Предпочтения мисс Миллс

      Реджина медленно попивала виски, сидя за столом. Её не заботил тот факт, что сейчас день, она на работе, и то, что через час должно состояться собрание, на котором её просто попросили присутствовать. В её кабинете, в её городе, брюнетку попросили просто посидеть. Несколько человек, пффф, и этот самодовольный Локсли.       Реджина встречалась с Робином уже около недели, но за все это время у них не было близости. Все свидания заканчивались поцелуями, объятиями, а предложения продолжить вечер в доме Миллс Робин отвергал. Нравственность и воспитание не позволяли лучнику уже после первой недели отношений овладевать этой женщиной. Для мэра всё это было тяжело. У неё давно не было секса, а этот мужчина возбуждал её одним своим голосом. Мэр видела его как-то без майки, когда Робин спиливал дерево на дрова, в тот момент Миллс едва сдерживала себя, чтобы не наброситься на вора и сделать все самой.       Сегодняшнюю ночь Реджина провела вновь одна. Холодные простыни, открытое окно и тишина. В этот момент не хватало мужчины, который бы подарил ей незабываемую ночь, о которой она мечтает уже несколько дней.        Реджина надела самую откровенную одежду, что было не свойственно строгому, но желанному мэру. Слишком короткая юбка оголяла ноги, которые были закинуты на стол. Чулки спустились по ногам, хотя до этого, кружевной край итак был виден из-под юбки. Белая блузка, не застегнутая на 3 верхние пуговички, была неприлично прозрачной, а декольте было настолько откровенным, что даже глаза других девушек тонули в нем.       Реджина выпивала один стакан за другим, не закусывая. Полбутылки дорогого виски испарилось за считанные минуты. В голове Реджина прокручивала моменты с Локсли, отчего по спине пробежал холодок, но тело одновременно с этим начало гореть. Миллс провела руками по своим длинным ногам, останавливаясь на шершавой поверхности чулок. 15:40. Через 20 минут начнётся собрание, значит, Эмма должна прийти с минуты на минуту.       Реджина убрала ноги со стола и, чуть не упав обратно в кресло, встала из-за стола. Она взяла свою сумку и вышла из кабинета. Конечно, она будет присутствовать на собрании, но нужно было привести себя в порядок.       Через пару минут после ухода мэра пришла Эмма, она очень удивилась не застав брюнетку на рабочем месте, но не растерялась и начала готовиться к собранию. Гномы помогли принести из главного зала несколько столов, за которыми могли поместиться все участники мероприятия.       Миллс в это время была в туалете, приводя себя в должный вид, но благодаря алкоголю в ближайшее время этому не бывать. С макияжем и прической все было в порядке, а вот одежда и походка оставляли желать лучшего. Сколько бы брюнетка не пыталась подтянуть чулки, кружевной край торчал из-под юбки, превращая мэра в шлюху. Неожиданно дверь распахнулась, и на пороге показалась Спасительница. - Реджина, все уже собрались, ты идёшь? - Аааах, - шумно выдохнула брюнетка, опираясь руками на мраморную раковину. - Свон, иду.       Реджина достала из маленькой сумочки красную помаду и подвела губы для большего эффекта. Рука дрогнула, и красный след остался на подбородке. Мэр выпустила помаду из рук, и та с грохотом упала в раковину, катаясь внутри. - Реджина, что с тобой? - Эмма подошла вплотную к брюнетке и, смочив салфетку, начала вытирать подбородок. - Всоо в пряяядке. - Речь была крайне непонятной, но Эмма была разборчива. - Ты пьяная что ли? - Вовсе нт, - Когда блондинка потянулась к мусорному ведру, чтобы выкинуть салфетку, её взгляд упал на расстегнутую блузку мэра. - Реджина, застегнись, мне нужно