Еще один шпион в Хогвартсе?

— Профессор? — усмехнулся лже-Поттер. — Благодарю Вас, — Поттер сделал небольшой поклон, — профессором меня еще никто не называл. Губы Гарри расплылись в ехидной усмешке. — Правила дуэли предписывают знать имя своего оппонента. Вы же не хотите прослыть невеждой, — ответил Темный Лорд, сделав легкий реверанс. «Нарисовав» полукруг волшебной палочкой, волшебник пригласил соперника на дуэль. — Что же, пусть будет по-вашему, — лже-Поттер извлек из тайного кармана мантии небольшой пузырек и выпил нейтрализатор оборотного зелья. Процесс трансформации неизвестный маг скрыл белым паром, не уступив при этом по умелости навыкам самого Темного Лорда. Через несколько мгновений из белой дымки появился волшебник в своем настоящем облике. Волдеморт усмехнулся. — Значит Том против Тома, — констатировал Миддлтон. — Нет. Лорд Волдеморт против еще одного шпиона в Хогвартсе, — сквозь зубы процедил темный маг, раздражаясь при упоминании своего настоящего имени. Прошло меньше секунды, прежде чем в Миддлтона полетел зеленый луч со смертоносным заклинанием, которое шпион ловко отразил, создав перед собой огромный железный щит. Воспользовавшись секундным замешательством Лорда Волдеморта, шпион выпустил из волшебной палочки луч красного цвета, заставляя огромную люстру, висевшую над темным волшебником, отсоединиться от крепления. Профессор ЗОТИ ловко обратил люстру в перо, которое медленно опустилось на пол. Все это время Гермиона стояла «на стороне» Волдеморта, не решаясь встревать в битву. Ее палочка была наготове. — Взмах палочкой, — и в Миддлтона летит заклинание, отбрасывающее его назад, к двери. — «Трансформо»! — крикнула Гермиона, превратив ковер, на который должен был приземлиться шпион, в мягкий мат. Мидлтон мгновенно вскочил на ноги после падения. — Браво, мисс Грейнджер, — игриво произнес шпион, направляя в Волдеморта очередное заклятие. Профессор ЗОТИ лениво отбил атаку и недовольно рыкнул, взглянув на Гермиону. — Юная грязнокровка полагает, что сможет мне помешать, — Олдин расхохотался. — Мне предлагают сражаться с детьми. Волдеморт был на кураже. Миддлтон нанес очередной удар, который Темный Лорд с легкостью отразил. Гермиона вобрала в грудь воздух и на выдохе выпалила: — А ночью ты не считал меня ребенком! Малоун лишь усмехнулся и похотливо оглядел тело волшебницы, отразив еще несколько атак Миддлтона. Волшебник упорно делал вид, что Гермиона — пустое место, не реагируя на ее слова. — Ну же, Том, когда начнется все самое интересное! — бросил вызов темный маг, отклонив очередное заклятие «связанных рук». — Мне становится скучно. Да и зрители могут заскучать. Гриффиндорка перехватила взгляд Волдеморта: насмешливый, похотливый, и омерзительно злобный. Перед Гермионой пронеслись картины нескольких страшных месяцев, которые она провела в компании мага, в его сладком и одновременно унизительно гадком плену. Волшебница собрала весь свой гнев, злобу в кулак, вспомнила издевательства Волдеморта, его задания, издевки, собрав всю магическую силу, что у нее была, рывком обернув палочку вокруг головы, выкрикнула: — Авада Кедавра! На миг усмешка сошла с уст Темного Лорда. Он не думал, что Гермиона способна на убийство. Успев среагировать в последний момент, волшебник создал перед собой стену, которая разбилась в дребезги, соединившись со смертельным заклинаниям. Осколки камня разлетелись по всей комнате. Поднялся столб пыли из-за которой ничего не возможно было разглядеть. Большинство осколков направились в сторону отправителя смертельного заклинания. Гриффиндорка зажмурилась: у нее не осталось сил создать даже щит. Миддлтон был слишком далеко, да и из-за пыли он не мог ничего увидеть. Юная волшебница сгруппировалась, закрыв голову и глаза коленями. — Ну вот и все, — подумала она, встречая свою смерть. — Она хотела лишить жизни чудовище. Теперь чудовище заберет ее… Но она и не рассчитывала уйти с поля битвы живой, еще три дня назад, когда услышала «приговор» Дамблдора.

