Тьма, поселившаяся в ней.

Почему за любовь мы должны расплачиваться? Когда, порой, это единственный счастливый лучик в нашей скорбной, серой жизни... Почему любовь помимо невероятных, красочных и горячих эмоций, приносит столько боли? Сколько нужно потерять и отдать, чтоб получить взамен? Как убеждать окружающих, что ты готов отказаться от всего на свете, кроме своего соулмейта. Того самого, с которым ты готов пройти сквозь года, боль и радость, разочарование и счастье? С тем, ради которого ты готов пожертвовать жизнью...

— Девочки! Уходите, мы с командой света доставим Блум в Светлый Камень! Ей там помогут... — скомандовала директор Алфеи оставшимся Винкс. Те изрядно уставшие и потрёпанные стояли на окраине лесной поляны, опираясь друг о друга, за Командой Света. После недолгих переглядок среди подруг, на их лицах появилась целая гамма эмоций от усталости и потерянности, до злобы и разочарования. В глазах Стеллы и Музы стояли слёзы. В глазах Айши читалось разочарование и злость, граничащая с ненавистью. Флора боялась, грусть и страх отражались в зелёных глазах. Текна была по прежнему безэмоциональна, как и её стеклянный взгляд. Что-то надломилось в самом сердце Винкс. Они потеряли их подругу, как бы не старались уговорить огненную фею, как бы не сдерживали, она всё же ушла. Не захотела сохранить их дружбу и заботу, сплоченность, общий организм. Одна деталька, всего-то одна, сломала весь механизм. Хотя нельзя сказать, что уйдя другие не сломали бы его. Пожалуй каждая девушка была важна не меньше других. Но всё же именно Блум была негласным лидером и сердцем Команды. Живительный Огонь Дракона сплачал подруг, сплавлял в единую неразрушимую ничем сталь, в цепи, связывающие всех их. Но он же и разрушил эти узы. Темный Огонь Дракона все разрушил, даже непоколебимые и, казалось бы, несокрушимые цепи разбились осколками, как тончайшее стекло. Она умоляла их, кричала, рыдала, пыталась пойти на компромисс или просто исчезнуть, но ей не дали даже этого, сказав, что Валтор погубит не только её, но и всё, что есть в этом мире, созданном Драконом. Блум пыталась сделать хоть что-то, но ей не дали, аргументируя тем, что у неё нет в этой ситуации права говорить. Всю её жизнь уже решили за неё и, как только принцесса Домино попыталась сделать шаг вправо – расстрел. Ни слова для помилования, ни горстки доверия в их глазах. Они чужие, не те Винкс и директор, что знала Блум. Они чужие... С тяжестью дыша и держась за бок фея Огня Дракона смотрела на неизвестных ей людей, стоящих впереди на расстоянии нескольких метров. Единственная преграда между ними – огненный купол, накрывающий порядком уставшую девушку, и боль, пронизывающая всё тело. Сознание время от времени так и норовило покинуть свой дом, улизнуть куда-то в небо, подальше от боли физической и душевной. Но Блум терпела, старалась не причинять вред подругам (А подругам ли?), те же в свою очередь использовали все свои мощные заклинания, что имели в своём арсенале. Они безукоризненно верили всем словам Фарагонды, всему бреду, что она несла. И при этом, даже не задумывались над словами самой огненной феи. Вот и вся дружба. Они не поддержали Блум. Не попытались помочь. «Предатели», – единственное слово, что крутилось в голове принцессы недавно воскресшего королевства. Марион – и та наконец с болью, но поддержала свою младшую дочь в её выборе, пусть и после нескольких проверок на наличие гипнотизирующих заклятий и меток. Майк и Ванесса слова против не проронили, а просто согласились с единственной дочуркой, лишь бы та была счастлива. Как же теперь верить людям, с которыми ты прошёл столькое, а те в свою очередь ставят твоё благоразумие под сомнение, веря старухе, что давно выжила из ума? Хотя чего уж там, сама Блум не так давно верила её словам, пока темный маг не раскрыл ей глаза. Нельзя сказать, что она сразу же поверила каждому его слову, но она наблюдала и сама убедилась