на собрании обсудить важные вопросы, но как я это сделаю, если внимание всех присутствующих будет на тебе? - Ой, Свон. Пошли уже, тебя, наверное, все заждались. - Никуда ты не пойдешь в таком состоянии. Что случилось? - Я же сказала все в порядке. - Мэр сделала шаг вперёд, но, запнувшись о свою же ногу, начала падать. Сориентировавшись, Свон успела поймать брюнетку за талию. Реджина напряглась от такого близкого контакта, но не отстранилась, любой телесный контакт разжигал внутри Миллс огонь возбуждения и неудовлетворения. Спасительница внимательно следила за тем, как брюнетка закусила нижнюю губу, издавая еле слышный стон. - Поехали, я тебя отвезу домой. - Нет! Мы идём на собрание. - Эмма не успела ничего сказать, как Реджина вышла из туалета и направилась в сторону кабинета. - Как ты пойдешь в таком состоянии? - Нормально, Свон.       Эмма поняла, что спорить с Миллс бессмысленно, а иногда даже опасно для жизни. Дойдя до дверей кабинета, Реджина пропустила Эмму вперёд. Все сидели уже на положенных местах , и лишь пара стульев была свободной в конце ряда. Чета Прекрасных, семья Лукас, гномы и, конечно же, Робин был в кабинете. Локсли стоял рядом с местом, отведенным специально для Эммы- во главе стола, где когда-то восседала Реджина. Миллс вошла в помещение, громко захлопывая дверь. - Упс, извините. - Все обратили своё внимание на мэра, Робин вообще потерял дар речи от такого откровенного вида. Он знал, что полгорода хотели Миллс, но ничего с этим не мог поделать, он терпел её открытые платья, пытаясь не закатывать концерты, но сейчас она вышла за рамки положенного. - Робин, можно тебя на минуточку. - Эмма отвела лучника к окну подальше от любопытных ушей. - Что это с ней? - Взглядом Локсли указал на брюнетку, которая села дальше всех от места Свон, с грохотом бросая на стол сумку и закидывая ногу на ногу. - Потом. Скажи, у вас было... Эм... Секс? - Нет, конечно, мы ж всего неделю встречаемся. Я даже ещё не думал об этом. - Теперь понятно. Робин, это Реджина, она хоть и строгая, но страстная женщина, - вор удивленно посмотрел на блондинку. - Она мне когда-то по пьяни рассказывала, в общем, она на меня чуть не набросилась в туалете. Действуй быстрее, а то её неудовлетворенность скажется на нас горящим пламенем. - Хорошо. - Локсли вновь перевёл взгляд на Реджину, которая откинула волосы назад, оголяя грудь и шею. - И, кстати, небольшой бонус, - Эмма наклонилась к уху разбойника, пока Миллс была занята своими делами. - Она любит пожёстче.       Робин был очень удивлен этому заявлению. С ним Реджина всегда была такой нежной, мягкой, никогда не переступала рамки, не злилась, а сейчас он увидел её настоящей, голодной и пьяной, что раньше от него было спрятано под завесу тайн. Локсли решил сесть напротив Реджины, чтобы внимательно лицезреть её вид. Сев, он еле слышно прошептал "Привет", на что Миллс ехидно улыбнулась. - Спасибо всем за то, что пришли. На повестке дня у нас... - Всю информацию Реджина пропускала мимо ушей, иногда поглядывая на Робина, который в свою очередь не сводил с брюнетки взгляд. Она всегда была сексуальной, Локсли хотел прикоснуться губами к коже рядом с запретными участками, но он не показывал свои желания, считая, что Миллс может это не понравиться.       Реджина перекинула другую ногу на ногу и немного отодвинулась от стола. Робин мог видеть, где заканчивается её блузка и начинается что-то подобие юбки, кружево тоже было открыто его взору. От такого вида Робин тяжело сглотнул, снимая жакет и оголяя бицепсы. Мэр старалась не смотреть в его сторону, дабы не потерять самообладание. Реджина почувствовала шлейф мужского одеколона, исходившего явно от Локсли, от этого брюнетка начала сходить с ума, всё сейчас возбуждало женщину.       