Stranger summer

- Ричи -

Ричи ненавидел Хокинс. Не сам городок конечно, хотя он вписывался под те же качества. Слишком маленький, слишком зеленый, слишком жизнерадостный. Город отличался от лагеря населением – сплошь провинциальные и серые, высокомерно глядящие на заезжих городских жителей. Кроме того, что угодно может надоесть, если изучить это как следует. Каждая тропинка, каждое здание, каждое стеклышко витражных окон – Ричи удалось разбить одно из рогатки прошлым летом, в девчачьем туалете и еще два, в лабораториях, зимой. Даже лица местных детей и подростков успели приесться. Ему было скучно, а скука не предвещала ничего хорошего. С таким нежеланием они с братом приехали сюда впервые, но по факту, в четвертый раз. Кроме того, они оба оставили в Нью-Йорке кое-что важное. Мысли об этом оборвал гудок автобуса, единственная партия школьников из тех, кого не могли доставить сюда родители. Ричи щурился в сторону блестящей махины, разглядывая прибывших. – Снова те же лица, - с отвращением протянул он брату. Майк стоял рядом, но вряд ли его слышал, в руках у Уилера был небольшой, измятый листок – послание из мира, который они оставили на ближайшие два месяца. – Что там у тебя? – Джейн подсунула. Передает тебе привет и просит не быть таким засранцем. – Ну, на-адо же, - нараспев произнес Ричи и закатил глаза, - а иначе тут вообще возможно не свихнуться? Утро становилось шумным. К полю, разделявшему подъездную площадку и центральное здание лагеря, съезжалось все больше машин. Ричи все еще было скучно, способствовало тому и полное нежелание брата разделять веселье от «разглядывания уродов» - так называл свое развлечение младший из близнецов. Майк оторвался от чтения, только когда в бок ему влетел острый локоть брата. Ричи привлекал его внимание к чему-то интересному. – Смотри, веселье начинается. Он знал, что проделку улучшит эффект неожиданности, в результате которого его брат либо тоже пострадает, либо продемонстрирует должную реакцию. Майк и впрямь успел инстинктивно отшагнуть за спину брата, запечатлев летящего в него паренька. Шорох газона заглушил вскрик. Ричи задорно расхохотался, так и оставшись стоять с вытянутой в подножке ногой. – Здарова, придурки! – смех Уилера привлекал внимание, Майку это не нравилось, но слабое удовольствие от случившегося он тоже получил. – Эдди! Ты в порядке? – На траву, рядом с распластанным парнем, упала пара книг и измятый альбом для рисования. Блеснула макушка гладких волос – Уилл Байерс приземлился рядом с другом на колени, чтобы помочь. Эдди принялся спешно исправлять свое положение, приподнялся на руках и подобрал под себя ноги, оказавшись на четвереньках и поднимая сердитый взгляд на близнецов. – Ну что же ты, - не унимался Ричи, - а еще друг. Да я его мамашу лучше утешал! Еще один толчок в ребро, этот означал «эй, зацени шутку», - был отправлен Майку, но тот оставался серьезным, разглядывая парней на траве. Ричи даже всерьез разозлился из-за того, что ему портили такое отменное веселье, он ведь знал, что Майк ненавидит зубрил Байерса и Каспбрака едва ли не больше, только вот в процессе их угнетения почти никогда не участвовал. – Приготовились к последнему лету в своей жизни? Теперь оба