Главное не заплакать

Люси осматривала лесную опушку, на которой она удивительным образом оказалась. Теперь она поняла, что значили слова Кобры о первой тренировке, как он там говорил? «Только не злись, так надо. Я здесь учитель, ты не можешь осуждать мои методы…» — тогда блондинка лишь странно посмотрела на него, но не обратила должного внимания. А зря… Ведь теперь, она стоит на опушке тёмного леса, просто кишащего всякими чудовищами, а из всех вещей у неё только лампа и записка. Ещё раз перечитав оную, она, кажется, поняла, чего от неё хотят. «Тебе надо привыкнуть к обострённым ощущениям. Ты же помнишь, где лагерь?» — Люси стоило отдать должное Эрику, метод хоть и варварский, но может сработать. Блондинка ещё раз огляделась по сторонам: она не помнила, где лагерь, и от этой мысли становилось тошно. На секунду Люси начала охватывать паника, она начала делать шаги взад-вперёд. Уже чуть-ли не плача, она почувствовала знакомый запах, вдохнув поглубже, она была уверена, что это именно его запах. Удивительно, что от Кобры несло прокуренным баром и травами. Мысль о том, что это наверняка из-за яда, заставила Люси ухмыльнуться и отправиться в глубь леса. Понятие обострённых ощущений открылось для Люси с новой стороны, когда она услышала храп монстра ещё до того, как увидела его. Какого же мнения о ней Кобра, что оставил её лампу? Он что, думает, что она вообще ни на что не способна, а тем более, на видение в темноте? В ней четыре лакримы! Мысли об этом слегка её удручали, но это продлилось недолго. Ведь, какой-то монстр шёл прямо в её сторону. Люси на секунду замерла, начиная быстро соображать о том, что делать. Ещё раз зацепившись глазами за лампу, до Люси дошло. Она и вправду Дура, раз купилась на этот трюк. «Свет привлекает монстров» — судорожно подумала девушка, затылком ощущая взгляд, и задувая свечу в источнике света. Она замерла на месте, не шевелясь: может, он её не заметит, или примет за дерево? Монстр начал медленно приближаться к Хартфелии. Люси вела мысленный отсчёт «1…2…3… Бежать!» — Люси как ужаленная, хотя, она почти такой являлась, понеслась в сторону храпящего монстра. Быстро перепрыгивая ямки и кочки, она ощущала, как все её чувства накалились до предела. Мозг анализировал по остаткам запаха куда бежать, а тело уже словно само понимало, когда сделать прыжок, а когда пригнуться, от той дозы адреналина глаза блестели и Люси даже улыбнулась. Опасность — она редко пробуждала в девушке подобные эмоции, но сейчас был другой случай. Блондинке нравились эти новые возможности. Она даже стала благодарна Эрику за полученные ощущения, но Люси никогда ему в этом не признается. Подбегая к огромному храпящему чудищу, Хартфелия со скоростью молнии огибает его, послышался скулёж, и монстр, что преследовал её, при виде более огромного хищника разворачивается и скрывается в чаще леса, из которой только выбежал. Это позволило Люси остановиться, она осмотрела спину кого-то огромного, правда подходить не осмелилась. Снова послышался храп, который Люси сравнила с рыком и решила быстрее идти в сторону лагеря. И как только Кобра смог вынести её так далеко?