Пока Эмма рассказывала о преступности в городе и ругала Лероя за пьяные выходки, Реджина достала из сумки маленькую бутылочку. Робин подумал, что женщине просто стало жарко и она решила попить воды, но через несколько секунд он почуял запах спиртного. Миллс жадно пила, не чувствуя жжения в горле. В одно мгновение вор встал из-за стола и подошёл к мэру, он опустился между гномом и женщиной, садясь в пол оборота и закрывая ото всех глаз Реджину. Его рука покоилась на спинке стула, на котором сидела брюнетка. Она не ожидала такого от разбойника, слишком близко он сейчас находился к ней, отчего Миллс чувствовала его горячее дыхание на своей щеке. - Не пей. - Робин забрал из рук мэра бутылку и, закрыв её, отставил на пол. - Кто мне запретит? - Миллс придвинулась ближе к мужчине, обдавая его запахом алкоголя. Никто не обращал внимание на эту парочку, всем вниманием завладела Эмма, за что ей оба были благодарны. - Я. - Ха, смешно. - Реджина начала махать руками возле своего лица, пытаясь направить поток ветра на себя. Прокручивая другую идею у себя в голове, Реджина расстегнула ещё одну пуговку на блузке, и руками распахнула её ещё сильнее, потянув за края воротника. - Реджина, застегнись. - Обычно мужчины ей говорили обратное или же сами раздевали ее, но Робин не хотел, чтобы его женщина сидела в таком виде в данный момент. - Не хочу. - Хочешь, чтобы все увидели тебя полуобнажённой? Мисс Миллс, вы ведете себя непристойно. - Повторюсь ещё раз, кто мне запретит? - Она посмотрела Робину прямо в глаза, в них горел огонёк, который хотелось довести до пламени. Она хотела вывести разбойника из себя, чтобы он показал ей грубость, силу, показал то, что он мужчина.       Робин наклонился к брюнетке и прошептал ей на ушко, опаляя кожу горячим дыханием: - Я знаю, почему ты так себя ведешь, Реджина. Но я не сделаю этого с тобой, потому что ты пьяна. - Внутри неё закипала злость, алкоголь заставлял женщину наброситься на Локсли при всех, но частичка разума отвергала эту идею. - Значит, ты меня не хочешь. - Не смей так говорить, я до потери сознания хочу обладать твоим телом, доводя его до исступления... Но как я уже сказал, я этого не сделаю, пока в твоём организме есть алкоголь. - Разбойник буквально прошипел эти слова, стискивая зубы. - Значит, справлюсь сама. - Реджина поставила обе ножки на пол и слегка развела колени. Женщина глянула за плечо Робина, который закрывал её от других, никому не открывался вид на её тело. Миллс положила руку на колено и начала вести ей вверх по бедрам, рисуя какие-то узоры на шелке. Робин внимательно следил за её манипуляциями, он считал, что брюнетка не переступит эту границу разврата, но рамки уже были стерты алкоголем. Локсли не думал, что эта женщина так озабочена и порочна, но это ещё больше подогревало интерес. Реджина уже дошла до края юбки и скользнула рукой в промежуток между бедрами, не успев к себе притронуться, Миллс поняла, что её запястье перехватил разбойник. - Держи ручки при себе, любовь моя. - Горячее дыхание прошлось по шее, женщина невесомо чувствовала мужские губы, которые так и не подарили поцелуй. - А то что? - Миллс прикусила нижнюю губу, чем привлекла внимание Робина к алой помаде. - Придётся тебя связать. - От этой фразы у мэра мурашки побежали по всему телу, заставляя почувствовать ярое вожделение. - А дальше? - Брюнетка хищно посмотрела на Локсли, который не поддавался соблазну. - Я же тебе уже сказал, милая. Протрезвеешь, тогда поговорим. - Миллс не нужны были разговоры, именно в эту минуту она хотела, чтобы Робин сорвал с неё одежду, припал губами туда, где она больше всего нуждалась в нем, она хотела почувствовать его пульсирующую плоть в себе. Но на этом женщина не сдалась, она ещё раз провела руками по своей блузке, прикасаясь к груди и ловя вопросительный знак во взгляде Робина. - Что? Мне жарко. - Я могу принести тебе воды. - Да, пожалуйста.       