Учиться, учиться и еще раз мучиться

      — Ааа! Уберите от меня это чудовище! — завопил орк, уважаемый профессор Академии Темной Боевой Магии по зельеварению, прямо в кабине ректора Академии, когда вошла я, лучшая ученица третьего курса боевых магов.       А ведь я его предупреждала, как и всех остальных преподавателей, что я всегда права и спорить со мной бесполезно и невозможно! Да и про характер свой я говорила, но этот меня не послушал. Ырон Петрович в отличие от остальных преподавателей не внял голосу разума и упорно пытался меня переспорить, чем и довел себя до срыва.       На последнем уроке зельеварения, тобишь около часа назад, Ырон Петрович упорно доказывал всей нашей группе, а точнее мне, что если смешать яд обычной кобры с ядом гидры из третьей головы, то взрыва не будет. Я же, как самая опытная и проходившая зельеварение в летнем лагере в Ведьминской школе, знала, что взрыв будет и еще какой. На мое предупреждение профессор не отреагировал, поэтому, когда он начал добавлять яд кобры к яду гидры, я машинально поставила щит над колбой, не рассчитав при этом мощь взрыва. Если сократить рассказ и убрать оры, крики и смекалку парней с первого ряда, могу только посочувствовать профессору, на которого ушла вся волна взрыва. Адепты живы, у преподавателя черная рожа. Все прекрасно!        Ырон Петрович никогда не был похож на соплеменников. Ростиком не вышел, кожа бледная, мускулатуры нет, но зато имеется массивная челюсть с клыками и чуть заостренные уши. И вот теперь представьте себе этого индивида с черной мордой и красными от ярости глазами, и, конечно же, в разорванной одежде. Пацанам было как-то все равно, но мне как единственной девочке в группе было ой, как не все равно. Я завопила на всю Академию, что даже проректор с тренировочного поля прибежал проверить, что происходит.       Не выдержав моего крика, профессор Ырон психанул и кинулся на меня с ядом гидры. Зря, конечно, он это сделал, ну его тоже можно понять. Возраст, шок после взрыва и не восстановленные нервные клетки еще с прошлого года. На мою защиту парни не пошли, да и проректор под мою руку побоялся сунуться, так как знает, как я.       Перехватила руку профессора со склянкой, ударила в живот, перекинула через плечо и прижала лицом к полу. Мне даже поаплодировали, но не надолго, потому как проректор, Дикран Вель-ду, решил взяться за работу. Он оттащил меня от бедного орка и наказал, после похода в лазарет, зайти в кабинет ректора. Зачем только — не пойму. Ну, как не пойму, сейчас пойму!       Кабинет главы Академии до жути мрачный, что мне показалось, что кабинет по темнологии и то светлее. Большие окна завешаны темными шторами, на каменных стенах красуются гобелены, по углам стоят массивные шкафы, а в центре стоит стол хозяина кабинета. Рядом со столом ректора стоял перепуганные до безобразия профессор Ырон уже в нормальной одежде и чистым лицом.       — Проходите, адепт Долорейт, — позволил мне ректор, Мериус Зерциль. Ректора Академии я видела редко, до ужаса редко, что даже не всегда могла вспомнить, как он выглядит. Одет он во все черное, что наводила на меня не самые светлые мысли. Властный мужчина лет так до сорока с черными волосами до плеча, которые на солнце имеют странный зеленый перелив, с холодными серыми глазами и парой чешуек на щеке, что говорило о его принадлежности к хладнокровным. Какой расе относился наш ректор, я не знала, да и не интересовалась. Он все равно у нашей группы ничего не преподает. Скулы высокие, лицо правильное, даже аристократическое, кожа бледная, ну точно змей какой-нибудь! — Ну, рассказывайте, Чара, что произошло.       Я, приняв позу грешника, то есть, встав у стенки, начала говорить. Рассказала, при этом держась молодцом, хоть и побаиваясь, что Ырон на меня бросится с очередным ядом.       По концу моего рассказа, ректор криво улыбнулся, а потом повернулся к орку, которого игнорировал весь мой рассказ:       — Вы бросились на адептку с ядом?!       — Она кричала! — возмутился профессор.- У меня нежный слух, я не мог выносить ее крик!       — Ваш слух еще не повод убивать адептов! А если леди Эйра закричала бы, вы и ее бы ядом облить попытались?! — нахмурился Зерциль так, что зрачки глаз стали вытянутыми, как у кошки или змеи.       — Да еще и с ядом, который разъедает кожу, — не удержалась я от едкости в сторону орка, скрестив руки под грудью.       — Яд кобры не разъедает кожу! — фыркнул в мою сторону Ырон.       — Но вы схватили яд гидры! — возмутилась я и закатала правый рукав, где на коже красовался недавно полученный ожог.- Если бы ребята вовремя меня к целителям не доставили, то я бы здесь не стояла!       Орк побледнел, а ректор резким движением вскочил со своего кресла и, рыкнув что-то, вроде, вы уволены, схватил меня за руку с ожогом.       — Как же Вас угораздило, Чара? — недовольно цокнул ректор. Он осторожно провел двумя пальцами по ожогу, и тот исчез без следа. Я удивленно похлопала ресничками, так как лекари сказали, что шрам точно останется. Вот те и ректор! Высокий, широкоплечий и сильный маг в добавок.- Мне сообщить вашим родителям о происшествии? — спросил ректор, возвращаясь на свое место и полностью игнорируя Ырона Петровича, который пытался, что-то в свою защиту вставить.       — Не стоит, — резко ответила я.- Отец и так вспыльчив, не хочется войны.       — Понимаю, — кивнул Зерциль.- Прежде всего, благо государств. Но может хотя бы вашему жениху сообщить?       — Ему вообще ничего не надо знать, — уже запаниковала я.       — Интересно…- подметил ректор мою реакцию.       — Он просто… всегда был против моей учебы в Академии, так что если узнает, что мне что-то угрожало, то затребует моего отчисления и под венец потащит, — созналась я, виновато опустив глаза.       — Замуж не охота? — усмехнулся Ырон, странно поблескивая глазами.       — До тошноты, — скривилась я.- Лучше учеба и сломанные кости на тренировках, чем замужество.       — Что за девушки нынче пошли, — устало вздохнул Зерцель.- Раньше все в Академии шли, чтобы мужа хорошего найти, а сейчас от женихов за каменными стенами прячутся.       — Можно, я пойду? — уже не вытерпела я, так как тема жениха всегда плохо кончалась. Для меня, как наследницы всего военного рода магов Долорейт, Чародеи Долорейт, выбор жениха это дело не мной решаемое. Отец уже давно выбрал Ритора Мирикти, наследника также военного рода магов. У парня паршивый характер еще с детства. Никак не могу забыть, как встретила мерзавца в первый раз, в десять лет. Мне пришлось сломать ему руку, чтобы не лез. После этого случая родители помолвку не отменили, решили, что для обеих сторон менее опасно, если мы будем видеться раз в два или три года, поэтому, слава Тьме, жениха я уже не видела два года и четыре месяца.       — Ступайте, Чара, — разрешил ректор, — но запомните — руку не мочить!       — Разумеется, — кивнула я и покинула кабинет ректора.