Лунный свет

Сегодня тихо, настолько, что кажется, будто все звуки вовсе исчезли из мира. Девочка сидит на полу, вжавшись в угол, обняв руками острые коленки и опустив голову. Она внимательно прислушивается к тишине, но не слышит ничего. Она точно знает, так всегда случается, когда приходит он. Он всегда вызывает чувство не просто страха, а неконтролируемого ужаса, даже когда просто находится рядом, а уж когда заходит в ее комнату… Девочка судорожно всхлипнула и вжалась спиной в стену, как будто это могло ей помочь спрятаться. Хотя именно сюда он заходил очень редко, смотрел на девочку сверху вниз, усмехался, что-то презрительно говорил о некой глупой женщине и удалялся. Этот дом… нет, скорее только эта комната была всем ее миром, ограниченным четырьмя стенами, обитыми светло-синим шелком. Помещение обставлено с удобством, но всегда было каким-то безликим, скупым, неудобным, впрочем, иного девочка попросту не знала. Ее воспитанием никто не занимался, она как будто не была никому нужна, но, тем не менее, все еще жила, дышала. Вечное одиночество в удобной камере заключения, прерываемое лишь визитами женщины, что изредка учила ее читать и писать, да мужчины что приносил еду. Сегодня он тоже был, а ее не было. Девочка беспокоилась. Ведь наступила тишина и значит он придет. В комнате было большое окно, через которое она могла смотреть на внешний мир. Те, кто держали ее здесь с самого рождения, не опасались, что девочка сбежит, а она и не решалась этого сделать. Внешний мир был чужим и опасным, если она здесь никому не нужна, то что будет там? Ей было страшно. Она не понимала окружающий мир и себя не понимала. Плотные тяжелые шторы всегда закрывают окно, она редко решается подойти и выглянуть наружу, опасаясь, что ее могут увидеть или она сама увидит что-то не то. Но там, за гладким тонким и хрупким стеклом целый огромный мир, словно картина в деревянной раме. Красивая, желанная, недосягаемая, если часто на нее смотреть, можно сойти с ума, наверное, во всяком случае, девочка этого боялась. Тишина лопнула, разлетелась на куски отчаянным криком где-то на первом этаже особняка. Его появления всегда сопровождались криком и запахом крови. Крови в ее жизни вообще было слишком много, вот только никаких чувств данный факт не вызывал. Крики продолжались и приближались. Нужно просто переждать, перетерпеть… *** Возле шахматной доски лежал распечатанный конверт, тонкие пальцы чистокровного сжимали в руках письмо, состоявшее всего из пары слов. Она всегда была лаконична в своих посланиях и вообще не разговорчива. - Значит, ты хочешь вернуться, - он еще раз внимательно посмотрел на доску. Стоит добавить сюда еще одну фигуру, лицо заинтересованное и совершенно неуправляемое? А с другой стороны он и запретить ей не может, только попросить, а прислушается она или нет вопрос отдельный. С ней никогда ничего нельзя было знать заранее, как и предположить реакцию на то или иное событие. И потому придется принять. План можно не менять, она не помешает. Канаме разжал пальцы и на пол опустился лишь пепел. Нужно было сообщить ректору о том, что ночной класс пополнится новой ученицей. *** Раннее утро. Скорее даже очень раннее. На траве и листьях блестит роса. Тонкая бледная рука касается ветки и растирает между пальцами утреннюю влагу. Глубокий вдох. Воздух полон свежести. Хочется улыбнуться и она не сдерживается. Сдерживать себя от проявления каких-то чувств и эмоций Цуки считала неправильным, во всяком случае, когда рядом никого нет. К одиночеству она привыкла, кажется, с самого рождения и оно было куда предпочтительнее компании кого бы то ни было. В одиночестве не нужно притворяться, играть какую-то роль, стараться выглядеть так, как положено и вести себя тоже, а еще нет никого, кто принес бы боль и страх. Последнее особенно важно. Ее долгое путешествие еще не подошло к концу, она просто решила сделать остановку, именно так убеждала себя девушка. В конце концов, это тоже возможность узнать нечто новое об этом огромном, бескрайнем мире. Почему она вообще решила придти сюда? Наверное, так действительно нужно и правильно. Вот только кому нужно и для кого правильно? С самого рождения жизнь Цуки ей не принадлежала. Кому угодно, только не ей. И до сих пор она чувствует себя ведомой, сколько бы не