Polarize

      Джошуа стоял на маленькой глубине побережья Калифорнии. Наверное, вы спросите: "Зачем он туда поехал?". Дело в том, что там живет его родня: его больная мать, две сестры и брат — Джордан. А еще он приехал в Сан-Диего. Он ненавидел пляжи, но все равно туда приходил. Его будто что-то влекло на эту границу воды и земли, что-то загадочное и необычное… Несмотря на мягкий климат, сейчас все небо заволокло серыми тучами, из океана дул ветер, а это означало одно — начинается шторм. Его приезду домой никто, кроме матери, не обрадовался. Все смотрели на него, словно на пустое место, или не смотрели совсем; с ним даже не разговаривали. Ну последнему Джош не разочаровался, а наоборот - был рад. Дом изменился: стал светлее и уютнее, даже ремонт в нем сделали. В доме появилось больше вещей, в том числе и различных фотографий, которые висели почти на каждом шагу. Сад возле дома тоже изменился, только был заметен немного другой стиль, видимо, им занималась кто-то из сестер, но точно не мама. Мама лежала в белой, словно больничной, комнате. В ней пахло лекарствами, которые, кстати, везде были разбросаны. Рядом с кроватью, на которой лежала женщина, стояла капельница, которая сейчас, к счастью, пока не нужна была. Дан посмотрел на мать. Маленькое беззащитное тело, глаза, полные счастья, тонкие руки, которые тянутся к нему. Единственная женщина, что любила его больше всего на свете и не сдалась даже после смерти отца. На глаза наворачивались слезы, хоть Уильям и пытался улыбаться. Взяв ее слабые руки в свои, парень продолжал смотреть на нее. Говорить было трудно, поэтому Лаура молчала, но потом она все-таки привстала, Джош уже почуял неладное. — Джжош, — дрожащим языком сказала она, было видно, что ей весьма трудно говорить, — обещай… обещай мне, что проследишь за ними после моей смерти… — Мама, не говори глупости, ты еще своих внуков увидишь, от каждого из нас. — Ответил Дан, который сам пытался поверить в своих слова, его глаза слезились, но он пытался скрыть их, чтобы мама не чувствовала себя виноватой во всем этом. — Т-ты… Ты сам видишь, что это не так, я ч-чувс… я чувствую это, она близко, ты сам-м об этом знаешь. — Сказала ему Лаура. — П-п-прост-то обещай мне, что проследишь з-за эт-тими бал-лбесами! — Обещаю. — Ответил он, широко ей улыбнувшись, эта женщина еще способна на шутки. Неужели ее скоро не станет? Вернемся к Джошу стоящему на пляже и начинающемуся шторму. Холодная морская вода касалась его ног, даже немного жгла. Лаура умерла несколько часов назад, а вместе с ней умерла и последняя надежда на спасение. В горле стоял комок, который сжимал его изнутри, не давая нормально дышать и двигаться. Но он не мог выдавить из себя даже слезу, какую-то эмоцию, единственное, что ему сейчас хотелось это уплыть и как можно быстрее. Хотелось почувствовать, как морская вода будет проникать в легкие, обжигать их изнутри, как он будет погружаться на громадное дно, хотелось узнать какого это, лишиться всех чувств, гребанной жизни в один миг, но что-то держало его. Это было какое-то чувство в груди, но эта была не горечь. Это было какое-то очень приятное чувство, которое будто говорило ему: "Твоя надежда не мертва, мать всегда будет с тобой". Но разве это успокаивало кого-нибудь? Стоит ли жить дальше, или можно попробовать ее лишится? Ответ долго приходил в его затуманенный рассудок и знаете что он решил? Решил жить дальше, потому что он обещал матери, и обещал он очень давно. Он начал вспоминать этот момент. 18 декабря 1996 г. Восьмилетний Дан заходит в комнату самого младшего члена семьи, родившегося ровно месяц назад. Около кроватки Эбигейл стояли родители, которые фотографировали маленькую сестру. Мама, держащая фотоаппарат, что-то утвердительно доказывала отцу, а отец что-то пытался доказать ей: — Лаура, я говорю тебе, что лучшего крестного отца не найти! Почему ты постоянно споришь со мной! Скотт отлично бы с этим справился! — Возмущенно говорил Уильям1*, держа Эбигейл в руках. — Уильям Дан, только не начинай! Что ты мне все время про своего Скотта? Чуть что сразу, Скотт, да Скотт! Он у меня уже в печени сидит! Неужели нельзя хоть раз им сделать моего брата Фреда? В тот раз я уступила тебе Джордана, но теперь я тебе не уступлю!!! — Кричала на него Лаура. Маленькая Эбигейл, не привыкшая к такому шуму начала плакать из-за чего спор родителей на время прекратился, и только тогда все заметили маленького мальчика стоящего у двери и смотрящего то на них, то на сестру. — Знаешь, мне кажется я знаю как нам прийти к общему мнению, — смотря на меня, сказала мама и, забрав у отца малышку, добавила, — может сделать крестным Джоша? — Ты совсем с ума сошла? — Спросил отец. — Либо он, либо Фред! — Ответила злым тоном мать, казалось еще немного и они сгрызут друг друга. Как они вообще могли жить вместе? Отец, смотря на мать, как на сбежавшую из психушки девушку, все-таки согласился… Чуть позже за семейным столом Джош должен был дать клятву Богу. Взяв младшую сестру, а теперь уже и будущую крестницу за руки и смотря ей прямо в глаза, он слабо кивнул, дав понять, что он готов. — Верую в единого Бога Отца, Вседержителя, Творца неба и земли, всего видимого и невидимого......