***

— Мисс Грейнджер, я хочу, чтобы вы понимали: наш план очень опасен. Темный Лорд будет крайне зол, не говоря о других возможностях для вас остаться в живых, — предупредил Дамблдор в их разговоре с Гермионой, Который состоялся в его кабинете незадолго до битвы. — Профессор, вы кажется не понимаете насколько опасной была моя игра с Темным Лордом, когда я соглашалась сотрудничать со шпионской организацией, то прекрасно понимала возможные риски. Так что… — Гермиона осеклась. — Вот поэтому я и предлагаю вам единственно возможный шанс спастись. Гермиона хмыкнула, поднимаясь с кресла. Она также как и Снейп на некоторое время подошла к окну: на улице была все та же угнетающая погода, непрекращающийся дождь, и мерзкое ощущение холода на коже. — И чью же жизнь вы предложите Волдеморту взамен? — спросила Гермиона, развернувшись к директору. — Кто должен умереть вместо меня? — В Ордене Феникса найдутся люди, готовые пожертвовать своей жизнью ради спасения вас, Гермиона. Вы многое пережили и устали. Когда финиш близок, немногим удается собраться с силой. — Ради этого финала я страдала неделями. У меня достаточно сил, чтобы встретиться лицом к лицу с Волдемортом. Пусть, даже это будет последняя встреча в моей жизни. Гермиона была решительна как никогда раньше. Дамблдор хотел защитить девушку от неминуемой смерти, предложив сыграть ее роль кому-нибудь из Ордена Феникса. Но он не слишком рассчитывал на то, что храбрая гриффиндорка примет его предложение. В какой-то мере он понимал: Гермионе, возможно, не очень хочется жить. Единственным ее желанием было и остается одно: победить Лорда Волдеморта. — Хорошо, мисс Грейнджер, если вы уверены. — Я уверена! — Что же, тогда вы отправитесь в Годриковую впадину самостоятельно. — Вы думаете, Волдеморт выберет именно это место для последней битвы? — Насколько я знаю Тома, для реализации своих планов он любит выбирать символичные места, или предметы. — Предметы? — Гермиона вопросительно посмотрела на профессора. — Значит, у вас уже есть Крестраж, возможно, даже не один. — Вы догадливы, мисс Грейнджер. — Дневник Тома Реддла — это первый Крестраж. Его уничтожил Гарри, тогда, на втором курсе. В Тайной Комнате, — в голове ной волшебницы заработали шестеренки. А взгляд пылал азартом истинного исследователя. — Сколько? Сколько их осталось? Сколько Крестражей создал Волдеморт? — с жаром спросила гриффиндорка. — Еще семь, Гермиона, — Дамблдор с грустью улыбнулся. — Значит, даже, если его уничтожить, он возродится? Пусть не сейчас… — Но возродится, — Гермиона поникла. — Чтобы снова убивать. Да, мисс Грейнджер, вы абсолютно правы. И вы также знаете: один из них не может жить, пока жив другой. Либо Гарри убьет Волдеморта, либо Волдеморт Гарри. Гермиона коротко кивнула. — Значит Гарри ни в коем случае нельзя пускать в Годриковую Впадину. — Да, мисс Грейнджер, замена Гарри уже готова. — И кто же это будет? — Еще один шпион в Хогвартсе, — с улыбкой ответил Дамблдор. — Том… Том Миддлтон? Но как? Как это возможно? Он ведь находится в плену у Волдеморта. — Значит, он знает, как из него выбраться. Ваш друг очень талантливый волшебник, и не менее способный шпион. Его требованием было находиться с вами в Годриковой Впадине. Он хочет защитить вас. — Так вот как вы прогнозируете планы Волдеморта? Через Миддлтона. — Отчасти. Неизвестных переменных в этой битве очень много, мисс Грейнджер. — Все знать невозможно. — Да. Даже, если в школе находятся несколько шпионов, — профессор улыбнулся уголками губ. Гермиона улыбнулась в ответ. — Остается самый главный вопрос: как не дать Гарри погибнуть в эту ночь. — Мисс Грейнджер, вы ведь уже сами предприняли для этого определенные действия, — с хитринкой ответил Дамблдор. — Вы говорите о Добби? От вас ничего не скрыть. — Пожалуй, многое можно спрогнозировать. — Так вы намеренно отправили меня с Добби в ту ночь? — Гермиона усмехнулась. — Я не ошибся в вас, Гермиона: вы сделали все правильно. И без моего участия. — И как домовой эльф поможет нам? — Помнится, на втором курсе, Добби старался защитить Гарри изо всех сил. — Едва не убив его, — напомнила Гермиона. — Это поразительное слово «едва». Вы не находите, мисс Грейнджер, что и вы и Гарри, и мистер Уизли часто едва не погибали. — В ваших словах есть резон. — Мы попросим Добби перенести Гарри в штаб-квартиру Ордена Феникса. Там есть кому о нем позаботиться. — Значит, Том против Тома? — Значит Том против шпионов, — добавил Дамблдор.