убегала и не скиталась по миру в одиночестве в тщетной попытке поймать ощущение свободы. Здание академии оказалось красивым, во всяком случае, Цуки оно понравилось, напоминало старинный замок, и атмосфера здесь была какая-то необычная. Следуя указаниям, оставленным в письме, девушка поднялась по лестнице в поисках кабинета ректора, с которым следовало увидеться в первую очередь. Легонько постучав костяшками пальцев о деревянную дверь, девушка стала ожидать позволения войти. Но по другую сторону двери была тишина. Быть может, она пришла слишком рано? Все же люди ночью и в том числе так рано утром еще спят. Выждав еще пару секунд, девушка постучала куда громче и настойчивее. Изнутри послышалась подозрительная возня и какие-то неразборчивые голоса. Значит, там все же кто-то есть. Поначалу девушка хотела уйти и не тревожить хозяина помещения, в конце концов, если дверь не открыли и не попросили зайти, значит, чем-то очень заняты. С другой стороны ей-то куда идти? Прямо в лунное общежитие? Она бы возможно так и поступила, но тут дверь резко распахнулась, ударив ее по лбу, и в коридор выскочил юноша. Цуки охнула и прижала ладонь к пострадавшему месту, удивленно разглядывая незнакомца. Высокий блондин с прозрачно голубыми глазами и недовольным выражением лица. - Прошу прощения - буркнул он, явно в своем поступке не раскаиваюсь. Цуки никогда не понимала, зачем просить прощения, если на самом деле в своем поступке не раскаиваешься? Кому от этого будет легче? Это все только запутывает. Но девушка давно уже привыкла, что в обществе так принято, хотя сама все же всегда вела себя так, как считала нужным, в крайнем случае, просто молчала, это ведь куда лучше чем солгать. Вот и сейчас она стояла молча, не предъявляя претензий, все же произошедшее действительно случайность, и не утверждая, будто все в порядке, потому как это не так. И если она попросту ждала, когда же он уйдет и ей удастся, наконец, увидеть ректора, то почему он все еще стоит на месте? - Ты ведь не… - он не договорил. Понять, что именно он имел ввиду было затруднительно, продолжение его фразы могло быть совершенно любым, и отчасти ее захлестнуло любопытство, но сейчас у Цуки были дела поважнее. - Мне нужно пройти, - наконец она подала голос. - Конечно, - он посторонился, но уходить не собирался. Происходящее было странным, но поскольку Цуки не знала какое поведение здесь принято ни возмущаться, ни задавать вопросов не стала, а просто распахнула дверь и замерла на пороге. - Я могу войти? – спросила она, с долей недоумения оглядывая помещение. Вроде бы стандартный кабинет, ничего необычного, кроме разве что мужчины, что ползал по ковру, собирая обрывки чего-то неизвестного, идентифицировать, чем это было раньше, девушка не могла. - Да, конечно, проходите, - мужчина утер слезы и поднялся на ноги. – Вы ведь Цуки? - Да, а вы ректор Кросс, - она просто кивнула, делая несколько шагов вперед. - Я получил ваши документы, так что можете заселяться в лунное общежитие, подробнее с правилами вас ознакомит его глава. - Благодарю, - все так же сдержано ответила девушка и развернулась, собираясь выйти, но дорогу ей преграждал все тот же незнакомый юноша. Сейчас выражение его лица было таким, как будто его заставили сжевать целиком лимон и заесть солью. Только сейчас Цуки заметила, татуировку на его шее и все поняла. Перед тем как приехать сюда она все же получила кое-какую общую информацию в том числе от Курана. Правда, чистокровный, конечно, поведал только то, что считал нужным и выгодным для себя. Девушка даже заподозрила, что сейчас этот человек попытается ее убить. Конечно, данное действо вызовет у него определенные затруднения. Да и в любом случае быть объектом столь яркой незамутненной ненависти было неприятно. Ведь лично она ему ничего не сделала. Цуки ожидала чего угодно, только не того, что он отойдет в сторону, позволяя ей пройти. Сейчас девушка не стала задавать никаких вопросов, а просто двинулась вперед, решив оставить это напоследок или попытаться расспросить Канаме… да именно, что попытаться, но ведь попытка не пытка. Дверь за ее спиной так и осталась приоткрытой, так что она отчетливо слышала, как юноша завопил: - Что она здесь делает?! Было такое ощущение, что кого-нибудь он таки убьет, просто чтобы достичь душевного