в этом. Фея огня давно подозревала, что в некоторых словах Фарагонды есть неточности, да и откуда ей знать столько о врагах? Откуда директор имеет столько изображений в своём подвале. Откуда ей было знать, как Блум получит энчантикс, не спасая никого со своей планеты? От мыслей о предательстве хранителя отвлекли вновь начавшиеся удары по огненному куполу. Винкс уже не было на поляне, лишь остатки Команды Света, а точнее самой Фарагонды, Гриффин и Саладина на драконе. Они поочерёдно били по защите слабенькими заклятиями. Блум глубоко вдохнула и закрыла глаза, всё ещё поддерживая щит. После выдохнула и вдохнула ещё глубже, под кожей чувствовался жизненный жар огня, а затем изо рта и носа фея выпустила большое количество дыма. Этому трюку принцессу научил второй хранитель, чтобы в случае боя с врагами их можно было запутать и дезориентировать. Когда капсула полностью заполнилась дымом, в котором Блум ориентировалась, как при свете, она растворилась, рассыпаясь тысячами искр освещая дым. Смог распространялся неравномерно по поляне, заполняя все собой. Последнее, что увидела Блум перед тем, как отдаться рефлексам и инстинктам, это то, как испуг пробежался в глазах Гриффин, как заволновался и взвизгнул дракон и как на мгновение поменялась в лице Фарагонда. А затем все потухло. Под кожей феи проложили дорожки алые вены, а глаза заблестели злостью и загорелись яростным огнём. Видимо Валтор научил фею полностью высвобождать своего Дракона, чтоб тот завладев разумом, расправился с опасностью. Купол в котором находилась фея Огня Дракона заполнился дымом, а затем рассыпался. Несколько секунд было тихо, а затем дракон Саладина начал рычать и вырываться, он почуял более сильного оппонента и хотел скрыться с опасного места, не вступая в бой. Гриффин поднялась в воздух и дотронулась руками, скрытыми перчатками, до висков, а после перенаправила свою магию на дракона, завладев его сознанием. Дракон успокоился, когда в дыму послышались шелест, словно клацание металла, а на высоте метров пяти горело два огромных красных глаза. Хоть это был не живой зверь, а лишь мана преобразованная в подобие существа, эти глаза прибивали к земле. Это был взгляд не животного, эти глаза Бога волшебного измерения, смотрели сквозь сердце Блум. И эта молодая глупышка подчинила себе столь огромную силу? Здесь было что-то не так, за столь краткое время, этого не могло произойти. Проносились тысячами мысли Фарагонды. На несколько секунд глаза в дыму пропали и в этот момент раздался душераздирающий рёв, полный злости. Сердце ухнуло в пятки, но отступать нельзя. Эта сила не может попасть к такому, как Валтор. Слишком много ставок, на её даре. Слишком много влияние потеряет директор Алфеи, если допустить этот союз. Сознание возвращалось тяжело. Взять под контроль тело, практически не удавалось, делая шаг вперёд, Блум откидывало на два назад. Вокруг никого не было, лишь сгоревшие деревья и голая земля, полная чужой энергии. Бок нестерпимо болел, тело не хотело подчиняться. Яд быстрее разносится живительного Огня Дракона. Фея почти упала на колени и простонала, что-то нечленораздельное. Где же был Валтор? Он был так нужен, здесь и сейчас. Но силы уходили быстрее, чем шли секунды ожидания. Боль распространялась по венам, прокладывая себе новые пути. Из последних сил Блум открывает портал и шагает в него. Тихая ночь и лишь чарующие звуки воды где-то в глубине ночного леса – это всё, что окружало. Ночь давно опустилась на эту планету. Деревья, такие спокойные и живые следили за своим домой и ничто не смело помешать им. Где-то послышался взмах крыльев птицы, кажется, её что-то спугнуло. В воздухе стоял запах свежести воды, зелени травы и терпкий еловый, еле уловимый, запах шишек. Но в воздухе резко появился ещё один запах, железный, кислый запах – это запах крови. Девушка стояла и смотрела в звездное небо, оно кружилось и то приближалось, то отдалялось. В какой-то