С чистого листа.

      Не сказать, что Смокер не любил свою работу. Даже напротив, он гордился ею. Так почему же сейчас он, смотря на обычного деревенского парнишку, что находился на эшафоте, сжимает кулаки все сильнее и злится на себя?       «Все пираты — шваль, изгои», — повторяет, как молитву, дозорный. Но разум кричит совсем другое.       Чем виноват этот парнишка, что, наслушавшись баек про приключения, устремился в море? Разве можно судить человека за желание стать свободным? Быть подальше от несправедливости, жестокости нынешней власти?       О да, Мировая власть еще та зараза. Можно сказать, что она похуже пиратства, просто прикрывается законом, вот и все.       Смокер затянулся, устало выдохнув дым. Не было сил размусоливать данную тему, что была у дозорных заезжена до дыр. У нормальных дозорных, конечно. Про всякую шваль, что попала по блату и только пользуется своим положением, ни слова.       Речь судьи подходила к своему логическому завершению. Толпа зевак внизу радостно закричала, требуя поскорее крови и зрелищ.       «Чем же еще можно развлечь себя, если не чужими страданиями?» — проскользнула ненавязчивая мысль в голове Белого Охотника.       — …сей, приговариваю пирата к смертной казни!       Краем глаза Смокер замечает движение двух палачей. Они лениво наперевес с здоровыми тесаками подходили к приговоренному, будто растягивая любимое лакомство подольше. Пусть черные мешки скрывали лицо мужчин, но их глаза говорили о предвкушении наслаждения от смерти еще одного невезучего пирата.       С небес хлынул дождь. Поднялся сильный ветер. Сама природа будто бы негодовала от происходящего «развлечения» для местных жителей, стремясь разогнать их с помощью ужасной погоды.       Время стало двигаться медленно, а в воздухе летало сильное напряжение, когда два тесака уже были над головой парнишки. Интуиция Белого Охотника просто сошла с ума, крича не своим голосом: «Что-то сейчас будет нехорошее!»       Так и случилось. В толпе людей не пойми откуда взялась огромная волна, что неистово пронеслась по главной площади.       Смокер смог избежать мощной стихии, в последнее мгновение превратившись в густой туман и взмыв в грозовое небо. Он с ужасом смотрел, как гражданских и дозорных уносила вода…       Впоследствии, спустя несколько часов после трагического происшествия, стало известно, что более сорока человек погибло, из них пятеро детей. Пятьдесят восемь отделались «легким испугом», четверо находятся в тяжелом состоянии. Виновных так и не нашли. Приговоренного пирата тоже.       А Смокер проклинал себя за промах, дав слово отыскать Мугивару Луффи и причастного к трагедии пирата его команды.

***

      Когда волна накрыла эшафот, Луффи и вправду подумал, что его приключению пришел конец. Тело перестало слушаться, а тяжелые колодки тащили вниз. Буквально вся жизнь пронеслась перед глазами, но смерть опять лишь только усмехнулась в лицо безрассудному пирату, отступая прочь.       Мугивара ощутил, как что-то скользкое коснулось его ноги. Буквально через мгновение что-то ухватило колодки и потащило стремительно вверх. Затем последовал сильный рывок, вытаскивающий его из объятия стихии.       Холодный свирепый ветер обжег лицо. Парнишка распахнул глаза, жадно хватая воздух ртом.       — Кисаме?! — радостно взвопил неугомонный капитан, порываясь кинуться к сидящему на корточках мужчине с крепкими объятьями, но колодки не давали простора для этого маневра. — Я как раз искал тебя!       Одна бровь шиноби поползла вверх.       — На том свете? — голос пропитан иронией.       — Ты станешь моим накама?! — пропустил Луффи мимо ушей реплику. — А эта волна… ты же ее создал? Почему раньше не сказал, что фруктовик?! Где Итачи?       Хошигаки обреченно выдохнул. Кажется, он уже жалеет, что поддался эмоциям и решил спасти Шляпу.