***

      Лексус провёл рукой по волосам, возвращая им привычный вид после сильного дуновения ветра. Мысли о том, как все-таки заставить Миру сознаться, и при этом не получить от всей гильдии разом, ведь скажут же, что наезжает. Он посмотрел на Леви, Она выглядела задумчивой и шокированной. Лексус, в отличии от неё, не тешил себя ложными надеждами, что Мира якобы может оказаться доброй. При первой же улике, указывающей на неё, все остальные подозреваемые отошли на второй план, а легенды о хитрости женщин стали в его глазах правдоподобнее. Невольно вспомнилась Эвергрин, с её замашками. Хитрость и остроумие в этой женщине можно было делить на пятерых, но она все равно что-то, да вычудит. Момент, когда Эва перехитрила их обоих, подговорив левого паренька… Идея прошибла голову мага молнией, разгоняя при этом всё остальное и заставляя судорожно составлять план действий.  — Колба из-под зелья осталась у тебя? — задумчивым взглядом, рассматривая землю спросил Дреяр. — Да, но зелье у Полюшки, — недоумевая, проговорила Леви, смотря на удивительно спокойного и задумчивого Дреяра.  — Оно нам как раз и не понадобится. Ты набираешь туда что-либо похожее на то зелье, а я возьму на себя самое сложное: Эльза и Кинана. Встретимся через… Сколько тебе понадобится времени? — в неком возбуждении поинтересовался Лексус, смотря на Леви глазами, в которых, как показалось девушке черти плясали сальсу.  — Около часа… — тихо проговорила синеволосая, странно косясь на мага молний, словно боясь, что он сейчас натворит какую-то дичь.  — Что же… Здесь через час, — хитро ухмыльнувшись, бросил на прощание Дреяр, скрываясь за поворотом.       Леви лишь оставалось грустно вздохнуть, отгоняя от себя ненужное волнение и разочарование, сосредотачиваясь на задании. Может, пора хоть немного, но начать доверять Дреяру? Он, кажется, давно раскаялся. Да и, к тому же, он почему-то помогает Люси… Леви очень хотелось ему верить и надеяться, что он изменился, и у него только добрые намерения… Правда, страх того, что это лишь фальшь, прекрасная игра одного актера, не уходил. Однажды, он уже натворил делов, возможно, он стал сдержанней, но отошёл ли он от планов? Час спустя… — Думал, ты не придёшь, — рассматривая смущённую Кинану, которая кивнула головой, словно говоря: «Все же, я здесь», и посмотрел на Леви, которая достала пузырёк из темно зелёного стекла, формой смутно напоминающую сердце. МакГарден умело перекинула его в руки девушке и махнула головой: «Все ок». Немой диалог. Хотя, слова сейчас не нужны: все и так знают свои роли, никому не нужны напоминания, — Пора начинать наш спектакль.

***

      Люси стояла над спящим в спальном мешке Коброй, перебрасывая из руки в руку фонарь. Она пригляделась к резьбе и синему стеклу, что его украшали. Хартфелия уже собиралась замахнуться и огреть ничего не подозревающего учителя лампой, но вовремя остановила себя, замечая, как украшен подсвечник внутри. Жалко такую вещь ломать о такую бесполезную голову. Наблюдая за рассветом, который красными лучами играл на деревьях, она замахнулась ногой и дала под дых бестолковому сенсею. Тот шумно выдохнул и, разлепив глаза, осмотрел уставшую и вымотанную на вид девушку, которая, ко всему прочему, покрылась красными пятнами от злости. — Больно же! Нельзя так будить людей! Тебя что, совсем не учили манерам? — потирая ушибленное место, спросил Кобра, от такого заявления Люси чуть не задохнулась от возмущения. Надо было все же огреть его фонарём.  — Это что у тебя за странные методы обучения? Какого чёрта я проснулась в чаще леса! При этом, я даже не помню, как засыпала! — прошипела Люси.  — Ну ничего же с тобой не случилось, и это такая тренировка, или ты собираешься оспаривать мои методы обучения, бестолочь? — перешёл в нападение Кобра.  — Кого это ты бестолочью назвал!? Ты что, думаешь, что я не умею пользоваться своим слухом и зрением? Да я это место по твоему запаху нашла! Воняешь ты, кстати, ужасно, — немного грубо ответила блондинка, падая рядом с Эриком, у которого начинал дёргаться глаз.  — По запаху? Но как? Я же так далеко зашёл, да и он должен был выветриться к тому моменту, как ты проснешься, — в голос рассуждал убийца ядовитого дракона, — Может это из-за того, что у тебя четыре лакримы? Если это усиливает все твои способности, на что же ты способна в заклинаниях, если не сможешь разделять потоки магии, мало ли что ты учудишь, — на это блондинка лишь нахмурилась, она смутно понимала, что он говорит, но из-за недосыпа вся информация доходила как через толстый слой воды.       Она слишком устала, чтобы думать об этом. Она понемногу выходила из состояния полной концентрации, стало лучше слышно звуки, которые рядом, а не далеко. От перенапряжения, глаза немного болели, а в горле почему-то першило. Она думала, что это нормально, иметь такие возможности до этого разговора. Люси на задворках сознания понимала, что четыре лакримы это не одна, никто не может поделиться с ней опытом такой жизни. Она первая убийца дракона четвёртого поколения. И, пока, единственная…