***

В тот самый вечер, за несколько часов до Битвы, Гермиона уже знала, что идет в кабинет не к Дамблдору, а направляется прямиком в лапы Темного Лорда. Она также знала, что Том Миддлтон прямо сейчас, воспользовавшись удобным моментом, освободился от плена темного волшебника и тщательно держит под контролем мысли Гермионы. В тот самый вечер, Темный Лорд отлично сыграл роль профессора Дамблдора, прекрасно зная, что Гермиона придет в кабинет директора, чтобы доложить о его же планах. В тот самый вечер, Волдеморт предпринял необходимые действия, чтобы выдворить директора за стены школы, подкинув ему, между прочим, информацию о месте нахождения Крестража. Волдеморт также прекрасно знал, он догадался недавно, что подписанный Гермионой контракт — подделка. Темный Волшебник был зол: ведь его столько времени водили за нос. А догадался об этом он совсем недавно. В тот самый вечер, когда Гарри отправился к профессору Малоуну с отчетом о проделанной работе, он с вниманием отнесся к рассказу Поттера о трудоголизме Гермионы, взявшейся помочь Минерве Макгонагалл. Чутье подсказывало ему, что девушка предложила помощь не просто так. Тогда Волдеморт воспользовался своими навыками по поиску ведьмы. В его распоряжении была обычная карта Хогвартса, маятник и вторая книга (с ее помощь волшебник давал указания гриффиндорке). Маятник безошибочно указал местонахождение книги, на которую были наложены специальные чары поиска. Волдеморт знал: гриффиндорка не расставалась с его «подарком». Понаблюдав за Гермионой, темный волшебник понял, что его пленница плетет интриги у него за спиной. В тот же вечер Том «поговорил» с Миддлтоном по этому поводу, после чего у последнего почти не осталось целых конечностей, а у Волдеморта в руках оказалась «правдивая» информация о планах Гермионы помешать ему. Тёмный маг не знал и не мог знать, как именно помешать, но прекрасно знал одно: играть нужно на опережение. Его противникам ни за что не предотвратить замысел его, Темного Лорда, за такой короткий срок. Но он не знал, что его и здесь обманули. Он не знал, что Миддлтон специально раскрыл часть их с Гермионой плана, чтобы затем использовать данный факт в своих целях, и защитить не только Гарри, но и весь замок от неминуемой опасности.

