Немного о случайностях

Мы встретились совершенно случайно в одном случайном январе. И ты случайно очаровал меня. Конечно, я не спал всю ночь и искал что-нибудь о тебе в интернете уже не случайно, но дальше — дальше была сплошная череда случайностей. Ты случайно пригласил меня расследовать дело о случайной жертве убийства, случайно забыл на месте преступления, мы случайно чуть не поймали совершенно постороннего туриста, а когда ты нарочно уехал с убийцей, я совершенно случайно сумел тебя найти и спасти. И можешь сколько угодно твердить, что всё было под контролем. Я абсолютно уверен, что таблетку ты выбирал, полагаясь на волю случая. А потом ты случайно меня вычислил. Не ври, ты не знал, что это я, пока не увидел меня в толпе. Конечно, большая часть нашей жизни была если не упорядоченной, то хотя бы сравнительно контролируемой, но я пишу сейчас не о ней, а о той череде случайностей, что привела в конце концов к написанию мной этого письма. И первым в этой череде стоит тот момент, когда ты случайно схватил меня за руку. Я знаю, что ты сейчас закатываешь глаза и ворчишь что-то о полной осознанности своих действий, но не забывай — я тоже был там, и я видел, что несколько секунд ты даже не понимал, что держишь мою ладонь. Держишься за меня. Твои мысли, твои рассуждения всегда уносят тебя бурным течением, и благодаря этой случайности ты нашёл способ оставаться в реальности. Ты сделал меня своим якорем. Спасибо. Я до сих пор невероятно горд тем, что ты выбрал на эту роль именно меня. Второй случайностью была моя обмолвка в том случайном пабе, куда нас занесло в одну случайную пятницу. «Простите моего… его», — случайно ляпнул я. Я был пьян, но помню твой взгляд после этих слов — неожиданно трезвый, пронзительный и, возможно, чуть испуганный. Ты тогда что-то понял, да? Обо мне, о себе самом… О нас. И отнюдь не случайно начал после этого меня сторониться. Я никогда не говорил, но как же мне тебя тогда не хватало! Твоя холодность и отдалённость задели меня очень сильно. И потому я безмерно благодарен третьей случайности. Нет, дорогой мой, я никогда не поверю, что ты специально упустил из виду третьего в шайке Мортимера и нарочно подставил свою голову под удар его кастета! Разобравшись с ними, я ждал скорую и полицию, укачивая тебя в своих руках, а ты цеплялся за меня и шептал моё имя. Ты не помнишь этого, как не помнишь, что я тогда прижимался губами к твоему виску, пытаясь успокоить — тебя, себя? Наверное, всё-таки больше себя. Вот так-то, душа моя. Ты не помнишь, как я поцеловал тебя в первый раз. Но всё же ты после этого оттаял. Перестал от меня шарахаться, перестал говорить ледяным тоном… И новая случайность пришла вовремя. Я случайно натолкнул тебя на правильное решение загадки, не поняв этого, подал тебе мысль. В порыве радости ты тогда почти обнял меня, остановившись лишь в последнюю секунду. И назвал меня своим проводником света. Ты прекрасно знаешь, что у меня нет Чертогов Разума, как у тебя, но этот момент я храню в своей обычной человеческой памяти, словно драгоценный камень. Не хуже помню я и следующую случайность. Трудно забыть нож, который воткнули в моё тело! И совсем невозможно забыть ужас в твоих глазах, когда на этот раз ты удерживал меня в этом мире, зажимая рану, и нервно кричал: «Не смей умирать! Мне нужно, чтобы ты был со мной! Мне нужно, чтобы ты сидел в своём дурацком кресле и печатал свой дурацкий блог! Мне нужно держать тебя за руку! Ты мне нужен! Только попробуй умереть!» Признание полностью в твоём стиле, верно, любимый? Я не забыл ни одного слова — и буду их помнить даже на смертном одре. А тогда случайности закончились. Ты признал свои чувства, увидев альтернативу — и решил их принять. И, как всегда уверенно и твёрдо, пошёл к своей цели. Завоёвывать меня. Ты был восхитителен в своём стремлении забрать у меня то, что давным-давно принадлежало тебе — моё сердце. Я знаю, что ты всё ещё не простил меня за тот розыгрыш, но у меня есть смягчающее обстоятельство: если бы я тогда не прикинулся абсолютно непрошибаемым тупицей, ты бы никогда не сказал мне прямо, что любишь меня. С тех пор ты ни разу не повторил эти слова, но они всё же были сказаны. Я слышу их эхо, когда ты говоришь моё имя, когда прикасаешься ко мне, когда смотришь на меня по утрам, едва проснувшись. В твоих глазах всё ещё живёт тень страха потерять меня. Но ещё одна случайность, надеюсь, позволит тебе наконец поверить в то, что я твой навеки. Совсем недавно я случайно увидел вывеску ювелирного магазина. А потом случайно туда зашёл и случайно там кое-что купил. А потом пришёл домой и сел писать это письмо. Знаешь, что будет дальше? В этот случайный вторник ты вернёшься домой из морга и совершенно случайно обнаружишь незнакомый конверт. Ты фыркнешь что-то на тему отсутствия у меня фантазии, но прошу тебя учесть, что письмо это спрятано для того, чтобы быть найденным. После того, как оно будет дочитано, ты пойдёшь в душ. Да, я знаю, ты не этого ждал, но я желаю чувствовать вкус и аромат твоего тела, а не мертвецов и химикатов. А потом, душа моя, ты войдёшь в спальню, где я тебя жду со своим подарком, и спросишь: «Зачем так сложно?» Я скажу: «Знаешь, Шерлок, мне просто захотелось поговорить с тобой о любви». А потом я возьму твою руку и надену тебе на палец кольцо. И ты — совершенно случайно, конечно же — скажешь мне «Да». И, может быть, не менее случайно добавишь: «Я люблю тебя, Джон».