Иномирянка

Настья Дени оказалась потрясающим партнёром – и это при том, что я ходила в танцевальную студию, и вертелась теперь, как волчок! Если сначала посередине зала танцевало ещё несколько пар, то вскоре мы кружились по паркету в гордом одиночестве. Она явно умела танцевать, с точностью предугадывая всё мои движения, отвечая на них... Роль кавалера, естественно, исполняла Синеглазая. Да, я даже пожалела, что в моём мире ей не будет – на танцполе в каком ни будь ночно клубе мы с Синеглазой вместе произвели бы настоящий фурор — мне бы все подруги обзавидовались. Эх… Я обратила внимание на любопытный взгляд владыки, чтоб ему не чихалось. Кажется, он тоже был удивлён – как и я, впрочем. На земле я никогда не могла подобрать достойного партнёра. А здесь… Уверенные движения, предугаданный шаги партнёра, стук сердец, глаза в глаза… И почему она не парень??? Я резко крутанулась под завершающие звуки мелодии, и, поскользнувшись на скользком (Какой идиот натёр паркет перед балом?) полу, оказалась на руке эффектно подхватившей меня Дени. Вот это реакция! Собственно, завершили мы танец очень… Красиво. Ого! Нам даже поаплодировали! Здорово! Ой! Из за колонны выглядывал тот самый вампир, который пытался мной закусить. Перехватив мой взгляд, он растворился в тени. Эх, не успела я ему по зубам дать… Примерно час спустя мы отправились в таверну – Дени предлагала остаться в замке, но я сказала, что тут будет слишком шумно. Карен увязался вместе с нами –вещи он собрал сразу, с родственниками он попрощался, так что делать ему было здесь, в принципе, нечего. Шантунавиэль да Ртов Эта тварь всё испортила. Но я отомщу. Не сам, мне дороги мои клыки… В смысле, руки марать не хочется. Но она поплатится! Не будь я главой Чёрных клинков! Настья. Этот дроу нас ждал там же, где мы его оставили. Здорово. Кстати, ещё ведь не так уж и поздно… -Так, ребята, пошли гулять. И не спорить, я нервная, устрою скандал с битьём посуды и нанесением тяжких увечий окружающим. И они пошли. Дени, правда, проворчала что то вроде «ещё день – два, и я буду кусаться», но я уверенна, она пошутила. И теперь мы довольно шумной компанией – угадайте, кто был шумным? – бродили по улицам Найхжданы, слушали песни менестрелей, и так хорошо и беззаботно было на душе… Я видела, что не только я — но и Дроу, и спасённый Дени парень, да и сама воительница были счастливы. Словно весь груз проблем и тревог остался в таверне, которая, кстати, называлась «Последнее пристанище». Жуть! И кто это придумал? Но заведение словно и впрямь стало последним пристанищем наших переживаний… Я улыбнулась, в голове крутились строчки детской песни, и я, не удержавшись, запела – голос у меня всегда был хороший. А глаза у Синеглазки, Вы у неба взяли краски, И небесной красотой Синий взор сияет твой. Синий, синий, самый синий, Синий взор сияет твой. Дени удивлённо посмотрела на меня, и я усмехнулась. Естественно, её глаза были неописуемы, но песня и вправду звучала так, словно я пела о глазах Дени. Ха. Нет, всё таки Найхждана – город сказок! Даже дома я никогда не чувствовала себя так… Так… Свободно. Безопасно. И счастливо. Я знала, что это чувство однажды исчезнет, и наслаждалась покоем сейчас, сию минуту. А в следующую минуту относительно спокойная прогулка перевернулась с ног на… ХМ… Голову. Мы как раз шли по безлюдной улице, куда я свернула просто так. И, по закону жанра, на нас напали. Вот только… Разбойники с дороги и выпившие воины из «Последнего пристанища» были против них, как блины против меня. В смысле, проигрывали без боя. Одетые во всё чёрное, они смотрели неестественно пустыми глазами из под масок. В руках было оружие, причём самое разнообразное – от мечей и кинжалов до арбалетов и палиц, ятаганов и прочая. Их было около двух десятков, и мне стало страшно. Нет, я видела, что Дени превосходный боец, и дроу носит меч не для красоты… Только в глазах мужской половины группы была обречённость. И холод в синих, как лёд, глазах моей подруги. -Кто это? – мой шёпот прозвучал громом небесным в тихом переулке. -Чёрные клинки. Клан наёмных убийц. Равных им нет среди людей, да и многих нелюдей. -Верно. – грубый, но в то же время приятный голос донёсся из под маски одного из наёмников. – Мы оставим вам жизнь, если вы отдадите рыжую девчонку. -Ты знаешь… Мы не согласны. – Холод в глазах Синеглазой был способен убить. -Что ж… Тогда вы умрёте все. Я с ужасом смотрела на наступающих людей. Мне было страшно. Хотелось закричать, заплакать – и отдаться на волю провидения. Я догадывалась, что это чувство вызвано магией, но сделать что либо не могла. И продолжала смотреть. Раздались щелчки. И я с ужасом увидела, как прямо в меня летят два арбалетных болта. Время словно замедлило свой бесконечный бег. Я видела приближающуюся