Реджина была рада тому, что Локсли вышел из кабинета, забывая, что в нескольких шагах от него стоит графин и несколько стаканов. Лучник забыл ещё одну вещь, рядом со стулом он оставил алкоголь, который Реджина не допила, но собиралась наверстать упущенное.       Локсли не знал, где взять воды, обходя все здание. На обратном пути он заметил на столе секретарши мэра графин с водой. Налив немного в стакан, Робин услышал звонкий смех и крик его женщины и, соответственно, поспешил к ней. - Эмма, если подростки хотят заниматься сексом, ты их не остановишь. Выделите им отель, я не знаю, что угодно, чтобы они не делали это в парке. В конце концов, мы там с детьми гуляем. Я лично не хочу, чтобы Генри узнал об этом раньше положенного, думаю, ты со мной согласна. - Женщину понесло явно не по тому направлению, раз она говорила о таких откровенных вещах так громко и так смело. Робин заметил, что Реджина держала в руках уже пустую бутылку, которую отобрал у неё недавно.       Все собравшиеся смотрела на пьяного мэра, уже прочухав о её состоянии. В глазах Эммы читалось одно " Забери её", что Робин незамедлительно и сделал. - Извините. - Локсли подхватил женщину за локоть и, забрав её сумку, вышел из кабинета вместе с ней. - Что? Что ты делаешь? Я обязана присутствовать на этом собрании, я, в конце концов, мэр этого города. - Если ты в таком состоянии будешь сидеть на этих собраниях, на этой должности ты пробудешь не так долго. Пошли. - Куда? - Домой, Реджина, и даже не спорь. - Женщина выбралась из цепких рук мужчины и облокотилась на стену, немного сползая вниз. - Робин, я не дойду. - Разбойник подхватил её на руки и понес в сторону машины. Мэр не упустила момента ближе прижаться к Локсли и оставить на его шее влажный поцелуй. - Реджина, прекрати. - На его фразу Миллс усмехнулась и продолжила посасывать кожу возле артерии.       Пока Робин неумело вел машину, Реджина не сводила с него пристального взгляда. Широкие плечи, крепкие руки, выпирающая ширинка на джинсах - всё привлекало брюнетку, распаляя её фантазию до предела. В голове она начала представлять, каких размеров достоинство Робина, будет ли он её ублажать орально и применит ли небольшую грубость, которую так желала Миллс.       Машина резко притормозила возле дома 108. Робин помог женщине покинуть авто, держа её за талию и прижимая к себе, чтобы она не упала. Вор надеялся, что мэр хоть немного протрезвела, но эта гипотеза была ложной. Войдя в дом, Миллс села на маленький пуфик и начала снимать туфли на шпильке. Реджина чувствовала, что действие алкоголя усилилось, полностью попадая в кровь, перед глазами все плыло, но хотелось продолжения. Шатаясь, Реджина пошла на кухню, пока Робин был в гостиной. Женщина вышла к нему, держа в руке два бокала и бутылку вина. - Хочешь выпить? - Тебе хватит. - Разбойник забрал у женщины фужеры и отставил их на стол. - Хочу быть пьяной, хочу танцевать. - После этих слов мэр подошла к магнитофону и включила песню, под которую начала плавно двигать бёдрами. Робин захотел понаблюдать за этой картиной, поэтому сел на диван. Она была раскрепощенной, сексуальной и счастливой. Миллс двигалась в такт с музыкой, больше этот танец походил на