равновесия. - Зеро, успокойся… Дальнейшего разговора она не слышала, только невнятные возгласы, пока не спустилась на первый этаж. Конечно, Цуки было любопытно, но подслушивать чужую беседу она не собиралась, пока что. - Эй! Стой! – окрик настиг ее уже на крыльце, когда девушка приостановилась, наслаждаясь свежим воздухом и отсутствием стен вокруг себя. Цуки обернулась и с некоторой долей удивления посмотрела на все того же недовольного паренька. - Я должен проводить тебя до лунного общежития, - он от данной перспективы радости явно не испытывал. - Не думаю, что здесь можно заблудиться, - девушка повела рукой в сторону дороги, которая как раз вела к пункту назначения. Все же, не смотря на большую территорию, которую академия занимала, найти дорогу здесь не составляло особого труда. - И вы все равно периодически теряетесь и находитесь рядом с людьми, - выплюнул он. Ах, вот он о чем. Цуки недоуменно пожала плечами. Она знала правила этой игры и нарушать их не собиралась, но даже если заявит об этом вслух, ей вряд ли поверят. - В таком случае ведите, - она пожала плечами, поудобнее перехватила свой чемодан и двинулась вперед. Шли молча. Он явно не желал общаться, как и находится рядом с ней, Цуки тоже не была склонна разговаривать с тем, кто явно хочет оторвать ей голову. В данном контексте можно было бы даже поспорить, кто из них более жесток и бесчеловечен. У ворот, ведущих к лунному общежитию он развернулся и молча ушел, чему Цуки был несказанно рада. Оставшийся путь можно было в свое удовольствие проделать в полном одиночестве. Правда уже у самого крыльца она остановилась. Одиночество будет недолгим. Вздохнув, девушка дернула на себя дверь и решительно направилась вперед, вошла в прохладное полутемное помещение. По вампирскому расписанию сейчас был еще не совсем поздний вечер, так что в помещении являвшимся чем-то вроде гостиной народу было много. И, конечно же, все тут же обратили на нее внимание. Это естественно, вот только за все эти годы Цуки так к этому и не привыкла. - Ты рано, - с кресла поднялся глава ночного класса, единственное знакомое для нее лицо. - Я бы скорее сказала, что поздно, - девушка склонила голову набок, внимательно разглядывая того, кого не видела уже несколько лет. Он ни капли не изменился. – Ты ведь получил мое письмо? Она прошла вперед, поставив чемодан возле стены, пусть его вес ее не особо волновал, на этот громоздкий предмет попросту надоело таскать в руках. - Получил, - лаконично ответил он. Цуки кивнула и, спокойно пройдя вперед, совершенно не обращая внимания на окружающих, присела на диванчик, откинула голову на спинку и прикрыла глаза. - Канаме сама, - кто-то обратился к чистокровному, судя по голосу девушка. - Ты могла бы и представиться, - в голосе Курана послышались укоризненные нотки. Девушка открыла сначала правый глаз, а потом левый, после чего внимательно оглядела всех собравшихся в помещении. Все, похоже, вампиры аристократы и все смотрят на нее с некоторым недоумением и опасением, кроме одного. Вишневые глаза, каштановые растрепанные кудри… он явно пытался подавить некие иные, совсем не добрые чувства. Значит, его сын. - Прошу прощения, - на этот раз даже в ее понимании фраза не была просто ритуальной, в конце концов, существуют правила вежливости. – Меня зовут Цуки. Все похоже ожидали продолжения, но его не последовало. - Просто Цуки? – спросил голубоглазый блондин, с любопытством ее разглядывая. - Если вы хотите узнать из какой я семьи, то это не имеет значения, у меня ее просто нет. Конечно, подобное заявление наверняка вызовет вопросы, как и отсутствие у нее фамилии, но Цуки сама осознанно сделала этот выбор и уже давно. У нее нет родителей и никогда не было. Было просто двое вампиров, что воспроизвели на свет ребенка, который ни тому, ни другому не был нужен и выжил исключительно из-за своей крови. - Ты все еще отказываешься? – уточнил Куран. - Это не имеет никакого смысла, - Цуки тряхнула головой и тут же убрала с лица серебристую прядь, упавшую на глаза. – Прости меня, конечно, но я не желаю иметь ничего общего ни с теми, ни с другими. - Понимаю, - чистокровный кивнул. Девушка про себя хмыкнула. Понимает он, его ведь это совершенно не волнует, с самого начала не волновало. А для нее это стало делом принципа. Она