Тебе не будет больно, когда я уйду

***

      Снег крупными хлопьями падал на землю. Каждая снежинка исполняла в воздухе потрясающий танец, а затем терялась среди других снежинок на дорожках министерского парка. Я с упоением вдыхала удивительный зимний аромат новогодней ночи, стоя на одном из балконов Министерства Магии. За дверью, ведущей в праздничный зал, шло новогоднее празднество. С каждым годом Министр Магии старался устроить еще более веселый и пышный праздник. И у него это прекрасно получалось. Я никогда не была любительницей таких мероприятий, но, признаться, в этот раз я шла на праздник с удовольствием, пытаясь предугадать, что на этот раз придумал Министр.       Хотя, кого я обманываю? Особенно кропотливый выбор платья, два часа проведенных у зеркала для прически и круглая сумма, неприлично большая, потраченная на туфли, говорили сами за себя. Я хотела быть особенно красивой в этот вечер для тебя. Хотела увидеть чуть прищуренный взгляд серых глаз, изучающих меня, хотела увидеть кривоватую улыбку на губах и, как твои тонкие пальцы поправляют галстук. Потому что это знак. Наш тайный сигнал, о том чтобы отправиться в укромное место.       Этим укромным местом был балкон на пятом этаже. Из-за массивных штор дверь было совсем не видно, поэтому сюда почти никто не заглядывал. Зимой и вовсе балкон никто не посещал, кроме нас.       Мы снова здесь. Только ты, я и тихий шелест снежинок, что мирно покрывают перила балкона и нашу тайну. Нашу тайную любовь, которой не суждено быть, которая не имеет ни малейшего шанса стать явью. Я и сама до сих пор не верю, что могу прикоснуться к тебе, в знакомом жесте очертить линию скулы, поймать твой взгляд и услышать любимый баритон. — Скучала, Грейнджер? — всё так же растягивая слова и улыбаясь, спрашивает блондин. — Очень, — выдыхаю я, уткнувшись носом в белоснежную рубашку, что пропитана его сладким ароматом. Таким родным, дурманящим и кружащим мою голову. — Нельзя, — хрипло возражает он. — Тебе нельзя привыкать ко мне. А мне к тебе. — Не могу, — упрямлюсь я. — Ты уже позволил мне полюбить тебя. Как я могу не привыкнуть? — Гермиона, нам нельзя любить друг друга, — пытаясь сохранить остатки здравого смысла, Драко опаляет мою шею жарким дыханием, а затем ищет мои губы. — Пусть, — успеваю ответить я, прежде чем почувствовать его губы на своих и крепкие руки, что притягивают меня максимально близко к мускулистому торсу, почувствовать его сердцебиение. Такое сильное. — Мне так мало тебя, — задыхаясь, говорю я после того, как он разрывает поцелуй. — Нам всегда будет мало, — отвечает блондин, прикасаясь к моей щеке. — Я никогда не смогу напиться тобой. — Как я буду жить без тебя? — мой голос предательски дрожит.       Драко поджимает губы и поднимает голову, вглядываясь в тёмное небо. Шумный выдох оглушает. Я знаю, что этот вопрос не имеет ответа, но не задать его я не могу. — Прости, что не могу сделать тебя счастливой, — его серые глаза прожигает меня насквозь, а рука крепко сжимает мою. — Будь рядом, — умоляюще произношу я, — тогда я буду счастлива. — Гермиона, ты же знаешь, что я больше всего на свете хотел бы оказаться с тобой вдвоем подальше от всех проблем и обязательств, — его голос пропитан болью. — Прожить счастливую жизнь с тобой, — он едва уловимо целует меня в губы. — Видеть, как ты хмуришься, когда читаешь книгу, слышать твой звонкий смех, зарываться рукой в твои непослушные волосы, — он на мгновенье замирает. — В твои непослушные волосы, — повторяет Драко совсем тихо, завороженно смотря в мои глаза. — Я люблю тебя! — дрожь все ещё не покидает мой голос. Я отчаянно цепляюсь рукой за его предплечье, ощущая пальцами дорогую иссиня-чёрную ткань пиджака. — Нельзя любить, — шепчет он мне в висок, жадно вдыхая аромат моих волос. — Не смогу отпустить тебя, — запинаясь, произношу я.       