стриптиз, но пока ещё без избавления от одежды. - Ты очень красивая. - Робин понимал, что любое слово могло подействовать не так, как следовало бы, но она действительно была красивой. - Я знаю, Локсли, я знаю. - Брюнетка начала подходить ближе к Робину, который откинулся на спинку диван, принимая свободную позу. Не успел он среагировать, как Реджина оказалась слишком близко с ним, а её колено упиралось в мужское достоинство. Немного нагнувшись, она поцеловала его в чуть приоткрытые губы. Лучник не мог оторваться от этих губ, поэтому сам приблизил её к себе, кладя свою ладонь на её затылок. Мэр решила поменять положение и уже сидела у него на коленях. Руками она притягивала Робина ближе к себе, насколько это было возможно, она хотела раствориться в этом сладком чувстве, погружаясь на дно. Реджина терлась уже мокрыми трусиками о выпирающую молнию, издавая стоны. Женщина решила немного схитрить и, убрав его руку со своей поясницы, положила на внутреннюю часть своего бедра. Робин был так увлечен поцелуем, что и не заметил, как им легко манипулировали. Шелк уперся прямо в подушечки пальцев вора, и его сознание тут же просветлело. Его рука уже почти находилась рядом с женским эпицентром возбуждения, которое требовало своей порции ласки.       Вспомнив про обещание, которое Робин дал и себе и Реджине, разбойник отстранил от себя женщину и выбрался из-под её тела, недовольный стон донесся до его ушей. - Пойдём, я тебя спать уложу. - Но сейчас же день. - Нехотя женщина встала и последовала на второй этаж с мужчиной, который держал её за талию. - Об этом надо было думать, когда ты напивалась. - Миллс плюхнулась на стул, на котором обычно сидела, нанося макияж по утрам перед зеркалом. - Можешь меня за это наказать. - Спать, Реджина. - Локсли откинул на кровати одеяло в сторону. - Нуу, Рооообин, я не хочу спать! - Ты ведешь себя, как маленький ребёнок. Реджина, если ты сейчас не ляжешь, я тебя реально привяжу к этой кровати. - Я хочу, чтобы ты вел себя со мной как со взрослой. - Взрослые девочки так не напиваются и не идут в таком состоянии на работу. Ложись! - Уже более грубо начал говорить разбойник, пытаясь заставить брюнетку лечь в кровать. Реджина начала расстегивать оставшиеся пуговицы на блузке, оголяя кружево бюстгальтера. - Я сейчас приду, и пока меня не будет ты разде... переоденешься и ляжешь под одеяло. - Робин тщательно подбирал слова, боясь, что брюнетка не правильно их воспримет, а после покинул комнату.       Реджина быстро сняла с себя всю одежду, включая и нижнее бельё, и легла обнаженной в кровать, накрывая плечи, чтобы мужчина раньше времени не заподозрил неладное.       Робин успел сходить на кухню и выпить пару стаканов воды залпом, сдерживаться было все труднее. Вернувшись, он сначала заглянул в комнату и, удостоверившись, что женщина в кровати, прошёл вглубь. Задернув шторы, Робин подошел обратно к кровати, тёмная ткань заставляла комнату тонуть в полумраке. - Полежи со мной. - В её голосе чувствовались игривые нотки, а по поведению было понятно, что брюнетка так просто не уснет. - Чтобы ты опять начала ко мне приставать, нет уж, - Робин сел на стул напротив кровати и начал следить за женщиной. - Спи.       