Финал

Нет, она не расстроилась. Просто времени не было. Кругом было столько людей, такая колоссальная энергия лилась рекой, окунала с головой, что Соня едва успевала выныривать и не захлебнуться. Отвечай каждому, улыбнись, согласись на фотографию. Это безумие, которое бодрило и заряжало силами, не закончилось и в ресторане, куда экстрасенсы и члены съемочной бригады добрались глубоко за полночь. - О, Боже! – ей чуть не пришлось отбиваться от Ивана, который силился ее утащить на танцпол. Куда еще танцевать, когда голова идет кругом от бесконечных поздравлений, знакомств и бесед. Соня лишь изредка кидала взгляд на еду, но тут же забывала про нее, когда очередной знакомый ей с экрана телевизора экстрасенс подходил к столу и выражал свое почтение. - Тебе надо бежать, - шепнул ей Кинжинов, который заметил, как Шабанов возвращается. - Саша, спасай! – пискнула, и, подхватив подол платья, пулей понеслась к выходу. Ей и вправду требовался воздух, а то в заполненном людьми зале было душно и невыносимо жарко. – О… - она остановилась только в вестибюле возле массивной двери, от которой веяло холодом. Еще немного и Соня бы прижалась к ней, лишь бы охладить свое перевозбужденное тело. - Сонечка, ты же простудишься! – Сотникова выросла, как из-под земли. - Да нет, все нормально… Я ж закаленная… На съемках закалилась, - заулыбалась Соня, вспомнив, как последние недели постоянно мерзла – то в больших амбарах, то в заброшенных заводах. Провести полчаса под дождем ради нескольких дублей для нее уже было пустяком. Тем более, когда вокруг бесчинствовала толпа, выкрикивая ее имя. Когда еще такое будет? - Я тебе сейчас твою одежду принесу… - суетилась Сотникова. - Вера, не надо! Ну, зачем?! – но распаленную вином, желающую действовать ведущую было не остановить. Соня чуть не засмеялась от такой опеки и огляделась, желая спрятаться. Как оказалось, место за колонной уже было занято. Костя встретился с ней взглядом, и изогнутыми губами в полуулыбке подтвердил, что сочувствует ей. – Это дурдом, - развела руками Соня. - Лечебница… - согласился Костя. - А ты прячешься? – Соня покрутила головой, а потом скользнула поближе к нему, но, все равно, оставшись в нескольких шагах. Дистанцию между ними никто не отменял – даже в последние часы, когда их постоянно сводила вместе ради общих фото. - Каюсь, - кивнул он. - Задергали? Привыкайте, Константин. Теперь так будет всегда, - пыталась сдержаться и говорить строго, но хорошее настроение выдало ее с головой, и Соня улыбнулась. - Ну, не всегда, - поморщился Костя, видимо, прикидывая срок, за который шумиха уляжется. - Но еще очень долго, - подсказала Соня. Пробежала глазками по его безупречному смокингу, отметила, как все еще идеально сидит бабочка, которую мужчины предпочитают развязывать как можно скорее. Интересно, он сам ее завязывал? Заметила, как Гецати следит за ней, и, смешавшись, слишком бойко поинтересовалась: - Где «рука»? Обычно… - Вот, - Костя с невозмутимым видом поднял руку, и на секунду Соня остолбенела, глядя в его широкую ладонь. Не сдержавшись, рассмеялась. - Зачет, - оценила и увидела, как теплеют его глаза – он был весь вечер таким скованным, все пытался сначала закрыться, но потом сдался и с благодарностью принимал похвалу и восхищение окружающих. Соня только жалела мужчину, который явно не привык к постоянным «обнимашкам», селфи и выкрикам девушек о любви к нему. Сегодня он прошел через девять кругов ада. И то ли еще будет, подумала с долей садизма. - Соня… Ой, я тут вам помешала? – они посмотрели на Сотникову, которая и вправду принесла ей пальто, а заодно и сумочку, и телефон. Словно собралась усаживать в такси и отправлять домой в кроватку. – Костя, какой же вы – молодец! - Егорова прикусила губу, наблюдая, как женщина расцветает в компании Гецати. Кажется, Костя не понимал, что происходит, и сдержанно лишь кивал на допрос ведущей. – Ну, вы хоть рады? Ну, ответьте! - Рад… Я рад… Соня отобрала свои вещи у тараторящей Сотниковой и попыталась включить телефон, но он еще два часа назад помигал ей в последний раз экраном, а потом благополучно ушел на покой. - Вы везите домой Соню! Хватит ей уже тут праздновать… Поздно! - Э-м… - Соня растеряно посмотрела