***

      Эльза искренне не понимала, почему Кинана не может сама ей все рассказать, а отправляет её к Мире, но делать было нечего. Громко стукнув кулаком по барной стойке, Алая села на стул, внимательно осмотрев Штраус и коротким «Выкладывай» заставила её глаза в нервном приступе бегать, и, видимо, найдя что-то, успокоиться. — Эльзочка, не истери ты так! Выпей вот, — ставя на стол какой-то коктейль, проговорила Мира. Эльза одарила его подозрительным взглядом и сделала глоток. Увидев это, барменша продолжила, — Ну, ты же знаешь, что она была слабой и не всегда справлялась с заданиями. Постоянно пряталась за…  — Что ты несёшь? — от этого тона у Дьяволицы спина покрылась мурашками, а рука потянулась к пузырьку на столе. «Почему не действует?» — только и проносилась мысль в её голове. — Это же Люси. Наша Люси. О какой слабости ты говоришь? Она же часть нашей семьи, что значит ваше «выгнали»? Хвост Феи никогда не выбрасывает членов своей семьи за борт.  — Да что ты знаешь о семье? — набравшись смелости, спросила Мира. — Я всю свою жизнь положила за свою семью, я готова отдать за счастье своих младшеньких. Эта блондинка только мешала счастью моей сестры. Постоянно уводила Нацу, просто мешалась под ногами! Никто не будет препятствовать любви Лисс и Нацу. Если что-то будет переграждать дорогу моей семье, я пойду на все, чтобы уничтожить этого человека, также, как и бестолковую Хартфелию, — зло выплюнула Штраус, метая глазами молнии.  — Да как ты смеешь решать за других, как кому жить! Как ты можешь находиться в Хвосте Феи, если не считаешься с мыслями и мнением других! Мы все друзья, которые погибнут друг за друга. В этом сила Хвоста Феи! В единстве. Ты что, считаешь, что властна решать кому с кем быть вместе? Ты что, думаешь, что можешь решать, кому оставаться, а кому уходить? Когда ты докатилась до такого? Все в этой гильдии всегда считались с мнением окружающих и поддерживали друг друга. Что ты натворила, Мира? — последняя фраза прозвучала совсем тихо, по сравнению с остальной тирадой. Титания не чувствовала никакого облегчения. Чтобы Мира не ответила, это не изменит главного: Люси ушла.  — Мира? Что это все значит? Я не люблю Нацу и никогда не любила. Он же мне как брат. Ты подстроила это все из-за меня, но почему не узнала, сначала, что я об этом думаю? Ты говоришь, что любишь меня, но не спросила. Сестрёнка, зачем ты так… — под конец у Лисс текли слёзы, все поняли, какую ошибку допустили. Мира ошарашено отступила, и, сломя голову, выбежала из гильдии, а за ней вдогонку и её сестра.  — Эльза… — робко позвала Алую Леви, — Люси просила передать тебе вот это…       Эльза взяла белый конверт, на котором каллиграфическим почерком было выведено её имя и Фуллбастера. — А что происходит? — поинтересовался только что вошедший Грей, который странно поглядывал назад на убегающую Миру.