Реджина должна была его заманить в кровать, чтобы продолжить свою игру, но сделать это надо тоже правильно. Пока Робин отвлекся на изучение комнаты, Миллс легла на спину и, под одеялом начала опускаться руками к промежности. Невесомо касаясь клитора, мэр прикусила губу и начала постанывать. Робин моментально услышал эти звуки и повернул голос на источник звука. - Реджина, прекрати. - Робин не предпринял никакой попытки встать и собственноручно остановить действия брюнетки, на что та лишь начала ещё громче стонать, выгибая спину. Робин резко встал со стула и, сократив расстояние, сел коленями на мягкую поверхность. Реджина продолжала свою провокацию, глядя в глаза Локсли и шепча его имя. Мужчина навис над брюнеткой и, вытащив её руки из-под одеяла, завёл ей за голову. Ехидная улыбка отразилась на её лице, оголяя белоснежные зубы. Только сейчас Робин заметил, что от его резких движений, одеяло сползло вниз, оголяя упругую грудь. - Реджина, почему ты голая? Я же сказал переодеться. - Я всегда сплю обнаженной. - От такого заявления Робин ещё больше напрягся. Он чувствовал на своих губах ее дыхание, которое дурманило запахом выпитого алкоголя. Её кожа пахла лавандой, хотелось подарить нежный поцелуй каждому сантиметру этого идеального тела. - Я лягу рядом с тобой. - Как и сказал, Робин отпустил руки девушки и, поправив одеяло, лег рядом на него. Дело сделано, он с ней в одной постели, остаётся лишь малое. Реджина потянулась в сторону прикроватной тумбочки, что-то ища в ящике. - Что ты делаешь? - Крем пытаюсь найти. - Достав небольшую баночку, Реджина взяла субстанцию на пальцы и начала мазать руки, следом пошли плечи, ключицы. Одеяло опустилось на живот брюнетки, прикрывая лишь возбуждённые соски. Она начала втирать крем в грудь, замечая голодный взгляд Робина. Её длинные ноги не остались без внимания. Лёжа на спине, Робин прикрыл глаза, пытаясь не поддаться соблазну, но, потеряв бдительность, он ощутил, что брюнетка оседлала его. - Редж...       Не дав ему договорить, Миллс накрыла его губы в поцелуе, проникая языком внутрь. Сопротивляться мужчина больше не мог, она была слишком горячей, чтобы сдерживать и её и самого себя. Локсли положил свои руки на обнажённую спину брюнетки, заставляя ту прогнуться ещё ниже и лечь всем телом на вора. Через футболку он ощущал её напряжённые соски, которые хотели, чтобы к ним прикоснулись. Потираясь клитором о бугорок на джинсах, Миллс тяжело вдыхала томные стоны в губы Робина. Не дав насладиться брюнетке своим господствующим положением, Локсли перевернул женщину на спину, подминая под своё тело. - Скажи мне, что ты хочешь? - Мужчина покрывал поцелуями лицо, шею, подбираясь к ключицам, но ниже он не опускался. - Я... Я хочу... Тебя... - Мэру тяжело давались все слова, поцелуи заставляли вскипать кровь в венах, доводя до потери сознания. - Что именно, любимая? - Миллс не ответила на его вопрос, то ли потому что не могла связать даже двух слов, то ли потому что боялась мужской реакции на её БДСМ-предпочтения. - Не могу... Робин. - Лучник вспомнил о том, что сказала Эмма. Она любит подчиняться.       Локсли припал к сочным губам, одновременно в руках скручивая напряжённые соски. Громкий стон утопал в поцелуе, заставляя мужчину продолжить свои действия. Миллс не верила в происходящее, её желания начали исполняться. По-садистски вор потянул на себя бусины, отчего Миллс впилась ноготочками в мужскую футболку. - Робин... - Тебе больно? - Мужчина отпустил уже красную грудь, чувствуя, как дыхание Миллс практически исчезает. - Нет... Нет, - мэр слегка оголила зубки, прикусывая губу. - Мало... Она хочет большего.       