на Сотникову, которая вцепилась в рукав Гецати и брала с него обещания отвезти «бедную девушку» домой. – Вера, не надо! Константину может в другую сторону… - вот так «без меня меня женили» - Я отвезу, - он дружелюбно и с иронией в глазах глянул на нее. Ситуация с заботливой телеведущей забавляла даже невозмутимого осетина. - Вот и отлично! Сонечка, собирайся… Протестовать было глупо. Соня попыталась заговорить про цветы, но Сотникова пообещала и их принести. Заикнулась было про прощание с экстрасенсами, но и здесь актриса готова была помочь. Оказавшись на улице, Соня сама не поняла, как согласилась и что это было. - Прости, - переглянувшись с Костей, она рассмеялась. – Но эта женщина просто… танк… - Я заметил. Давай я твои цветы принесу… Садись в машину, - «Мерседес», к счастью, был припаркован у входа. То, что надо было, и Соня с радостью нырнула в салон, пропахший приятным парфюмом и сладковатым цветочным нектаром. – Я сейчас… - он захлопнул дверцу и ушел обратно в ресторан. - Ненормальная, - усмехаясь с Сотниковой, Соня осмотрелась и обнаружила цветы на заднем сидении. Поверх них поблескивала в синем отливе награда. Которая ей не досталась. Задержавшись в полобороте, Соня рассмотрела «руку» и прислушалась к своим ощущениям. Не расстроена? Досада? Но ведь она знала. Тут силы не дали осечку. Не первая. Еще не время. – Пусть, - подзадорила себя и повернула зеркало, чтобы проверить свои глаза. Удивительно, но после изматывающего вечера и бессонной ночи они все еще сияли. Она не выглядела уставшей, хотя ноги протестующе гудели и требовали избавления от тесной обуви. – Потерпите… - пробормотала, потерев икры, и охнула от боли в мышцах. Костя свалил охапку цветов, и сзади образовалась приличная горка. «Рука» была похоронена под ворохом лепестков и промокших листьев. Небрежно и ничего не значаще. - Попрощался? – полюбопытствовала, когда Гецати устроился за рулем. - Там уже не до меня, - усмехнулся и включил печку, в салон потянуло теплый воздух. – Замерзла? – он провел взглядом по ее пальто, словно считывая информацию, насколько ткань отсырела под ледяным дождем. - Околела! – закатила глаза Соня. – Что за чудовищная погода? В декабре! – возмутилась она. – Еще эти несколько дублей! Я думала, что сейчас упаду и замерзну у всех на глазах. Самая нелепая смерть экстрасенса… - Вряд ли редакторы позволили бы… Ты нужна была им в кадре, - пошутил в полусерьезной манере Гецати. - Живая или мертвая, - согласилась Соня. – Знаешь… - она вдруг замерла и увидела, как он с удивлением смотрит на нее. Ее голос таил в себе загадку, а по глазам можно было понять, что Соня что-то замыслила. – Я жутко голодная! И готова съесть торт! - Торт? – он приподнял брови. - Торт! Я вообще не успела ничего поесть… - соглашаясь, желудок сиротливо сжался и прилип к ребрам. – «Макдональдс»? Там, правда, нет торта, но… – она не привыкла привязываться к людям, но сегодня был особенный вечер. Адреналин вкупе с эндорфинами подстегивали делать и говорить то, что она обычно могла бы скрыть. – Он по пути. Кофе и… - Картофель фри… - теперь пришло ее время удивляться. Уголок губ Кости пополз вверх. – Я тоже ем. - Слава Богу. А я думала, ты не с нашей планеты, - заулыбалась девушка, и поднесла руки к обогреву. Костя нажал на газ, и вырулил на дорогу. – Я до сегодняшнего дня даже и представить себе не могла всю эту армию… Эту толпу людей! Мама мия… Ты видел, сколько их? - Да. Это удивляет... Они пришли в такую погоду, поддержать нас… - Да! Мне хотелось с каждым сфотографироваться, обняться… - она сама была удивлена с себя. А как же изоляция от общества? Отстраненность и нежелание идти на контакт? Но вежливость и благодарность в ответ на поддержку никто не отменял. Она была тронута до глубины души. И смущающийся от такого внимания Костя тоже. Она замечала это по его выражению лица, когда поклонницы брали его в плен, и не хотела отпускать. – Сегодня ты точно осчастливил многих. - Не я один, - отметил он. – Ты тоже. - Да мы все молодцы. Я слышала, как Жана с Даной, Сашу встречали… - она продолжала рассказывать ему о своих впечатлениях, и получала в ответ короткие реплики. – Ого! – спохватилась, обнаружив время на дисплее магнитолы. – Шесть