молоко с мёдом

Я подбежала к Финну. - Блять, блять... - начала я, размазывая по щекам слезы. Он лежал на спине и тяжело дышал. Свитер был перепачкан кровью. - Ты в порядке? - тихо спросил он хриплым голосом. Как он вообще может сейчас это спрашивать? - Да, да, но ты... ты, черт возьми, не в порядке, - я никак не могла перестать плакать. - Все норма... - тут он закашлялся и приподнялся на локтях, пытаясь встать, но рухнул обратно, ударившись затылком. Я села рядом на холодный асфальт и схватилась руками за голову. Никого вокруг не было. Какая же я беспомощная! июнь. 2009 Жаркий солнечный день, на мне красный сарафан с цветами, мне около 7 лет. - Мам, я дома! Никто не отвечал. - Мам? Снова ничего. Я осторожно пошла наверх, ступенька за ступенькой, крепко держась за деревянные перила. - Мам? Дверь в ванную была открыта, а ручка заляпана чем-то красным... Я медленно подошла, страх мешал дышать. Я слегка надавила на дверь, и та со скрипом открылась. Мама была на восьмом месяце беременности, когда случился выкидыш. Я просто сидела там и плакала. - Сэм, детка, вызови скорую, - ее голос затухал. Я только замотала головой и, закрыв лицо руками, всхлипывала. Так прошло десять минут, а, может, и целая вечность. Я не знаю, что было бы, если бы отец тогда не вернулся домой раньше. Я слабая. Я слабая. Я слабая. Я слабая. Я слабая. Я слабая. Я слабая. Как заевшая пластинка на патефоне крутилось в голове. Я слабая. Я слабая. Я слабая. - Нет! - сквозь зубы прошипела я, вытерла рукавом слезы и, закинув руку Финна на своё плечо, попыталась поставить его на ноги. Я не беспомощная. Я в ярости. - Давай, Финн, помоги мне чуть-чуть, - все его лицо исказилось от боли, но он, оперевшись на меня изо всех сил, все же поднялся с земли. Теперь нужно было довести его до ближайшей скамейки. Казалось, сейчас мое хрупкое тело сломается, потому что он всем своим весом навалился на мое плечо. - Давай, Финн, - наконец он рухнул на лавку, утянув меня за собой, так что я оказалась лежащей на нем. - Вау, Сэм, а ты не такая неприступная, как мне казалось. Он ещё умудрялся шутить... - Вулфард, не смей пользоваться своим положением. Давай, пошли, - сказала я, снова закидывая его руку на своё плечо, но тут вспомнила, что мама решила сегодня устроить вечеринку фитнес-клуба или что-то такое. Было бы неловко заявиться домой в таком виде. Но не оставаться же здесь... - У тебя есть кто-то дома? - спросила я. Финн покачал головой. - Отлично, где ты живешь? - он продиктовал адрес. Идти было не близко, минут десять, но другого варианта не оставалось. Я снова взвалила Финна на себя, и мы медленно пошли в сторону его дома, точнее я пошла, а он просто волочил ноги, оперевшись об меня. - Сэм? - А? - Поцелуешь меня? - Вулфард! Всю дорогу он пытался схватить мою руку и переплести наши пальцы, но я не давала ему этого сделать. Большой ребёнок. Как только дом показался за поворотом, я с облегчением выдохнула. Я посадила Финна на пластиковый стул, стоящий рядом с дверью. - Где твои ключи? Он начал рыться в кармане куртки. - Дай сюда. Внутри было темно, пришлось долго шарить по стенам в поисках выключателя. Дом был огромный и просторный, здесь было комнат пять, если не больше. Я повела Финна в первую попавшуюся, где он упал, чуть-чуть не дойдя до кровати. Пришлось снова поднимать его, все мое тело болело. Когда он наконец лежал на кровати, я отправилась на поиски кухни, чтобы взять лёд. Стены дома были увешаны фотографиями маленького Финна и, по-видимому, его семьи. Я включила воду и набрала ее в стакан, по дороге схватив аптечку со столешницы и вытащив из морозилки упаковку со льдом. Вернувшись в комнату, я увидела Финна, который приподнялся на локтях. Эта картина невольно вызвала у меня улыбку. Его лицо опухло, а под глазом наливался синяк. Я села рядом и протянула ему стакан. Он надул губы, сделав беспомощный вид. Мне пришлось помочь ему сесть повыше, спиной к изголовью кровати. Он нехотя сделал глоток воды. После этого было самое сложное: обработать все и хоть как-то отмыть его лицо от крови. Я вылила на ватку перекись и осторожно начала обрабатывать раны, беспрерывно смотря на него, чтобы не сделать больно. Вдруг он прикусил губу. - Черт, прос... - но договорить я не успела, потому что его губы уже накрыли мои. Сначала я сделала слабую попытку отстраниться, но он взял мой подбородок в свои пальцы, углубляя поцелуй. Блять, он целовался так чертовски хорошо! На эти несколько минут как будто все его тело было отдано мне. Только мне. Его язык медленно и нежно изучал меня. Я почувствовала во рту привкус железа. Мне было плевать. Первый раз в жизни мне было плевать на все. Все было правильно. Я впервые не чувствовала себя жалкой, я была значимой. Значимой.