Робин начал прокручивать в голове, что же можно сделать с женщиной, не принося ей сильной боли. Он был не силён в таких делах, но все же одна мысль пробежала в его сознании. - Завяжи себе глаза, милая. - По мановению пальца на лицо женщины легла чёрная повязка, не позволяющая ничего увидеть. Так всё будет основано лишь на чувствах. - Умница. - Поцелуй в ложбинку между грудями заставил Миллс поддаться вперёд. Робин прижал женские ноги своими коленями, принимая сидящее положение. Реджина потянулась руками к вору, касаясь руками его джинсов, она схватила его за пояс, нащупывая ремень. Мэр решила действовать немного иначе и, тоже приняв сидячее положение под Робином, потянула его футболку вверх, ненужная ткань упала на пол. Реджина расстегнула ремень и уже принялась за молнию, но мужской голос прямо над ухом начал что-то шептать. - Ляг обратно! - Получилось немного грубо, чем Локсли ожидал, но Реджине это даже понравилось. Она покорно подчинилась без лишних вопросов. Он не мог узнать. Ему подсказали.       Робин ещё колебался между своими идеями, но, увидев, как женщина водит своими пальцами по животу, поднимаясь к груди и терзая её, все же решился на следующее. Мэр начала прислушиваться к звукам, трение, звон. Робин вытащил из штанов ремень и, сложив его вдвойне, провёл шершавой поверхностью по атласной коже живота. Пытаясь справиться со своим желанием, которое становилось жутко невыносимым, Робин заключил упругую грудь во рту, покусывая кожу и зализывая после. Реджина начала извиваться под этими ласками, не стесняясь своей обильной влаги и громких стонов. - Вытяни руки перед собой. - Разбойник был удивлён такому лёгкому повиновению, она не перечила, её не за что было наказывать, хотя... Прокручивая в голове последние пару часов, Робин вспомнил, за что можно было наказать Миллс.       Через пару минут женские руки были связаны ремнем и закреплены в изголовье кровати. Локсли полностью избавился от одежды и, ложась обратно, устроился между стройных ножек, разводя их в стороны. Немедля, разбойник прикоснулся кончиком языка к мягкой плоти, проводя по всей длине. Она была слишком влажной, горячей, сладкой. Миллс хотела опустить руки и притянуть вора ближе к себе, но, дергаясь, вспомнила, что связана. Робин покусывал губки, облизывая промежность от соков, которые без остановки источала брюнетка. Она была почти на грани, чувствуя два пальца в себе, которые беспорядочно бросали женщину в жар. - Не кончай. - Стенки влагалища моментально сжались, пытаясь сопротивляться подступающему оргазму. - Робин... Неееет, - она уже кричала, впиваясь руками в изголовье кровати. Локсли слегка прикусил комочек нервов, реакция Реджины была слишком яркой. Она пыталась отодвинуться бедрами от лица Робина, решив закончить эту пытку, но вор был настойчив. Он следовал за Миллс, доставляя ей феерическое удовольствие. Она не смогла сдержаться, и оргазм накрыл хрупкое тело, заставляя биться в конвульсиях. - Ты меня ослушалась. - Локсли прикусил кожу на шее, оставляя след от зубов. - Я не могла... Робин. - Ты хотела, чтобы я тебя наказал. Ты очень плохо себя вела. - Страстный поцелуй увлажнил алые, покусанные в порыве оргазма губы.       Не дав Реджине и слова, Локсли развернул брюнетку, заставляя встать на четвереньки и раздвигая ноги. Ягодицы горели от грубой силы, с которой разбойник мял эти полушария. - Тебе не следовало пить, - удар оставил красный след от ладони. - Ты меня провоцировала, одеваясь слишком откровенно, - ещё удар. - Ты прикасалась к себе в присутствии меня, когда захочешь ещё раз это повторить, подумай о том, что я с тобой сделаю, если узнаю. - Ещё удар. От таких действий член Робина был в полной готовности, ударяясь о набухший клитор. - Ты кончила без моего разрешения, - после следующего удара Реджина зашипела и поддалась бедрами назад, создавая тесный контакт их возбуждённых органов. - Ты пытаешься себе доставить удовольствие, думая, что я не замечаю этого.       