Драко вновь целует меня. Жадно и отчаянно. Всё крепче прижимая к себе, будто пытаясь удержать, остановить это мгновенье и навсегда остаться со мной на этом балконе. — Я никого никогда не любил, как тебя, — Малфой переплетает наши пальцы. — И никогда не полюблю! — Никогда, — повторяю я. — Ты мой воздух, — блондин пытается улыбнуться. — Только рядом с тобой мне хотелось жить и дышать полной грудью. Теперь я буду просто существовать и больше никогда не дышать, как прежде. — Драко, пожалуйста! — глаза начинает щипать из-за подступивших слёз. Я чувствую безысходность, которая тяжёлым грузом повисла в воздухе. — Прости, — он хмурится от душевной боли. — Прости меня, моя любовь. Прости, что предаю! — Это не предательство, — возражаю я. — Ты оказался в плену обязательств! — И мне не выбраться! — усмехнувшись произносит Малфой. — Я утону в этой пучине лжи. Утону, — повторяет парень. — И я не имею права тянуть тебя с собой, — Драко выпускает меня из объятий и подходит к перилам балкона, зарываясь руками в снег. — Давай все бросим и сбежим? — в надежде на согласие спрашиваю я, подойдя к нему и уткнувшись в его спину носом, крепко обняв, сцепив руки в замок на его торсе.       Драко накрывает мои руки своими. Совсем холодными из-за снега. — Я не могу бросить родителей, — печально отвечает он. — Я не могу. — Ты готов всю жизнь быть марионеткой?! — не выдерживаю я, пытаясь высвободить свои руки из его крепкой хватки, но Драко не позволяет мне сделать это. — Я всегда был марионеткой, Гермиона, — его тон становится серьёзным. — Пешкой в чужой игре. Но однажды игра пошла иным ходом, будто у марионетки оторвалась одна нить. Именно тогда я посмотрел на мир другими глазами. Сделал первый полноценный свободный вдох и сразу же задохнулся тобой, — он нежно проводит пальцами по моим рукам, сцепленным в замок на его торсе, и я вновь, как завороженная, утыкаюсь носом в его спину. — А что теперь? — тихо спрашиваю я. — Теперь марионетку починили и вновь привязали к хозяину нитью. Я должен делать, что угодно кукловоду, — грустно отвечает блондин. — Почему всё так?! — одинокая слеза скатилась по моей щеке, очертив линию скулы. — Потому что я должен, — его голос пропитан болью. — Я должен вернуть прежний статус, уважение и богатство своей семье. Мои родители не умеют жить по-другому. — Как это по-другому? — отчаянье берёт верх надо мной. — Они не умеют преклонять голову, считаться с чужим мнением и быть подвластными, а не наоборот, — на одном дыхании отвечает Драко. — Но ты должен всю жизнь подчиняться и преклонять голову?! — возражаю я. — Да, — Малфой разъединяет мои руки и притягивает меня в свои объятья. Я вновь оказываюсь в плену его сладкого аромата. — Так нельзя, — тихо произношу я. — Долг, есть долг, — пожимает плечами блондин. — Я не хочу тебя терять, — слёзы пересиливают меня и голос вновь дрогнул. — Если бы не ты, кто бы смог меня понять? — он задет этот странный вопрос, пристально вглядываясь в моё лицо, будто пытаясь запомнить каждую черту.       В этот момент пазлы начинают складываться в единую картину. Это вовсе не просто разговор, а наш последний разговор. Наша последняя встреча. Наш конец. — Объясни почему?! Я без тебя не смогу! — задыхаясь из-за слёз, произношу я. — Как можно, любя, отпустить тебя? — Моя любимая гриффиндорка, — Драко ласково проводит рукой по моей щеке. — Ты стала моим единственным, путеводным светом в жизни. Но без тебя свет становится тьмой. Мне придется отпустить тебя, любя, и остаться в этой тьме одному. Как же трудно отпустить, — он вновь целует меня. — Так не отпускай, — прошу я. — Гермиона, я уверен, что на моём месте ты бы поступила так же. Родители, которые дали мне всё, заслуживают, чтобы и я сделал всё для их благополучия в тяжёлые для семьи Малфой времена. — Они заставили тебя сделать выбор, — не перестаю бороться я. — Брак с Асторией - это единственный способ вернуть имя моей семье, — Драко улыбается, когда я тяну руку к его лицу. Он закрывает глаза, будто пытаясь запомнить моё прикосновение. — Ты женишься на ней? — бесцветным голосом задаю я вопрос, ответ на который прекрасно знаю. — Прости, — он перехватывает мою руку и целует запястье. — У меня нет другого выхода. — Нет выхода, — повторяю я. — Пожалуйста, будь счастлива, — Драко прожигает меня взглядом. — Счастлива? — усмехаюсь я. — Да, — он уверенно кивает. — Позволь Уизли любить тебя и быть рядом. — Я не хочу!