The Ones Leading Up To The One

Прошло чуть больше месяца с тех пор, как Юнги переехал в Америку. Он осознал, что все не так уже и плохо, как он себе представлял. Он все еще общается со своими друзьями в Скайпе почти каждый день. А так же он завел новых, не успело пройти и двух недель. Но была одна вещь, что беспокоила его – он так и не поговорил с Чимином. - Он все еще отказывается со мной разговаривать? – спросил Юнги Сокджина через экран ноутбука. Сокджин вздохнул. - Юнги, ты должен понимать, как дерьмово он себя чувствовал, когда… - Я знаю, - сказал Юнги, поднимая руку, чтобы остановить Сокджина от окончания предложения. – Я знаю. Не переживай. Сокджин слабо улыбнулся. - У него все хорошо. Он был выбран как участник танцевальной группы, чтобы принять участие в надвигающемся хип-хоп соревновании. - Это замечательные новости, - Юнги не смог сдержать широкой улыбки. – Когда выступление? Сокджин задумчиво промычал. - Думаю, это следующая суббота. Мы, скорее всего, пойдем, если будет время. Хочешь, могу заснять для тебя? - Да, - благодарно улыбнулся Юнги. – Спасибо, хен. - Без проблем, - замахал руками Сокджин. – В любом случае. Я позвоню тебе завтра в то же время? Юнги кивнул. - Доброй ночи, хен. - Спи сладко, мой прекрасный, усердно работающий сын, - драматично провозгласил Сокджин. Юнги очень сильно возжелал оказаться в Корее, дабы ударить старшего чем-нибудь тяжелым. * Юнги, ну же, пожалуйста! – проныл Чанель, опускась на колени. – Ты мне нужен! Я занят в эту субботу! Юнги раздраженно замычал: - Почему ты втягиваешь меня в это, хен. Что ты… - Юнги, клянусь богом, я буду должен тебе всю свою оставшуюся жизнь, если ты сделаешь это ради меня, - провозгласил Чанель, хватая Юнги за руку. – Пожалуйста, ты знаешь, как много Бэкхен значит для меня. Он свободен только сегодня, и я должен идти. Пожалуйста. Я всего лишь прошу тебя заменить меня. Это просто музыку переключать. Тебе даже не придется особо напрягаться. Можешь оставить себе весь заработок. Пожалуйста. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста… - Господи ебаный боже, - вздохнул Юнги. – Хорошо, хорошо, блять. - Я так сильно люблю тебя! – воскликнул Чанель, поднимаясь с колен и оставляя поцелуй на его щеке. – Я люблю тебя! Буду должен всю свою жизнь. Назову в честь тебя будущего сына. Юнги закатил глаза. - Что вообще должно произойти? Это твоя смена в клубе? Чанель потряс головой. - Я отвечаю за музыку на танцевальном соревновании сегодня вечером. - Танцевальное соревн-… - Юнги перестал дышать,в голове что-то щелкнуло, и он резко схватил Чанеля за воротник его рубашки. – Танцевальное соревнование? Сегодня? Оно проходит здесь? В Америке? - Э-эм, - заикнулся Пак. – Ну да? Оно проводится здесь. Мировой Чемпионат по Хип-Хопу… Юнги выскочил за дверь с ключами в руке перед тем, как Чанель смог закончить предложение. Чанель улыбнулся, нашел контакт «Бэкхен <3» и нажал на кнопку вызова. - Хэй, Бэк? – поприветствовал он. – Скажи Тэхену и Чимину, что все идет по плану. * Юнги, играя песню за песней, не мог думать ни о чем, кроме как о Чимине, и изменился ли он. Увидит ли он его. Заговорит ли он с ним. Что он скажет, если ему выпадет шанс поговорить с ним. Часть его надеялась, что Чимин заметит его, часть его молила, чтобы этого не произошло. Но этот поток сумбурных мыслей был прерван объявлением ведущего о том, что корейская команда выступает следующей, и Юнги мог поклясться, что его сердце остановилось на целую чертову минуту, когда он увидел Пак Чимина, поднимающегося на сцену. Блять, он все так же прекрасен. Блять, господи боже, он еще более прекрасен, чем Юнги того