клянусь. Аминь......2* Возможно, если бы не эта клятва, его бы жизнь сейчас возможно закончилась. Дома Дан решил поговорить со своими оставшимися родственниками. Как бы им этого не хотелось, но пришлось прийти на этот разговор. Вся его суть состояла в том, чтобы хоть как-то наладить отношения с Эшли, Эбигейл и Джорданом. Ну или хотя бы попытаться. Розововолосый не хотел этого, но где-то глубоко в душе понимал, что так надо. Он понимал, что теперь им нужно будет заменить родителей, помочь им не стать такими же бесчувственными как старший. Но это будет сложно, потому-что после того, как мама заболела, они вообще не разговаривали. Серьезно, они не обмолвились даже словом за все это тяжкое для всех время. Такое ощущение, будто его вообще из памяти стерли. Все собрались за столом, и все они смотрели на Джошуа так, будто собрались его убить прямо здесь, вскрыть заживо, но зная их психику, они бы навряд ли сделали с ним такое. В комнате было темно, окна были зашторены, и поэтому в воздухе летала какая-то загадочность, которая сбивала его с толку, но все-таки с трудом он попытался собрать все мысли воедино и обьяснить им, что он от них хочет.3* Долго Джош думал, с чего именно начать, как именно им дать понять, что ему теперь не все равно. И поэтому он рассказал историю про то, как стал кресным отцом Эбигейл, которая кстати не знала, кто вообще ее крестный. Потом он рассказал про то, как стал патологоанатомом, про то, как узнал, что мама больна, про то, что отправлял практически всю зарплату в семью, а сам питался не пойми чем, да и бывало такое, что несколько дней он вообще не питался. Он объяснил им, что теперь он просто должен взять на себя обязанности брата, и поэтому он забирает их в Огайо. Конечно сначала они все отпирались, и отпирались мягко сказано. Они говорили ему ну просто очень противные слова, мол кто он вообще такой, чтобы указывать им, что делать и куда ехать. Смотря на них, у Джоша наворачивались на глаза слезы, Дан уже не смог их сдержать, он отправлял деньги на лечение, и какая-то часть конечно же уходила им, и ради них он давал клятву? Ради самых близких людей он даже сжевал всю свою гордость и начал с ними первый разговаривать, да и еще теперь у него текут слезы, ну вот как так-то???? — Я угробил лучшие годы своей жизни из-за вас и матери, и вы еще отпираетесь? Вы думаете вам будет легко прожить в Калифорнии? Я что-то сильно сомневаюсь, что вы найдете такие деньги, чтобы отдавать налоги, учиться, ездить на работу. Нет я, конечно, понимаю, что Огайо это вам не солнечная Калифорния, но и вы меня поймите, что в Огайо моя работа, налоги там поменьше, поймите же вы это, наконец! Я хочу дать вам будущее, которого лишился сам. Вы думаете, что это легко? Нет я, конечно, старше вас не намного, кого-то на 2 года, кого-то на 4, а кого-то и вовсе на 6, но вы понимаете, что жили здесь на деньги, которые я вам присылал! Нет, вы не подумайте, что я вас сейчас попрекать этим начну, нет, я хочу, чтобы вы поняли, что я вам желаю только лучшего, и как только вы встанете на ноги я вас спокойно отпущу! А теперь я пошел собирать вещи, и если вы до завтра не соберетесь, то я не знаю, что я с вами сделаю! — Выговорил им Джош. Этот разговор забрал у него последние силы, и поэтому он решил собраться на следующий день, рано утром.

***

И вот опять Джош возвращается с работы на остановку, и вот только подходя к ней он увидел, что автобус уже ждет его. Поэтому протяжно вздыхнув, он надел на себя капюшон и побежал к нему. Скрипучая дверь открылась, он зашел в нее и… ничего. А где же "Привет жвачка?" Даже, знаете, как-то ему не привычно, и поэтому он пошел садиться на место и как раз «разбираться». Только успел он сесть, как послышалось тихое " Привет Джош." И ведь даже не с тем радостным голосом, которым говорил Тайлер, а с голосом полного пессимизма. Дан обернулся к сидению водителя и увидел там Криса. - Ты уже выздровел? - Пристегиваясь спросил Уильям. - Если бы...замены просто не нашлось, поэтому я вышел. - Ответил Крис. - А как же Джозеф? - С изумлением спросил Дан. - Уволился что-ли? - Ты не знал? Он же пропал без вести три недели назад, ушел в магазин и не вернулся. ЧТО??? В СМЫСЛЕ НЕ ВЕРНУЛСЯ????