— противлюсь я. — Порой, чтобы стать истинно счастливым нужно быть с тем человеком, который любит тебя, а не которого любишь ты, — слова дались Малфою тяжело, но он чётко произнес каждое слово. — Что? — рассеянно переспрашиваю я. — Ты любишь меня, но, — он затих, подбирая слова и отведя взгляд в сторону, — я приношу тебе только боль. — И ты решил, что с Роном мне будет лучше?! — сквозь слёзы усмехнулась я. — Как бы тяжело мне не было это признавать, — он глубоко вздохнул. — Единственный кому я могу отдать тебя, доверить - это Уизли. — Нет! — воскликнула я. — Я люблю тебя, Драко! — Знала бы ты, как сильно я люблю тебя, Гермиона! — произносит блондин.       Малфой вновь хмурится от душевной боли и не совладав с эмоциями резко притягивает меня к себе. Поцелуй полный страсти, боли и прощания... Я пыталась запомнить его властные губы, сладкий аромат, громкий стук сердца и тонкие пальцы, скользящие по моей спине. Запомнить навсегда, ведь больше у меня не будет возможности ощутить всё это вновь. — Не уходи, — жалобно прошу я, пытаясь выровнять дыхание. — Этот новый год мы хотели встретить вместе, — он наклоняется к моей шее, едва ощутимо целуя. — Первый и последний праздник вместе, — грустно добавила я. — Я навсегда запомню это мгновенье, — тихо произносит блондин, целуя меня в губы. — До нового года осталось тридцать секунд! — из министерского парка доносится чей-то звонкий крик. — Только тридцать секунд на прощание, — произнесла я, чувствуя, как сердце сделало кульбит в груди и теперь жалобно бьётся, отдаваясь болью во всём теле. — Наши тридцать секунд, — Малфой вновь улыбается и целует меня.       Толпа людей под балконом замерла в предвкушении праздничного салюта, а я замерла в надежде на то, что всё происходящее просто страшный сон и стоит мне открыть глаза, то вся боль, страх, отчаянье немедленно испарятся. Мой любимый человек никогда не оставит меня, не вернется в праздничный зал и после курантов не объявит о своей помолвке и скорой свадьбе с Асторией Гринграсс, не обречёт нас обоих на жизнь без любви.       Драко разрывает наш прощальный поцелуй и заправляет выбившийся из причёски локон мне за ухо. — Обещай, что будешь счастлива с ним, — просит он. — Не могу, — слёзы начинают обжигать мои щёки. — Обещай! — требует Малфой. — Обещаю, — запинаясь, произношу я. — Умница! — его кривоватая улыбка заставляет моё сердце сжаться. — А ты будешь счастлив? — сквозь слёзы спрашиваю я, но мой глупый вопрос теряется в возгласах людей из парка. — Десять секунд! — кричит всё тот же голос под балконом. — Десять секунд, — эхом повторяю я. — Главное, чтобы ты была счастлива, Гермиона! — с улыбкой произносит блондин, разворачивая меня лицом к парку и прижимая спиной к своей груди. — Ты обязательно добьёшься открытия отдела защиты магических существ, выйдешь замуж за Уизли и будешь счастлива в браке, — Драко ещё крепче прижимает меня к себе. — У вас будет дочь и сын, и ты назовёшь их, как ты и мечтаешь. Роза и Хьюго.       Я громко всхлипываю, давая волю слезам и эмоциям. — Любимая, так нужно, — тихо произносит Малфой. — Не уходи, — прошу я, вцепившись в его тонкие пальцы.       Мгновение и тёмное зимнее небо окрашивается сотнями салютов. Гул залпов и восхищенных криков людей заполняет всё вокруг. — Тебе не будет больно, когда я уйду, — его объятья и мой любимый баритон растворяются в морозном воздухе.       