Робин шлепнул по ягодицам ещё раз, а после раздвинул их, оголяя влажные дырочки. Миллс почувствовала, как Локсли провёл пальцем по её промежности, а после погрузил его во влажное лоно, где было узко и горячо. Миллс прикусила губу и сильнее насадилась на палец, в таком положение он стимулировал самую чувствительную точку. Брюнетка сделала ещё несколько движений бедрами, отчего стали дрожать ноги. Мужчина быстро вышел из теплого пристанища, награждая попку ещё одним ударом.       Больше Локсли не мог сдерживаться и, одним резким движением вогнал член до предела. Миллс сильно напрягла ягодицы, сильнее обхватывая Робина стенками влагалища. Брюнетка растягивалась изнутри, чувствуя покалывание во всем теле. На бедрах и ягодицах оставались красные следы от цепких пальцев. Мэр балансировала на краю оргазма, слишком быстро она была готова сдаться. Вор потянулся руками к пышной груди и, заключив её в тиски, вжал в тело. На её руках проявлялись красные полосы от тугого сжатия, решив, что с этим пора заканчивать, Локсли снял ремень с тонких ручек и оставил его висеть в изголовье кровати.       Вновь положив брюнетку спиной на мягкую поверхность, он завёл ей руки за голову, целуя запястья, повязка для глаз была отброшена в сторону. Длинные ноги обвили поясницу Робина, позволяя ему толкаться глубже. Губы были прикованы к женской коже, оставляя отметины любви, за которые потом Робину не носить головы на плечах. Покусывания заставляли Миллс кричать уже охрипшим голосом, лаская слух мужчины. Она была восхитительна. С виду женщина была такой неприступной, серьёзной, а в постели творила необыкновенные вещи.       Робин чувствовал приближение оргазма, который накрыл тела с головой, заставляя их идти на дно неизбежного удовольствия. Реджина впилась ноготочками в широкую спину, оставляя красные борозды.       Пара так и осталась лежать на кровати, не меняя положения. Ленивые поцелуи заставляли Миллс тяжело дышать, но сил на второй раунд уже не было. Женщина лежала с закрытыми глазами, отдаваясь своим эмоциям. Вся шея была покрыта пятнами, но мэр пока ещё ничего не подозревала, она притягивала мужчину ближе к себе, позволяя языку изведывать новые места во рту. Робин даже не соизволил выйти из лона Реджины, заполняя её собой, что брюнетке вовсе не мешало. - Моя любимая. - Робин поцеловал женщину за ушком, вызывая у той смех. - Мне очень хорошо с тобой. - Больше так не одевайся, иначе я не сдержусь однажды, и люди могут стать зрителями эротического спектакля. - Я неделю тебя ждала, Локсли, а ты отвергал меня. - Обидчиво Миллс надула губы, на что Робин начал опускаться поцелуями ниже. - Я наверстаю упущенное. - Робин, может, ты всё-таки выйдешь? - Намекнула она на его член. - Нет. - Мужчина медленно начал двигать бедрами, чувствуя, как возбуждение вновь затмевает его разум. - Робииин... Нет... - Она начала задыхаться, не успев отойти ещё от прошлого раза. Все было слишком чувствительно, будто все нервы были оголены и подвергались стимулированию. Дыхание в конец сбилось, на что лучник перестал двигаться, не дав женщине потерять сознание. - Я снова хочу тебя. - Миллс открыла глаза, приходя в спокойное состояние. - Потерпи, милый. - Её губы были накрыты в наглом поцелуе, который вор посмел украсть у Королевы. Робин вновь качнул бедрами, входя до упора и срывая с уст брюнетки стон.       Она извивалась сильнее обычного, прося мужчину остановиться, но лучник лишь сильнее удерживал её тело, которое было вжато в кровать. Ей было невыносимо приятно, голова начала кружиться от слишком ярких чувств, отчего тело начало содрогаться в истоме.       Предшествующую неделю Робин восполнил за один день, не дав Миллс спуску.