***

Северус Снейп находился в необычном положении. Два дня назад от Темного Лорда поступило задание: по его первому зову явиться на территорию Хогвартса, воспользовавшись Исчезательным шкафом, чтобы взять школу «без боя», убить Дамблдора и установить свою власть. И эту нелегкую ношу, в виде убийства директора школы, должен был нести он, Северус Снейп. Волдеморт был уверен в легкой победе, рассчитывая на неожиданное нападение «изнутри» школы. Пожиратели Смерти с легкостью проберутся на территорию и, перебив пару-тройку учителей и, возможно, членов Ордена Феникса, захватят власть в свои руки. Убийство директора школы полностью раскоординирует оборону и он, Волдеморт, вернется в Хогвратс с телом Гарри Поттера и титулом победителя. Разумеется, он учитывал возможные трудности и знал, что Дамблдор просчитает (частично) его действия, но не учел то, насколько сильно Гермиона и профессор был осведомлены в его делах. Он не знал, что Исчезательный шкаф уже выведен из строя и Пожиратели смерти застревали между проходами один за другим, пока не догадались, что шкаф нерабочий. Оставалось одно: брать Хогвартс штурмом, но Пожиратели Смерти не знали как. Их предводитель не давал указаний на случай провала первоначального плана, а чтобы разбить защиту Замка требовалась большая армия, созвать которую мог только Волдеморт.

***

— Профессор, вы уверены в том, что это необходимо? — холодным тоном спросил Северус, глядя на директора. Директор с грустью улыбнулся, поглядев вниз с высоты Астрономической башни, где они сейчас вели беседу с Северусом Снейпом. — Северус, вы прекрасно понимаете, насколько зол будет Волдеморт после сегодняшней проигранной битвы. Некоторое время назад вы сами вывели из строя Исчезательный шкаф — единственный возможный путь в замок на данный момент, за исключением, конечно, портала. Но я надеюсь, Том Миддлтон позаботился о том, чтобы решить и эту проблему. — Ни он, ни Гермиона Грейнджер в школу уже не вернутся. Ради чего все это? Ради чего они отдали свои жизни? — Не будьте столь категоричны, Северус, у них есть небольшой шанс выжить. — Мизерный. Едва ли Темный Лорд пощадит их, когда узнает, что месяцам планирования пришел конец. — Это их выбор, Северус. И их жертва не напрасна. Вообразите себе на одно мгновение, что было бы, если Гермиона Грейнджер — эта чрезвычайно храбрая девочка — не прошла через адовое пекло, чтобы принести нам с вами эту информацию. Ведь Волдеморт больше не доверяет вам так, как прежде. — Тем не менее, именно мне он поручил ваше убийство, — горько усмехнулся зельевар. — Как не прискорбно это признавать, Северус, вы обязаны выполнить его просьбу. Северус нахмурился. — Что? Вы предлагаете убить себя? Вы в своем уме, профессор? — Только так вы докажете Волдеморту свою преданность, оказавшись единственным человеком, исполнившим его поручение. — А ворота Хогвартса мне ему не открыть? Исполнить еще одно поручение. — И вы и он прекрасно знаете: чтобы снять защиту нужно несколько наших уважаемых профессоров — Хранителей Ключа. Но выйти вы сможете. — Мое падение с Астрономической башни будет красивым. Я в этом уверен, — Дамблдор улыбнулся. — Вы сошли с ума, если думаете, что я стану исполнять вашу просьбу! — Северус отошел на другой конец башни, взмахнув полами черной мантии. — Не исполняйте мою. Послушайте вашего хозяина. — Почему я? Я не могу. — Вы знаете, почему, Северус. Вы единственный шпион в Хогвартсе на данный момент. Будьте же храбрым, в память о Гермионе и Томе. — Вы хороните их заживо! — Я питаю определенные надежды, но вы сами понимаете: вероятность не в их пользу. Мисс Грейнджер подписала себе смертных приговор, когда соглашалась на это дело. — А вы предлагаете подписать этот приговор вам! — Да, Северус. Так вы навсегда завоюете расположение Темного Лорда и сможете держать в курсе членов Ордена Феникса. — Они не подпустят меня и близко после того, что я сделаю! — возмутился Снейп. — Подпустят, не сомневайтесь, — голос Кингсли раздался совершенно неожиданно. Член Ордена Феникса с пониманием посмотрел на Северуса: — Дамблдор прав. Только так мы сможем получать информацию о деятельности Волдеморта, и, в конце концов, победить. — Вам будет легче, если я скажу, что жить мне осталось совсем недолго. — Что вы имеет в виду? — Помните, я обращался к вам с просьбой? — Ваша рука, — припоминал Северус. — Но я же излечил ее. Или нет? Дамблдор закатал рукав мантии, открывая Снейпу ужасную картину: половина руки от локтя до плечевого сустава иссохла. — Болезнь прогрессирует, Северус. Мне осталось недолго. Сделайте одолжение, — Дамблдор улыбался, тогда как душу Снейпа разрывало на куски. Что его больше всего раздражало, так это спокойствие директора. Он просил убить его так, будто бы это было рядовое явление. Северус Снейп не был ангелом и с убийствами хорошо знаком, однако, в данном случае произнести смертельно заклинание было в разы сложнее. — Хорошо, — прикрыв глаза, согласился Северус, отходя от директора на несколько шагов. — Спасибо, Северус, — поблагодарил Дамблдор. — Вы уверены? Вы точно больше ничего не хотите сказать? — с надеждой спросил Снейп. — Нет, Северус. Пожалуйста… — Дамблдор поник (выражение его лица должно быть соответствующим: его убивает друг, соратник, приближенный — предатель). Снейп посмотрел на профессора последний раз. — АВАДА КЕДАВРА! — зеленый луч вылетел из палочки зельевара, попав в самое сердце.

