our darkside

Джером отпускает Лидию, Джером больше никому не нужен. К нему возвращаются кошмары, но теперь они терзают его разум наяву. Джерома ломает — он на краткие мгновения припадает к источнику внутренней силы, к собственной крови, прикасается к родственной душе, но обжигается. Джером боится, Джерому до одури страшно поверить, что кому-то действительно есть до него дело. Джером оказывается на улицах, где его имя произносят только шёпотом. Джером видит своё отражение в грязных лужах и понимает, что отныне обладает только карикатурной маской, является пародией на себя и лишается последнего шанса вернуть свою истинную личину. Джером устраивает целые шоу на улицах, которые всё ещё мелко вздрагивают при воспоминании о «Маньяках»: провальный эксперимент, который Джером не прочь повторить, ведь он безумен, упрямство у него в крови. Джером пытается начать с начала, но внутри тянет — во снах девочка Лидия уходит, оставив после себя только горькое, как полынь, сожаление, а мальчик Арчи украдкой утирает слёзы и обещает не забывать, но не сдерживает обещание. Джером — единственный, кто знает всё с самой первой секунды, кто несёт в себе искры, те самые всполохи, которые делают их единым целым. Джером собирает банду, целую армию, что оказывается несложно — безумные времена порождают настоящих маньяков с манией всё крушить и уничтожать во имя чистого сумасшествия. У Джерома в планах похоронить Готэм под волной насилия, убийств и ужаса, который сеет повсюду бестелесный шёпот. Этот голосок повествует историю мальчика Джерома, потерявшего голову не раньше, чем он лишился Лидии, но не позже, чем у него отобрали Арчи. Джером уже не умеет верить, что они когда-то были реальны. Гордон прикладывает все усилия, чтобы Джером узнал о заключении Лидии. Теперь она там же, где и Арчи, дышит воздухом, который прежде отравлял Джерома. Лидия не намерена сдаваться, она ещё чувствует истлевшую рыжину в руках, ещё видит в кривом зеркале страдания и потери собственную боль, расколотую натрое. Лидия теперь держит за руку мальчика Арчи и позволяет целовать её пальцы, как когда-то давно, в детстве. Лидия засыпает с именем Джерома на губах, а, просыпаясь, первым делом видит Арчи — мальчика, с которым она больше не собирается расставаться. У Джерома есть выбор, перед Джеромом открываются возможности — дороги Готэма, погрязшие в ужасе и смраде, наводнённые обезумевшими крысами. Джером может делать всё, что ему угодно, только не может выключить воспоминания, не может прогнать кошмары и краткие вспышки желания ещё хоть раз прикоснуться к проржавевшей насквозь Лидии и стиснуть в объятиях мягкого, как медь, Арчи. Джером может выбрать любой путь, но все его мысли стремятся в Аркхэм — он смог спасти оттуда своё тело, но им удалось заключить туда его душу. Джером чувствует за спиной собственную армию — небольшую, но одержимую хаосом, взволнованную близостью разрядки. Джерому достаточно подлить масло в огонь и указать, какое здание должно гореть, а дальше — стихия сделает своё дело. Джером решает, что прежде, чем закрывать дверь в прошлое, нужно распахнуть её с ноги, сдёрнуть с петель и вызволить из оков воспоминаний брата и сестру. Джером не знает, чем закончится эта сказка, но он уверен, что до финала ещё далеко. — Собирайтесь, Маньяки! Мы идём в Аркхэм. Пришла пора немного поразвлечься… В кошмарах Джерома Лидия тянет к нему руки, но он не может достать, не может прижать к себе маленькую девочку, такую близкую и такую родную. В кошмарах Джерома он видит, как у него забирают Арчи, но ничего не может сделать, не может пошевелить даже рукой, вынужденный наблюдать за тем, как от него заживо отрезают ещё один кусок плоти. Джером теряет достаточно, теперь он намерен снова стать целым.