смерть – и не могла даже вздохнуть от сковавшего по рукам и ногам первобытного ужаса. Словно в плохой старой киноленте, которая двигается нереально медленно, я смотрела на то, как наперерез болтам невероятно быстро бросается Дени, и чувствую страх. За неё. Вижу, как дроу выхватывает из ножен меч, как что-то кричит Карен на непонятном, странном и певучем языке. С ужасом даже не видела, а скорее чувствовала, как смертоносными жалами входит оружие в податливое тело моей… Дени. Как она оседает на мостовую, резко выдёргивает, шипя сквозь зубы, оба болта и отбрасывает их. Чувствовала, ощущала, как пахнет в воздухе смертью и страхом. Наблюдала, как Дерен сходится с двумя воинами в рукопашную. Как из раскрытых ладоней некроманта слетают молнии. Смотрела, как стискивает зубы Синеглазая, и как трещит по швам её одежда. Как на месте черноволосой воительницы появляется огромная чёрная пантера с двумя хвостами и необычными синими глазами. Из её бедра и плеча течёт кровь, капая на камни, разбиваясь на миллионы брызг, оседающих на туфлях чёрными бриллиантами. Я словно наблюдала за всей этой картиной издалека, видела себя, замершую неподвижным изваянием, своих друзей… Видела, как бросается животное прямо в гущу схватки, как в ужасе бегут от неё воины, пытаясь спастись от её клыков и когтей , и с каким то мрачным довольствием отмечала, что это удаётся немногим. А потом время вдруг вернулось в привычное русло. Я с ужасом смотрела вокруг. Смерть витала в воздухе. Казалось, можно заметить её сгорбленную фигуру с косой, склоняющуюся над мёртвыми стражниками. Но я понимала, что это не правда. Я была слишком возбуждена, что бы мыслить здраво. Дерен устало сидит около стены, рядом привалился к столбу Карен. Оба смотрят куда то за моё плечо, но битва явно вымотала их, и они молчат. Я медленно повернула голову, боясь того, что могу увидеть. Взгляд натыкается на мертвого воина. С его лица слетела маска, и я едва сдерживаю рвотный позыв – оно располосовано когтями до неузнаваемости.. Но я заставляю себя отвести взгляд и перевести его на другое тело. Из горла сам собой вырывается крик ужаса… А в следующие мгновение сознание погружается в спасительную, благословенную тишину. И за это я благодарна – мой разум, казалось, был просто не в состоянии пережить весь тот страх, отчаяние при виде неподвижного тела Синеглазой – казалось, ещё мгновенье – и он разорвётся. Дерен Чёрные клинки… Боги, я ещё не хочу умирать! Зачем?! Но я прекрасно понимаю, что позволить им забрать Настью не смогу. И никто не сможет. Она шумная, весёлая… Неправильная – и абсолютно очаровательная. Я извлёк из ножен меч. Люди, может, и не могут выстоять против них, но я не человек, да и Карен тоже не прост – заклятья разрушающей молнии подвластно лишь нескольким людям. В основном им владеют только эльфы и дроу. Настья, кажется, впала в столбняк – она замерла с широко распахнутыми глазами, и лишь то, что её грудь (Ооо…) Поднималась в такт дыханию. Мы с Кареном в ужасе уставились на стремительно летящие в Настью арбалетные болты. Моё обоняние уловило, что они смазаны одним из сильнейших ядов. И они нашли свою цель. Правда, не ту. Дени — стража, которая убивала так же легко, как дышала, которая не знала жалости – именно она кинулась на перерез, приняв удар на себя. А потом… Потом всё завертелось в вихре смертельной схватки. Я краем глаза увидел, что на месте Дени скалится огромная чёрная пантера с двумя хвостами. И этот миф оказался правдой. В следующие минуты соотношение сил резко переменилось – на нашей стороне оказалась разъярённая зверюга ростом под полтора метра в холке, если не больше, с чёрной, как смоль, шкурой и двумя хвостами, каждый из которых оканчивался стальной пластиной, замаскированной кисточкой! В считанные минуты всё было кончено, и те Чёрные клинки, кто выжил, поспешно отступили. Я устало сполз по стенке, после чего перевёл взгляд туда, где в последний раз видел пантеру. На её месте лежала, вытянувшись во весь немалый рост, практически полностью обнажённая Дени, едва прикрытая остатками рубашки, когда то белой, а теперь грязно – бурой от запёкшийся крови. Она была без сознания, и лишь то, что она дышала, говорило о том, что она жива. Я с ужасом понял, что её сил не хватило даже для полной трансформации – острые когти, белоснежные аккуратный клыки, хвост… Один. И вертикальные зрачки в широко распахнутых глазах. Я знал, что такая трансформация опасна – девушка могла не вернуть свой истинный облик. Вот только который был истинным? -Де-ени! НЕТ! Настья обернулась в её сторону и закричала. Я видел, что она переживает за Дени. И что ей больно, она словно чувствовала Синеглазую. В следующее мгновение девушка потеряла сознание. Дени Чёрные клинки… Я раньше никогда не пересекалась с ними, но