***

Последнее, что помнила Гермиона Грейнджер перед смертью — чей-то голос, крикнувший что-то в ее сторону. После чего гриффиндорка больше уже ничего не чувствовала. Смерть подарила ей мир и спокойствие в душе. Большее ей не о чем тревожиться. Гермиона попыталась открыть глаза, чтобы понять, где именно она находится. Ее всегда интересовал вопрос, куда люди отправляются после смерти. Гриффиндорка оценила обстановку: идеально ровные стены, изысканно отделанные темным деревом, картины в позолоченных рамах, которые стоили целое состояние, огромная кровать, которая стала ей приютом. «Может, так выглядит рай?», — подумала Гермиона, попытавшись встать. Это далось ей с большим трудом (к ее огромному удивлению). Голова раскалывалась. «Разве человек что-то чувствует после смерти? Но ведь я точно умерла". Других вариантов не было. После такого не живут. Осколок острого камня в висок, в лобную долю, глаза, шею — Гермиона помнила, как в нее летел камень. Помнила хорошо. Гриффиндорка медленно подплыла к двери и попыталась ее открыть. «Может, там есть выход «в свет»? Но дверь оказалась заперта. — Выход в свет? Очаровательно, Гермиона, совершенно очаровательно. В твоем стиле. У меня для тебя радостная весть: вы живы. И вы у меня дома. И он не станет для вас раем. Не рассчитывай на это. — НЕТ! — вскрикнула Гермиона, обернувшись. За ее спиной стоял Олдин Малоун (именно в этом обличии). Стоял и улыбался реакции Гермионы. — НЕТ! СКАЖИ МНЕ, ЧТО МЫ ПОГИБЛИ ТАМ ВДВОЕМ! Я НЕ МОГЛА ВЫЖИТЬ! НЕТ! ЭТОГО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ! — Гермиона впала в настоящую истерику, выкрикивая слова так громко и отчаянно, что темному волшебнику пришлось сделать шаг назад. — Успокоилась? — спросил темный маг, дождавшись момента, когда Гермиона, наконец, накричалась. — Почему я жива? — со злобой в голосе спросила волшебница. Губы Волдеморта расплылись в улыбке. — Потому что я спас тебя, Гермиона Грейнджер, спас в последний момент… — спокойно ответил Темный Лорд.