момент силы были настолько исчерпаны, что со стоном, Блум опустилась на колени, а затем упала на траву в самом центре поляны. По бледной щеке покатилась кристально-чистая слеза. На лице играла улыбка. Глаза цвета лазурного неба смотрели на луну, облака, а из горла слышались хрипы боли. Кажется она уже не встанет, слишком много крови потеряно. Боль отступала, а на её место пришла пустота и холод. Внутри больше ничего нет, остатки магии трепетали, будто сейчас затухнут навечно, но принцесса держалась ещё. На краю опушки сверкнула фиолетовая молния. Открылся портал из него вышел человек в бордовом плаще. Он сжал кулаки и оглядел поляну мрачным сухим взглядом. В середине виднелось движение, грудь девушки ещё вздымалась, обозначая присутствующую жизнь, но что-то было не так. Маг медленно подошёл и взглянул льдисто-голубыми глазами на хранителя. Вокруг разлилась алая жидкость, источающая металлический запах. Кровь. Рану нанесённую драконом уже не залечить даже магией. Это конец. В груди стало тяжело, невыносимо. Высокие белые скулы побледнели ещё больше, и без того миндалевидные глаза стали уже. Скорбь осела на острых чертах. Глаза окружили десятки морщинок, нижнее веко подчеркнули проявившееся мешки, веки потемнели от нахмуренных бровей. Мужчина закусил щеки изнутри, сдерживая боль. Не физическую. Душевную... — Блум, — резкий ветер развил его плащ, пшеничные волосы, — что они с тобой сделали? Грудь начала вздыматься чаще, кровотечение усилилось. Но агония давно уже отступила. Был только душераздирающий холод. В глазах по прежнему стояли тёплые огоньки пламени Дракона, он поддерживал жизнь в умирающем теле. — Тише, не волнуйся, сейчас всё будет хорошо, — сняв перчатку, Валтор положил ладонь на холодную щеку, стирая большим пальцем слезинку, — идём, идём отсюда. — Нет, — прохрипел ослабший голос, — я не выживу, Валтор, это конец. Подтвердила мысли мага хранитель. Он приподнял её за плечи, прижимая к себе. Даруя такое необходимое тепло. — Что произошло? — Они поймали меня, — недоговорила принцесса, захлёбываясь своей же кровью, — поймали меня за восточным лесом. Все напали. Винкс. Команда Света... — Откуда укус? — Саладин был на драконе из Красного Фонтана, он кажется не хотел сражаться, но Гриффин взяла его под контроль. — вновь закашлявшись, девушка рвано вдохнула, — это был ядовитый дракон, кровь не сворачивается. Прибила рассказом Блум, а в груди стало ещё тяжелее, словно не камень упал, а вся вселенная разом. Надежда умерла. Фея огня опустила свою голову на плечо хранителя тёмного Огня Дракона. Она вдохнула его запах, растворяясь в последних эмоциях. Валтор дотронулся свободной рукой до её лица и взглянул в голубые глаза. Она улыбалась. — Забери мою силу, — послышался шёпот, а глаза закатились наполняясь светом и тьмой. Они не так давно объеденили свои силы, а затем разделили их на двоих, но сейчас перед Валтором стоял выбор, забрать её силы и жить или отдать свои и умереть с ней, — отомсти за меня. За нас. За мой мир, который они разрушили. И он подался вперёд, прижимая её ещё крепче к себе и прикасаясь осторожно к её холодным губам, забирая силу. Тело наполнила эйфория. Магия усилилась тысячекратно и казалось он мог все, наравне с Богом. Наравне с Великим Огненным Драконом. Отстраняясь от хладных губ, Валтор услышал шёпот, растворившийся в тишине: — Прощай, Валтор. — она рассыпалась тысячами частиц, унося с собой остатки его души и сердца. — Спи, любимая, спи спокойно. — она не услышала его признания. Она не узнала его чувств. И не узнаёт о том, как Валтор отомстил тем, кто убил Бога. После этого дня Команда Света была убита. А Темный маг исчез в темноте, растворившись такими же тысячами частиц. Магия Дракона больше не придет в этот мир. Люди не достойны её. Это было наказание Бога. — Я люблю тебя. Это слова, которые нужно говорить. Бывает любовь долго скрывают, но иногда становится слишком поздно.

Конец.