ kĕyĭ kànchū nĭ yŏu duō ài wŏ, — Минхао смеется, но резко замолкаем, потому что чувствует чужие губы на своих. Поцелуй выходит не долгий, но трепетно нежный и аккуратный. Джун смотрит прямо в глаза напротив и утопает. Минхао утопает следом за ним, просто потому что это Джун.— Я люблю тебя, Джун.