Холодный воздух пронзает мои лёгкие всё сильнее с каждым вдохом. Я чувствую как горят мои лёгкие. А может воздух больше не нужен? Без него? Мороз больно бил по коже, но сейчас меня это совсем не беспокоило. Бушующая боль внутри отключила сознание, заставляя забыть, что на улице зима и, что стоять на балконе только в атласном платье - это безумие.       Пусть. Не могу больше чувствовать. Не хочу. Больно.       Я крепче сжимаю руки. Холодный край балкона больно пронзает нежную кожу ладоней, заставляя меня зажмуриться. Зря. Я закрываю глаза и вижу твоё лицо. Пронзительные серые глаза, мою любимую кривоватую улыбку и платиновые волосы. Ты ведь был счастлив? Мы были счастливы. Были. Но всё поломалось с треском в этот новогодний вечер, когда ты сказал, что мне не будет больно, когда ты уйдёшь.       Боль охватывает меня полностью, без остатка. Сердце бьётся, как сумасшедшее, выбивая рёбра наружу. Драко ушёл. Ушёл, потому что должен.       Я поднимаю голову в тёмное небо, которое сейчас было затянуто серой дымкой после салютов. Серой, как его глаза. Мои любимые глаза, которые больше никогда не посмотрят на меня, как прежде. Никогда.       Слёзы уже успели высохнуть на моём лице, когда балконная дверь распахнулась. Секундная надежда на то, что Драко вернулся растворилась в шелесте массивных штор, служивших укрытием двери. — Гермиона, ты здесь! — воскликнул Рон, пройдя на балкон. — Я уже давно искал тебя. Что ты тут делаешь? — Хотелось побыть одной, — хрипло отвечаю я, не узнавая свой голос. — Ты в порядке? — обеспокоенно спрашивает рыжеволосый парень. — Зимой на балконе и даже мантию не взяла, — причитает он, мгновенно снимая с себя пиджак и набрасывая мне на плечи. — Не надо, — чужим голосом отвечаю я. — С ума сошла?! — настаивает парень, кутая меня в пиджак и накладывая согревающие чары.       Приятное тепло начинает циркулировать по венам, пока Рон что-то рассказывает мне. Но я не слышу его голоса. Я делаю глубокий вдох, пытаясь уловить нотки любимого сладкого аромата Малфоя, но ему на смену уже давно пришёл до боли знакомый парфюм Рона. Свежескошенная трава, пергамент... — С новым годом, Гермиона! — поздравляет рыжеволосый парень. — С новым годом, Рон, — отзываюсь я.       Он научит меня жить без Драко? Да. Малфой прав. Рон будет рядом, поддержит и окутает меня своим теплом, как пару минут назад закутывал меня в свой пиджак. Рядом с ним не будет боли, не будет холода. Он никогда не оставит меня. Может быть, действительно лучше быть с тем кто любит тебя, а не кого любишь ты. Ведь так будет не больно. Проще. — Вернёмся в зал? — предлагает парень. — Нет, — быстро отвечаю я. — Давай сбежим отсюда? — Куда? — удивляется Рон. — Так далеко, где нас никто не знает, где никто не сможет найти, — перечисляю я. — Откуда мы не захотим возвращаться обратно. — С тобой хоть на край света, — его тёплая улыбка заставляет меня подумать о том, какая я эгоистка. Да, это эгоистично позволять любить себя и не любить в ответ. Но разве так не будет лучше для нас обоих? — Так мы пойдём на край света? — Рон берёт меня за руку.       Знакомого электричества, как от прикосновения Драко я не почувствовала, но я привыкну и научусь не сравнивать. Не оборачиваться назад. Ведь будущего у нас с Малфоем нет, как и прошлого теперь.       Пусть это прошлое навсегда останется запертым на этом балконе, под покровом снежинок, что медленно кружатся в воздухе. — Пойдём? — повторяет рыжеволосый парень, открывая передо мной массивную дверь.       Я согласно киваю в ответ, делая первый шаг. Второй, третий. «Тебе не будет больно, когда я уйду», твоя прощальная фраза, до сих пор билась в моей голове. Я в последний раз оборачиваюсь на балкон, где осталась наша любовь, которой не суждено было быть.