парня, Уилл и Эдди, смотрели на них снизу вверх. Белоснежная футболка и подбородок Эдди были измазаны сочной зеленой травой, взгляд излучал злость, какая бывает только у людей, не способных постоять за себя. Ричи это нравилось, такой взгляд раззадоривал его внутреннюю тягу к садизму. Во всяком случае, это было куда лучше холодного рыбьего взгляда Байерса, осуждающего и почти презрительного, несмотря на положение. Ричи не отвечал ему, продолжая смотреть на Эдди и с удовлетворенно кривя губы в ухмылке. Кто знает, как долго могла бы продлиться эта немая сцена, если бы сильная хватка не вцепилась в предплечье Уилера и не потянула за собой. – Хватит, нам пора, - Майк не выглядел встревоженным, скорее, скучающим. – Убери от меня руки! – взорвался Ричи, стоило им отойти на несколько шагов. – Эти насекомые другого и не заслуживают! Они продолжали шагать по лужайке, ощущая на себе внимательные взгляды не только двоих парней, но и прочих подростков. Майк убрал руку и задумчиво кивнул. – Я и не спорю. Просто не хочу тратить время, нам бы сначала заселиться. – Конечно, тебе же еще ответное любовное послание писать, - голос Ричи стал провоцирующе сладким, Майк не выдержал и поморщился. В глубине души Ричи понимал, что вся сцена немотивированного насилия что он устроил, задевала его брата за живое. Для Майка это тоже было своего рода поражение – там, где он не мог превзойти кого-то в уме, он, Ричи, доказывал свое превосходство если не силой, то хитростью на грани подлости, чем доводил брата до отчаяния. И в этом было свое удовольствие. Майк не любил проигрывать. И если Каспбрак и Байерс давно оставили его плестись позади в учебе, то с братом он мог продолжать соперничать в его издевательствах над слабыми. Майк был погружен в размышление до самых дверей их домика – приземистого деревянного строения, половина которого была врыта в землю. Этот, закрепленный за ними почти навсегда дом, они с братом любили. Несмотря на невзрачный наружный вид, внутри хватало простора для двоих, и было уютно. Отдельным бонусом прилагались блага, которые отсутствовали в прочих жилищах лагеря. С первого лета окна были оборудованы москитной сеткой, а в спальне присутствовали многочисленные скопления комиксов и повидавший жизнь, но надежный проигрыватель. Год назад Ричи выпросил у родителей небольшой массивный телевизор, который поставил на тумбочке прямо в ногах кровати, а Майк перевез сюда свой старый, слишком массивный для его комнаты в нью-йоркской квартире, телескоп. Дождливые унылые дни в лагере этих двоих не пугали. – Знаешь, - начал Майк, оттряхивая грязь с ботинок у порога дома, - возможно когда-нибудь, они решат дать нам отпор. – Пф! Да у этих жуков духу не хватит. Скорее Каспбрак повесится на какой-нибудь сосне, а неженка-Байерс вскроет себе вены в ванной. По тому, как Майк поморщился, Ричи понял, что воображение брата уже заработало. – Смерть слабаков, знаешь. Ну, чтобы боли не чувствовать. Главное, сделать воду чуть горячее температуры тела и… – Фу, заткнись, Ричи! По домику разлетелся звонкий злорадный смех. Майк не выглядел злым или раздраженным, лицо его выражало простую усталость от болтовни брата. – Посмотрим. Может в этом году мне удастся их вынудить.