утра! - Да, поздно. Тебя потеряли? - Наверное. У меня еще сел телефон… Костя было предложил зарядку, но она лежала на заднем сидении, а никто из них не хотел ворошить букеты. Так что оставили все как есть – разговор и неспешная поездка. Как будто и не было столько часов без сна. - Прости, я не пойду! – она выглянула в окно и увидела желтую вывеску. – Мне кофе… и маффин! Надо же отпраздновать… - Я сейчас там фурор произведу… - Костя указал на свой смокинг, который явно не располагал к походам по забегаловкам. - Возьми еще «руку», может бесплатно все отдадут, - прыснула со смеху Соня. В круглосуточном заведении не оказалось поклонников «Битвы», и Гецати забрал кофе и пакеты с едой. Как только он принес все в машину, Соня поняла, что больше ей ничего и не надо. - О, Господи… - она прикрыла глаза от удовольствия, когда обжигающий стакан коснулся ее ладоней. – Вот чего я ждала… - А я думал, что «руку»… - шелестел пакетом Гецати. - О, ну вот ее я не ждала, - отозвалась она честно. – Ну, если только в глубине души… Ну, где-то очень глубоко… - Ну, да, - он ей не верил, но предпочел больше не задавать вопросов. - Мое время еще не наступило… Может в следующем сезоне, - а тут она застала его врасплох. Костя изумленно уставился на нее, и Егорова сгримасничала, изогнув бровки. – Не зря меня с Керро сравнивают… До пенсии еще есть время… Да, шутка! – засмеялась. – Где твое чувство юмора, Гецати? - Я думал, что может и вправду… - пробормотал он и заулыбался. - Давай, за победу! Твою… - Соня предложила ему чокнуться стаканчиками, и, отзываясь на это, Костя добавил: - И твою. Это тоже победа… - Еще какая, - она спрятала свои блестевшие от веселья глаза, и втянула в рот горячий напиток. Просмаковав, проглотила, и притихла, позволяя организму порадоваться этому теплу. – Я до сих пор не верю, что удалось дойти до финала. И оказаться на втором месте. Я представляю, как был бы горд… - она осеклась. Слишком личное и интимное. - Это ведь пока маленький шаг. Все большое еще впереди, - напомнил Костя. - Да. Сколько еще будет этих первых и вторых мест, - согласилась она. – Зато какие эмоции… Я за эти месяцы пережила просто жизнь заново. - И я раскрыл многое, о чем и не знал. О себе, - он смотрел в лобовое окно, по которому разводами стекала вода. - Интересная пища для размышления? - Безусловно… - ушел от ответа, и Соня восхитилась этой выдержке. Ей о таком мечтать и мечтать. С другой стороны – а зачем? Она такая, какая есть, и что-то менять в себе она не хотела. Да и поздно. Кекс. который обычно был ужасным, сегодня оказался восхитительным. Другого слова Соня и не нашла. Кажется, Косте тоже понравился картофель фри. После этой еды пришло насыщение, а заодно и усталость начала брать свое. Егорова даже приоткрыла окно, пока Гецати выкидывал мусор, подставила лицо колючему ветру. И тут же подняла стекло вверх. Она ненавидела зиму. - Домой? Устала? – он вернулся в салон. - Еще держусь… - потерла она щеки и немного пощипала их. - Ты тоже устал? – пожалела, что заставила его тащиться в другой район, а еще этот ужин… Или завтрак? Свалилась на его голову. Кажется, опьянение, вызванное финалом, стало проходить. Просыпалась неловкость. - Ради такого вечера можно и потерпеть… - он снова занялся машиной. - Придумал, куда поставишь награду? - Хм. Нет. - На работу принесешь? – а вот ей было любопытно. - Сомневаюсь. Наверное, дома оставлю. Сестре покажу, родителям. Они порадуются… Может маме оставлю. Я не думал, - он был удивлен с того, что не задумывался над дальнейшим. Она примолкла, обуреваемая воспоминаниями. От первого дня до последнего. Гранитная плита навалилась, и в уставшей голове начали мелькать обрывки разговоров, сцен. Сейчас все закончится. Надо будет дальше жить. Тоска затопила ее застучавшее гулко сердце. - Ты уснула… Она вздрогнула, очнувшись, и обнаружила, что машина стоит во дворе у ее дома. Нет, света в окнах не было. Мама уже спит. - Приехали… - она увидела, что Костя разглядывает местность. Наверное, и не был в этом районе Москвы. – Спасибо тебе… - Не за что, - они замолчали, разглядывая друг друга. Может быть это был последний раз, когда они были так близки. Соня видела, как вымотан Костя, как