Однажды в Нью-Йорке

Зимний, морозный воздух обжигал ее лёгкие. Холодная прохлада была непривычной после тёплого и уютного борта самолёта и аэропорта. Она поспешно упаковала «451° по Фаренгейту» и взяла за руку маленького рыжеволосого мальчика. Его уши покраснели от холода, а волосы беспорядочно трепетали под порывами осеннего нью-йоркского ветра. — Надень шапку, дорогой. — Ласково прошептала Гермиона, поглаживая сына по непослушным волосам и протягивая ему головной убор белого цвета с красными оленями. Он поспешно надел шапку и теперь из-под нее торчало несколько огненных прядей. Взглянув на нее он, будто мысленно сказал: «Всё окей, мам.» Она улыбнулась и направилась к дороге, чтобы словить такси. На город неспешно ложились сумерки, неоновые вывески пылали, как светочи во мгле, люди спешили куда-то обгоняя даже машины, стоящие в бесконечной городской пробке. В этой тишине, которую нарушала лишь тихая музыка и восторженные ахи и охи Артура, она могла подумать обо всем. О Роне. О Нью-Йорке. О новой работе. Обо всех тех мелочах, которые уже не будут прежними. — Мама, смотри! Это что озеро Уиллоу? «Мерлин, что? Какое еще озеро?» Она глянула в окно. Взгляд заметил небольшую полоску воды, это должно было быть озеро Уиллоу. Наверное. Откуда он знал об этом озере? Она-то сама с трудом пыталась отыскать хоть ниточку, которая бы напомнила, что же это такое… Ничего не получилось. — Да, это оно. — Таксист заметил долгое молчание повисшее в пространстве и решил его разорвать. Приятный мужчина с сединой в волосах и хрипловатым, режущим слух голосом. — Вот видишь. — Она улыбнулась в зеркало заднего вида: «Спасибо», он в ответ сделал тоже самое, и продолжил медленно ползти по переполненной дороге. — Откуда ты узнал о нем? Не помню, чтобы рассказывала тебе. Этот вопрос был лишним, ведь она знала ответ. Ее мальчик был полной копией ее, может не внешне, но внутренне. Артур уставился на нее своими карими глазами. Ее глазами. Единственным, что делало их похожими во внешности. — Ахххх…- он наигранно вздохнул, — мам, ответ очевиден. Ох, эти всезнающие шестилетки. — Откуда в тебе столько иронии, молодой человек? Нельзя просто ответить? — Она посмотрела на него не-надо-выпендриваться-Артур взглядом. — Ну прочитал в интернете, мам! — Раздражительно воскликнул он и закатил глаза. «Мерлин, если он сейчас такой, то каким он будет, когда повзрослеет? Трудный ребенок» С появлением этой чудной сети, весь мир словно с ума сошел. Рон, конечно же, был против того, что его сын пользуется этой магловской ерундой, но по мнению Гермионы, это было очень полезно. Неиссякаемый источник информации. Что может быть лучше? Он достала телефон. «Надо бы сообщить родителям, что мы уже прилетели.» Найдя в телефонной книге номер отца, она быстро напечатала: «Уже в НЙ. Пробки неимоверные. Когда приедем в квартиру, позвоню маме» Поставила в конце смайлик с поцелуем и отправила. Ей нравились эти милые рожицы. Прошло около часа и машина остановилась около небольшого, пятиэтажного здания на Плезант-авеню. Таксист помог выгрузить вещи, и занести на третий этаж. Гермиона поблагодарила его и дала щедрые чаевые. Мужчина с доброй улыбкой покинул ее и сына у входа в квартиру №15А и она позвонила. Дверь отворилась и ей навстречу вышла молодая женщина, прямо, как Гермиона. Имя было приятным на слух — Мегги. Ее короткие темные волосы на концах были окрашены в синий, а глаза украшали небольшие стрелочки, отчего они походили на кошачьи. — Почему вы так долго? — С упрёком протараторила хозяйка. — Я вас уже около двух часов жду. Она жестом показала входить. — Простите, были проблемы с регистрацией. — Что же, ладно. Артур первым залетел в апартаменты. Довольно скромные, трёхкомнатные. Ремонт дешёвый, мебели мало. Кухня объединённая с гостиной. — Мам, а где моя комната? — он мигом куда-то убежал. — Здесь кухня. — Мегги указала на бледный холодильник, маленькую плиту и блёкло-бурый стол с тремя