Убить ради спасения

Сергей привез Никиту к ним домой, решив, что в привычной обстановке ему будет легче. Заказал ужин с доставкой на дом и зашел в комнату мальчика. Еще по дороге из ФЭС, он ждал вопросов от мальчика, но тот молчал. Напряжение между ними росло с каждым взглядом, и майор решил сам начать разговор, нужно было наладить отношения, им жить вместе до возвращения Маргариты.  — Никит, давай поговорим, я не знаю как разговаривают с детьми, поэтому предлагаю поговорить, как взрослые мужики.  — Хорошо… Почему мама там, а не дома? Только не ври!  — Мама совершила ошибку, она… Вообще пока она будет там, но это временно, я тебе обещаю! Очень скоро мама будет дома.  — Я просил мне не врать, мне не пять лет уже!  — Ладно, тебя похитили, чтобы мама убила человека. Она никого не убила, но за попытку, ее могут посадить…  — Ты же сказал, что мама скоро будет дома!  — Никит, я сделаю все, чтобы Риту не посадили. Рогозина зашла в свой кабинет, на столе лежало личное дело капитана Маргариты Сергеевны Власовой. Сплошные грамоты и благодарности, отличный опер, в душе полковнику было жаль, что приходиться увольнять ее. Но другого выхода не было, в одной конторе им не работать. Это покушение всегда будет между ними, все это будут помнить и как прежде уже не будет никогда.  — Галина Николаевна разрешите?  — Степа? Тоже пришел уговаривать не сажать Риту? — с иронией спросила женщина, вспоминая слова Майского.  — Нет… Я люблю ее, но каждый должен отвечать за свои поступки.  — Тогда зачем пришел?  — Вы отстранили меня от работы, я прошу разрешения приступить к работе, не могу дома в четырех стенах сидеть, и Таня как раз без напарника, так как Серегу вы тоже отстранили. Вытаскивать Риту, я даже не буду пытаться, обещаю…  — Она сегодня же, будет уволена по собственному желанию. Извини, телефон звонит. Да, слушаюсь товарищ генерал. Ладно Степ, завтра выходи на службу, а мне извини, нужно к генералу. Что — то случилось, злой, кричит.  — Удачи! Рита ходила по камере, измеряя шагами периметр. Спать не хотелось, голова взрывалась от мыслей. Больше всего хотелось отмотать время назад и все исправить. Конечно ей уже было спокойнее, ведь Никита был в безопасности, оставалось только самой поскорее выбраться и не сесть за решетку. Она даже не думала сейчас о Данилове, который скорее всего, как она думала, презирает ее. Только бы сын не попал в детдом, только бы увидеть как он повзрослеет, только бы не расставаться с ним, на долгие годы ожидания. Из мыслей ее выдернул громкий грохот открывающейся двери.  — Рит, как ты? — спросила Валентина, присев рядом и держа в руках поднос с чаем и бутербродами. — Бледная, ты нормально себя чувствуешь?  — Все нормально Валь. Спасибо… Как думаешь, меня посадят?  — Не знаю, честно… И все же мне не нравиться твой вид, сейчас я вернусь и возьму и у тебя анализы. Данилов долго бродил по городу, домой идти не хотелось, к Сереги тоже. Никите не хотелось смотреть в глаза и врать, что все будет хорошо. Мозг отказывался принимать, что женщина, которую он любит, могла убить человека. Зачем Рогозину вызвали в управление? Связано ли это с покушением на нее? Были одни вопросы и не одного ответа.  — Алло, Тань не разбудил? Брожу по городу, погано на душе. Не надо ее защищать, я все равно этого не могу понять и принять.  — Степ, она же ждет от тебя поддержки, ни от кого — то другого, а от любимого мужчины. — на ходу придумывая оправдания для коллеги, сказала Татьяна.  — Если бы любила, все бы рассказала и мы бы вместе придумали бы выход. Прошу Тань, давай не будем о ней, просто можно я к тебе приеду, не хочу оставаться наедине со своими мыслями.  — Приезжай… — ответила девушка и мужчина сбросил звонок.