проступали его скулы, а морщины, заработанные закалкой и маской суровости, залегают еще глубже. Ему бы массаж, разгладить все теплыми пальчиками. Коснуться пухлых губ… Гул сердца заглушил дурацкие картинки, и Соня засуетилась. Словно испугалась, что он прочитает ее фривольные мысли. - Спасибо, что довез. Еще раз с победой! – она нервно дергала ремень, и мысленно костыляла себе за то, что выглядит дурой. - Я помогу… - Костя тоже отстегнул свой ремень. - Не надо, я сама… Я… - она открыла дверцу, давая простор пронизывающим порывам. И вдруг повернулась, чтобы увидеть непонимающее лицо мужчины. Сделала то, что хотела. Озябшие пальцы отыскали приятную на ощупь ткань. Ненужный рывок за край пиджака… И уже дыши, не дыши. Прильнула к его губам, чтобы быстро-быстро распробовать их вкус, умудриться смазать их слюной и поразиться, насколько они горячи. Вот черт! Отстранилась, чтобы вглядеться в чернеющий колодец, где и дна не было видно. Вот так упасть в него с головой, и лететь. Что она сейчас и сделала. - Я бы себе этого никогда не простила, - в горле пересохло, и слова получились сиплыми. Словно она выкурила две пачки сигарет. А вот тут сердце, которое на миг поцелуя отказалось работать, застучало, как реактивный отбойник. И кровь хлынула к коже, окрасив ее в румянец, в висках зашумело. Соня успела подумать о себе в школьные годы, даже открыла рот, чтобы пошутить, но все сорвалось. Ощутив снова жаркие губы, царапающую о подбородок щетину, она растеряно простонала. Не в силах бороться со своим организмом, она подалась вперед и обхватила мощную шею, на которой выступила испарина и склонила ее к себе. Поглубже, быстрее… Ни секунды на вдох. Только переплетение языков, и смешавшийся привкус. Кофе? И страсти? - Костя… - задыхаясь, она вымолила паузу и заглотнула кислород. Увидела, какой огонь полыхает в угольных глазах. Представила, как со стороны выглядит, но ничего не могла поделать со своей тяжело приподнимающейся грудью и рваным дыханием. Все было слишком быстро, чтобы подготовиться. – Мне пора… - провела по инерции большими пальцами по его губам, стирая влагу и остатки помады. – Зачем? – не могла отодвинуться от него и ощущала теплоту от каждого его вдоха у себя на губах. - А ты? – он снова прикоснулся к ее рту и оцарапал нежную слизистую. - Черт… - возбуждение стягивало мышцы и волной накатывало, вынуждая действовать. Как сладко. Губительно. – Я пойду! – собрала остатки сил, и оттолкнула мужчину, который сам плавился от ее податливости. Чуть было не рванула в подъезд, но вовремя вспомнила про свои цветы, и заметалась на тротуаре. Ругнулась, и схватилась за алеющие щеки. - Как дура… - обреченно шепнула, и испуганно вздрогнула от хлопка дверью. Зажмурившись, стояла и ждала, пока шаги приблизятся. - Ты забыла цветы… Соня… - он тронул ее запястье, электрический ток пронзил ее пружинистое тело, и девушка распахнула глаза. Чтобы смело посмотреть в пропасть, куда шагнула пять минут назад. Костя сосредоточенно всматривался в ее лицо, и, кажется, все понимал. Смятение, испуг, и убежденность – все правильно. Лучше сделать и не жалеть. Гецати убедился, что Соня приходит в себя, ее взгляд снова становился упрямым и дерзким. Защитная реакция дала о себе знать. Только тогда он достал из салона ее вещи и цветы. - Спасибо… - поколебавшись, Соня добавила, - За все… И… - ей бы хотелось объясниться, но природные качества брали вверх. Она не собиралась оправдываться, взрослая же девочка. И он все должен понять. В конце концов, видятся, возможно, последний раз. Грех было не поставить точку. - Увидимся, - вдруг он склонил голову и заглянул в ее глаза. И она снова осталась беззащитной. Захлопала ресницами, и отупело подумала, что дождь закончился. - Увидимся? – ну, вот, точно, как в школьные годы. Одернула себя, но справиться с радостью, растущей в груди, не могла. - Спокойной ночи… - он вдруг опять спрятал свою улыбку, и направился к машине, оставив ее размышлять над тем, что сейчас было. – Соня… Она была не уверена, что он повторил ее имя. А может все принес ветер, который не утихал ни на минутку и безобразничал, завывая в сточных трубах? Да к черту догадки! Оставим все на потом. А сейчас спать. И видеть сладкие сны.