- Уилл -

Уилл никак не мог взять в толк, почему близнецы Уилеры выбрали их своими жертвами. За столько лет им должно было наскучить, как минимум, полное отсутствие реакции. – Почему всегда мы? – бормотал Эдди, вторя мыслям друга. – Ох. Мне надо в медпункт. – Брось, это же просто ссадина. Можно промыть водой. Эдди выпрямился и осуждающе взглянул на Уилла, затем многозначительным жестом указал на свое колено. – Ты шутишь? У них тут ужасная система фильтрации. Будет заражение. А знаешь, что дальше? Мне ампутируют ногу. И даже если хирург не окажется кретином и все сделает как надо, с одной ногой вероятность вырасти до нормальных размеров уменьшится. А значит, сделает невозможным день, когда я смогу дать пинка Ричи Уилеру. – Боюсь, одна нога – это вдвое меньше, чем нужно для пинка, - засмеялся Уилл. – А для его брата у тебя какая месть? Эдди глубоко задумался, хоть и было видно, что его хмурое настроение понемногу улетучивается. – Если подумать, быть братом Ричи – уже само по себе наказание. Но я все равно что-нибудь придумаю. Уилл кивнул, про себя он давно решил, что Майк не такой придурок как его брат. Но каковы были его мотивы – он не понимал. – Он не такой подлый, - произнес Байерс. – Просто будто из-за чего-то злится. – Пусть злится на своих родителей, за то, что они не удавили его злого близнеца до того, как он научился открывать рот, - пожал плечами Эдди, закончив снимать с одежды рваные травяные частички. От пятен вряд ли удастся избавиться. – Пойдем. В медпункт, а потом заселяться. – Посмотрим, повезет ли нам в этом году, как в прошлом. *** Везение и тут оставалось сомнительным. По какой-то причине, домики в лагере заканчивались. Кастовая система лагеря предполагала заселение Уилла и Эдди среди таких же, как и они, ребят – безусловно умных, но не приносящих практической пользы для руководства лагеря. Детей, которые были только отвлекающей картинкой для СМИ и постоянных спонсоров. Разделение лагеря на зоны – каждая была привязана к собственному цвету, – предполагало также массу отличий и в прочих аспектах. Группы вместе питались, проводили время по будням, учились, - все, для того чтобы собираться вместе в выходные и показать дух соперничества. – О, ну наконец, с нами случилось что-то хорошее! Им удалось оказаться в столовой в числе первых. Разглядывая еду, Эдди, похоже, повеселел, - тут меню качество отличалось от того, что им приходилось есть в других группах. Он даже уделил внимание отличительному знаку группы и с нежностью накрыл ладонью повязанную на предплечье красную бандану. – Не разделяю твоего оптимизма, но выглядит и правда здорово, - Уилл поднес к губам стакан с соком. Неприятности подкрались со спины. Сильный толчок в затылок заставил его удариться зубами о толстое стекло и вылить половину содержимого себе в лицо. Чья-то рука сильно сжала его плечо, когда он попытался встать. Уилл не видел Ричи, но слышал, как тот сдавленно пискнул. Над головой раздался противный смешок. – Вам двоим что, жить надоело? – Майк Уиллер приземлился на скамейку рядом. Хватка не ослабла. Значит, это Ричи держит их в захвате, догадался Уилл. По лицу, липко стекал и капал на колени сладкий вишневый сок. Уилл бросил тоскливый взгляд на салфетки, но инстинкт самосохранения подсказал, что лучше не пытаться шевелиться. Майк как будто уловил его мысль, приподнялся и пододвинул к себе салфетницу. Уилл выждал еще несколько секунд, прежде чем осмелеть и протянуть руку. – Вы. И мы, - Уилл промокнул салфеткой лицо. – В одной группе. Как я сразу не понял. – А я все время забываю, что ты не немой, - Майк склонил голову на бок, но смотрел пристально. Уилл отчетливо ощутил, как от этого взгляда сжимаются внутренности. Мысли хаотично сменяли одна другую. Извиниться? Но за что? Сбежать все равно не удастся. Попытаться уладить все разговорами, чтобы потом попросить перевода? Смех. - Эй, вы, что у вас там? – По ту сторону стола выросла фигура. Голос был знакомым, но Уилл так и не отвел взгляда от блестящих темных глаз Майка. - Просто знакомимся, Стив! – Весело выкрикнул Ричи. Хватка тут же исчезла. Майк моргнул и поднялся со скамьи. Уиллу показалось, что мир сняли с паузы. Столовую снова наполни запахи и голоса. Едва близнецы исчезли, Уилл развернулся обратно к пустой тарелке и опустил над ней голову. К горлу подступала тошнота. - Не морочьте мне голову, Уилеры, в этом году я у вас старший и глаз с вас не спущу, - голос Стива звучал уже отдалённее. - Беру свои слова назад, - пробормотал Эдди над самым ухом. – Ничего хорошего нас этим летом не ждет.