видела тех, кто не был таким удачливым. Они использовали какую то странную магию, которая подавляла воль, внушала страх… она действовала не на всёх, а на неустойчивых, остальных просто сильно нервируя, но и этого бывает достаточно. Естественно, Настью мы не отдадим, я видела это в глазах мальчишек, знала, что то же чувство и у меня в глазах. Послышались щелчки, и в беззащитную, замершую статуей, девушку полетели арбалетные болты. Тело среагировало самостоятельно, на дожидаясь команды от мозга, а в следующие мгновение дикая боль заставила зашипеть. Дальнейшее я помню смутно – кажется, произошло спонтанное обращение а зверя… Последнее перед тем, как сознание окутал туман, вязкий и липкий, как патока, я услышала пронзительный вопль – моё имя. Моё имя? И в правду, моё… Вот и сейчас кто то с настойчивостью, достойной лучшего применения, зовёт меня. Мда… Однако, пока тело регенерирует раны, мне пока лучше полежать. Бывает такое состояние, когда тело не способно шевельнуться, невозможно открыть глаза – а мысли кристально чистые, ясные, как небо в первый день летыня. Что ж, раз есть возможность подумать, почему бы и нет? Это странно. Настья, иномирянка, девочка, сыплющая непонятными словами, непосредственная, шумная и весёлая… Что я чувствую к ней? Да, я привязалась к ней, к такой не возможно не привязаться. Я хочу заботится о ней, оберегать от этого мира… Почему? Я никогда не испытывала таких чувств, какие испытываю, находясь рядом с Настьей. Хотя, раньше я вообще практически ничего не чувствовала, кроме равнодушия. Раньше… Почему я заслонила её от болтов? Я стража, я привычна к смерти, я пережила гибель всех, кого любила. Я часто сама убивала. Слишком часто. И раньше мне было бы плевать на то, найдут болты свою цель или нет. А теперь… Теперь всё по другому. И я не могла дать название этому чувству. Нет, не так. Могла. Я попросту влюбилась, как семнадцатилетняя девчонка, неопытная, несмышлёная. Впрочем, и в правду неопытная. Стражам нельзя любить. Нельзя испытывать сколь либо сильные чувства. Смешно сказать, но я была с мужчиной всего один раз!. Не нашла, видно, кого то достойного. Многие идеализируют стражей. Даже Дерен… Но они не правы. Да, мы выступаем на стороне справедливости, но… Нам слишком часто приходится выбирать меньшее зло. И как сложно порой отделить истину от лжи… Не бывает такого, что бы добро полностью победило зло. Свет и тьма, добро и зло – как день и ночь, любовь и ненависть — они уравновешивают друг друга. Без одной стороны медали не будет другой. И нужно выбрать то, что не приведёт к хаосу. Как сказала однажды Настья – добро обязательно победит зло, поставит на колени и зверски изобьёт, чтоб было неповадно. Ведь насилие во имя добра – это не добро, не стоит путать. И поэтому стражи не на стороне добра. Но и не на стороне зла. Как то Саран, богиня войны, сказала мне, что ей жутко надоели войны. А когда я спросила, зачем же она их начинает, она ответила «Такова натура людей и разумных рас. Они сами не знают, чего хотят. Посмотри на животных – они глупы, не могут внятно общаться, ими двигают инстинкты – и они никогда не устраивают войн. Да, есть соперничество, но за выживание. А разумные существа? Зачем нужны войны им? Лишь для того, что бы обогатится за счёт страданий других. Вот и всё. Поэтому войны – мои войны – наказание для них. Вы, стражи, выбираете меньшее зло. Так же и мы, боги. Впрочем, кому я это говорю?» Она была права. Вот только людям этого не понять. Особенно теперь, когда стали популярны религиозные войны с южными народами. Войны во имя богов. Только богам войны не нужны, уж я то знаю… Неужели я полюбила Настью? Многие на моём месте стали бы отрицать это – но к чему обманывать себя? Вот только я не знаю, радоваться этому или нет. С одной стороны – Настья чудесная девушка, весёлая, шумная, добрая и внимательная, о лучшем и пожелать нельзя… А с другой стороны, это ставит Стражей под угрозу. Ведь инстинктивно всегда будешь стремиться защищать её а не то, что требует большего. Хотя, какая, к граху, разница? Стражи никого не удерживают насильно. И если я захочу уйти – потребуется лишь обряд отречения. И всё. А такой щедрый подарок судьбы я не намеренна отпускать. Вот только Настья пока об этом не узнает. Я не хочу потерять её. Не хочу, что бы она возненавидела меня. У меня есть время, и это главное. Впрочем, если она не захочет всего этого, я не стану её удерживать. Никогда. Ведь я не смогу причинить ей боль. Просто не сумею. Я знаю это. Потому что если Карен-хиа любят, это навсегда. Именно любят, а не влюбляются. Они однолюбы. И если мы найдём артефакт, и она решит отправиться домой – я не стану её держать. Я просто пойду с ней. Если возьмёт… Однако, пора очухиваться. Тьфу, слово то какое… Это всё Настья!