помнил. Он осознавал, что на сцене сейчас около двадцати людей, включая Хосока, но Мин буквально видел только Чимина. Сейчас он жалел, что не взял свою камеру. В середине выступления Юнги внезапно почувствовал, как его кто-то хватает, и, обернувшись, увидел Сокджина, Намджуна, Тэхена и Чонгука. Он издал нехарактерный для него высокий звук, похожий на пищание, что вызвало смешки вышеупомянутых. - Мы тоже по тебе скучали, Юнги, - сказал Сокджин, обнимая Юнги со спины и внимательно наблюдая за Чимином. Тэхен завертелся волчком, когда Чимин и Хосок оказались в передней линии, пытаясь кричать что-то на английском: - МОЙ ЛУЧШИЙ ДРУГ И МОЙ ПАРЕНЬ! Я НЕ МОГУ ВИДЕТЬ! ВСЕ НАКЛОНИТЕСЬ! ВСЕ НАКЛОНИТЕСЬ! Когда все закончилось, Юнги аплодировал громче, чем когда-либо, крича и улюлюкая, и его друзья следовали его примеру. Ведущий снова поднялся на сцену и заговорил на английском: - Один из участников команды попросил дать ему высказаться после выступления. Высказаться его любимому человеку, - с улыбкой произнес он. – Без лишних церемоний, представляю вам Пак Чимина! Намджун хлопнул Юнги по плечу и поднялся на сцену. - Ч-чего? – заикнулся Юнги, бросая на своих друзей растерянный взгляд. - Намджун будет переводчиком Чимина, чтобы американцы поняли, что он говорит, - объяснил Чонгук. И внезапно, когда Юнги обернулся снова, Чимин смотрит прямо на него. И Юнги умер. Прямо там. Умер. - Мин Юнги, - начал Чимин дрожащим, но уверенным голосом. Его глаза покраснели и увлажнились от одного упоминания его имени, и Юнги не знал почему, но он тоже почувствовал влагу, скапливающуюся в уголках глаз. Чимин глубоко вдохнул. - Я не собираюсь заставлять тебя делать что-либо. Мы не должны придавать этому значение, если ты не хочешь придавать этому значение. Черт, мы можем просто забыть, что это случилось, и уже завтра вернуться к тому, чем мы обычно, блять, занимаемся, позволив этому моменту умереть навсегда. Юнги, услышав знакомые слова, издал короткий смешок. - Я просто хочу сказать, что я скучаю по тебе, и люблю тебя так, что это причиняет мне боль, - выдохнул Чимин, чей голос сломался на последнем слове. - … и я даю тебе возможность либо сбежать от этой неловкой ситуации и продолжить жить одному в Америке, либо притащить сюда свою задницу и поцеловать меня, потому что ебал я это расстояние, Мин Юнги. Я последовал сюда за тобой. Я нашел тебя здесь. Так что же ты выберешь? Намджун перевел все толпе, и воздух заполонил крики, рев и улюлюканье зрителей, что кричали Юнги подняться и поцеловать его. И первый раз за свою жизнь Юнги подумал «да нахуй все» и вбежал на сцену, крепко обнимая Чимина и соединяя их губы. Вопли просто оглушающие. Намджун возбужденно прыгал по сцене. Команда Чимина вскинула руки в воздух в победном жесте. Ведущий умиленно хлопал в ладоши. Их друзья рыдали. Юнги оторвался от Чимина и прижался своим лбом к его, игнорируя то, что они оба красные и рыдают в три ручья. - Но ты… - прошептал Юнги. – В ту ночь, когда ты напился. Ты сказал, что ты любишь Хоби… Чимин затряс головой, зарываясь пальцами в волосы Юнги. - Нет, я не сказал. Я сказал, что мне не нравится Хоби-хен. Я сказал, что я люблю… Осознание озарило Юнги, и он посмотрел на него расширившимися глазами. - Ты любишь меня. Сокджин поднял телефон и сделал фотографию парочки, что все еще крепко обнималась на сцене. - Хен, какого черта ты творишь? – шмыгнув носом, спросил Чонгук - Делаю фото, основанное на эмоциях гордой матери, - ответил Сокджин, продолжая делать снимки и пытаясь сдержать всхлип. Тэхен поднялся на стул, вскинул кулак в воздух и заорал во всю мощь легких: - ПИ-И-И-И-И-ИДОРЫ!