стульями. — Там ванная комната. — Теперь на деревянную дверь рядом с еще одной такой-же. — Две спальни. Та, что рядом с кухней — поменьше, а та, что напротив, — она развернулась на 180°, — побольше. — Спасибо. — Ну вы и так все видели на сайте. Все уже оплачено, так что располагайтесь. Она положила ключ на стол и направилась к выходу. — Полагаю вы знаете, что ничего ломать здесь не стоит, — она улыбнулась, выбежавшему из одной из спален Артуру и кинула, — Пока. — До свидания. — в один голос сказали мать и сын. Приглушённый свет придавал комнате и всем предметам бледно-жёлтого оттенка. Гермиона открыла чемодан и взглянула на свои вещи. Все несколько жалких нарядов, пара книг, вещи первой необходимости, пальто и кроссовки для ежедневных пробежек. Всего нечего. Ноль от прошлой жизни. Пустота… Боль… И горькие воспоминания… От этих мыслей, словно перед глазами, начали появляться образы. Призрачные, еле уловимые. — Я ухожу, Рон! — Воскликнула она, тяжело дыша. — Что? Почему? — Ох, этот наивный, будто ничего не понимающий голос. — Это из-за Кевина? «Что? Какой Кевин?». В голове все переворачивалось, словно море в ураган. Она вспомнила его коллегу Кевина Боула, должно быть он о нем говорил. Последние пару недель Рональд вечерами ходил выпить с ним. Но ей было все равно ее раздражение вызвало не это. Сердце колотилось. Не один случай был причиной ее злости, а все. Всё, что накопилось за эти бесконечные года. Хотелось кричать и даже… Ударить… Его? Применить силу. Она ужаснулась. Нет, это был ежесекундный порыв, который в мгновенье исчез. Она взглянула на Рона. На человека, которого любила. Давно. Эти чувства будто улетучились. Но не в один момент. Постепенно, накапливаясь, доходя до точки не возврата. Он смотрел на нее в недоумении, а она молчала. Минуту, две. — Гермиона, что случилось? — Я устала. — Что я сделал не так? Ты в последнее время раздражительная и… — Он запнулся, увидев каким взглядом женщина на него посмотрела. Прожигающе-гневным. Должно быть это выглядело странно, всегда спокойная и рассудительная, она превратилась в фурию с глазами-искрами. — Рон, твой виноватый тон ни к чему. Я устала ждать тебя одинокими вечерами, устала терпеть твою пьяную болтовню и сплетни о тебе и Парвати. Я больше не хочу! С меня хватит! — Последнее слово сорвалось на крик. — Слушай, любимая, давай всё обсудим спокойно. — Он попытался тронуть ее за руку, но она отстранилась. — Нет, ты послушай! Я не хочу. Рон, ты помнишь, что было в прошлом году? — Она сузила глаза и небрежно упала на диван стоящий за ее спиной. — Да, — он переступил с ноги на ногу. — Но я ведь извинился… Было сказано, так, будто этого достаточно. — Рон, а если бы ты меня застукал с Гарри? Я бы извинилась и всё? Ты бы забыл и всё было бы как раньше? — Она закатила глаза и поправила юбку. Ему явно не понравился пример с Гарри, он поморщился, но это было первое, что пришло в голову. — Гермиона, это гадко. — Я знаю, но просто представь! Ты не смог бы забыть и я не могу. — Твои извинения ничего не стоят, если ты не подтверждаешь их действиями! Он достал палочку. Она забеспокоилась. Стакан подлетел и мягко лег в руку мужчины, следующим движением он наполнил его огневиски. Слишком обычно и привычно. Уже казалось, что алкоголь и ее муж стали одним целым. Сделав огромные глоток, он поправил огненные волосы и устало взглянул на нее. — Если ты хочешь уйти, иди. Она было открыла рот от удивления, но тут же опомнилась. Вот так просто. «Иди…» Эта фраза огромным грузом повисла в ее мозгу. И она ушла. Собрала вещи и покинула дом, в котором жила 7 лет. Стёрла все воспоминания и уехала, забрав с собой сына. Теперь она сидела на твердом диване и рассматривала пустую и чужую квартиру. Артур утащил свой чемоданчик в комнату поменьше. Она уселась поудобнее, попыталась уловить запах, который витал в комнате. Жаренные орехи и сырость. Что-то странное. Что-то необычное. Что-то отныне напоминающие ее дом.