действительно не желала относиться ни к одной из семей к коим принадлежали ее родители, ведь мать отказалась от нее сразу после рождения, и наверняка, будь на то ее воля, и вовсе не позволила бы появиться на свет, а отец… растил как домашнюю зверюшку, некий запасной план, понять бы только какой именно. Ее не только ничему не учили, даже имя не дали. Цуки… так ее называла женщина, что периодически появлялась в ее комнате, единственная кто относился к ней чуть лучше, чем к вещи. Конечно же, тем же утром она узнала и запомнила имена всех присутствующих здесь вампиров, не то чтобы это было так уж важно, просто память у Цуки всегда была хорошей, ей стоило только раз что-то прочитать или увидеть, чтобы запомнить. А чуть позже Куран познакомил ее с основными правилами пребывания в академии. Они вдвоем сидели в его комнате, на столе стояло два бокала с розоватой жидкостью. - Ты ведь их еще не пробовала? – Канаме кивнул на коробочку с таблетками, что тоже лежала на столе. - Нет, - Цуки взяла в руки бокал, повертела его между ладонями и сделала глоток. На несколько секунд она о чем-то задумалась, перекатывая во рту жидкость. – Не так плохо как могло бы быть, скорее просто безвкусно. - Иного источника питания у нас здесь нет. - Так уж и нет, - хмыкнула девушка, делая еще один глоток. Он ничего не ответил, да это было и не нужно. Они давно знали друг друга, но Цуки была более чем уверенна, что не знает о нем и половины всего, но это ее ни капли не беспокоило. Однажды он ее спас, за что девушка была ему благодарна и в то же время обязана, возможно, пришло время вернуть долг… Канаме в свою очередь внимательно смотрел на девушку, что сейчас сидела перед ним. Она ни капли не была похожа на то испуганное, забитое создание, что он однажды нашел, хотя замкнутость все же осталась, впрочем, это свойственно многим вампирам. - Она скоро будет здесь, - он как-то слишком резко нарушил тишину. Цуки закашлялась, все же если ситуация или слова заставали ее врасплох, девушка всегда реагировала очень эмоционально. Хорошо, что хотя бы уже допила и бокал отставила в сторону, а то бы конфуза было не избежать. - Зачем? – сипло выдохнула девушка, глядя на своего собеседника, и, по едва уловимому изгибу его губ, все поняла. – За тобой? Она точно чокнутая. Подробности данного дела ее мало волновали, лезть в чужие дела Цуки не собиралась, если только Канаме сам ее туда не затащит, а он похоже именно это и собирался сделать. Ведь он еще до ее приезда знал. - Она хочет мести. - За что ей мстить тебе? – Цуки точно знала, их интересы никогда не пересекались. - Ей нужна моя сила. Довольно сомнительный аргумент ради такого-то риска, впрочем, сумасшедшие всегда поступают странно. Цуки, кажется, только сейчас начала осознавать с кем ей предстоит увидеться в ближайшее время. - Она знает обо мне? Ну что ты на меня так смотришь, о том, что я на свете существую она, несомненно, знает, если ей память не отшибло, вот только она вполне может предполагать, что я давно уже мертва. - Не знаю. - Но наверняка уже предвкушаешь занимательное представление, - хмыкнула девушка, поднимаясь на ноги. Ей необходимо было отдохнуть. - Еще одно, Цуки, - он окликнул ее когда девушка уже собиралась шагнуть за порог, но вынужденно остановилась и обернулась. – Тот, кто сопровождал тебя сюда, один из старост… - он сделал паузу, а она вопросительно изогнула бровь. - Он вампир, я это поняла и собиралась уже завтра поинтересоваться этой ситуацией. - Хио Шизука убила его семью и укусила его, не завершив обращение. Тонкие пальцы соскользнули с ручки двери, на которой лежали и безвольно повисли. На какой-то миг ее глаза потемнели, а губы сжались в тонкую бледную линию. Всего лишь мгновение ярких пусть и негативных эмоций, после чего на лице появилась маска отстраненного равнодушия. - Меня это не касается, - она качнула головой. – Надеюсь только, он не попытается меня по-тихому пристрелить, - теперь ее губы изогнулись в усмешке. На самом деле Цуки прекрасно знала, что все совсем наоборот. Сколько бы она не открещивалась от истины не убежишь. С ее стороны глупо было отрицать родственную связь с кем-либо из вампиров, ведь внешность она умудрилась унаследовать характерную настолько, что одного взгляда хватало, чтобы понять, кто были ее родители.