Я бездыханным останусь...

Ты ещё любишь или нет; Есть ли в конце, в конце тоннеля свет? Ты ещё любишь, - просто ответь; Чтобы знала я: сгорать или гореть!... (Ани Лорак “Ты еще любишь”)

Минуло три недели, которые прошли для меня самым странным образом - большая часть дня проходила словно в тумане, я на автомате что-то делала, даже ходила в кафе с друзьями (в основном с ребятами из своей команды), но эти моменты в моей памяти почти не отложились. Даже репетиции проходили каким-то фоном, где я хоть и старалась изо всех сил, но мыслями была далеко. Только концертное выступление “пробуждало” меня и тут я выкладывалась по полной программе. Может именно это зацепило зрителей, но уже третий раз подряд лидером голосования в нашей команде становилась именно я. У Мигеля этим лидером был вполне ожидаемо Уливаныч. С одной стороны мне было бесконечно приятно, что люди голосуют за меня из раза в раз, но с другой - я не понимала, что они увидели во мне. Сама себя я ощущала мертвой…. Словно внутри меня был сильный пожар и теперь, когда очаг возгорания потушили, на деле остались одни головешки. Ночью мне снились странные, немного пугающие сны, где я снова за кем-то бежала и пыталась ухватить хотя бы за край одежды, хотя бы кончиками пальцев коснуться того, за кем я бегу сквозь туман. Просыпалась я снова и снова в холодном поту, за час до рассвета и больше уснуть не могла. Конечно, я прекрасно осознавала, кого пыталась настичь, но думать о нем не было никаких сил. Едва я позволяла себе подумать о Шасте, как перед глазами вставала та сцена в клубе и я, как-будто со стороны наблюдала, как сталкиваюсь с ним, смотрю в его глаза, полные ненависти. Это просто невыносимо… Несколько раз, за эти три недели я встретилась с Арсом и мы ходили пить кофе в ближайшую кафешку, слава богу, там были небольшие отдельные кабинки, где можно было скрыться от любопытных глаз. Мы говорили обо всем на свете, не касались лишь одной темы, и это устраивало нас обоих. В один из таких походов в это заведение, у Арса зазвонил телефон и когда он ответил на звонок, я сразу поняла кто ему звонит. Как поняла? По красноречивому взгляду Попова, который он бросил на меня, едва он поднес телефон к уху. Арс так внимательно слушал собеседника, изредка глухо отвечая ему, но я старалась не вслушиваться, задумавшись о своем. - Ты уже в курсе? - Попов, оказывается, уже повесил трубку и обращался ко мне. - А, что? - я совершенно не понимала о чем он говорит. - По поводу записи новогоднего выпуска… - видимо, Арс понял, что я ни сном ни духом, поэтому не выдавал мне информации больше, чем хотелось бы. - Я совершенно не понимаю, о чем речь, правда…. Да, до сегодняшнего дня я абсолютно не понимала, о чем тогда говорил Арс, пока к нам в репетиционный зал не вошел наш креативный продюсер. В зале были мы с Уливановым и хореографом, который ставил нам совместный номер, так как в следующем выпуске было решено показать коллаборацию между командами Денисовой и Мигеля. Конечно же, нас с Виталиком, как лидеров обеих команд, поставили в пару, хотя мы и так были совсем не против. - Оу, ребята, - обратился к нам Михаил, - как хорошо, что вы тут вдвоем, не придется повторять дважды. Сделайте перерыв, - это он уже сказал нашему хореографу и тот сразу же покинул зал. - Добрый день, - буквально хором поздоровались мы с продюсером, не совсем понимая, что он от нас может хотеть. - Итак, не буду ходить вокруг да около, - он потер ладони, словно в предвкушении чего-то интересного, - вы лидеры своих команд, поэтому именно вы вместе с Мигелем, Ляйсан и Денисовой примете участие в записи новогоднего выпуска шоу Импровизации, супер, да? Из меня будто весь воздух выбили, стоило мне услышать эту “невероятную” информацию. Михаил стоял и смотрел на нас и, видимо, ожидал бурной реакции, но я словно разучилась говорить и повернулась к Виталику, как к единственному спасителю, а тот, в свою очередь шепотом спросил меня, в порядке ли я. - Так, - брови продюсера сошлись на переносице, - я что-то не понимаю, вы что, не рады? - Ну что вы, - Уливаном спохватился и улыбнулся своей самой обворожительной улыбкой, чтобы не злить такого человека, - просто это так неожиданно для нас… - Это да, - Михаил перестал хмуриться и тоже слегка улыбнулся, - сейчас Импровизация и Танцы два самых сверхпопулярных проекта нашего канала, поэтому было принято решение их объединить для особенного, новогоднего выпуска. Поэтому, завтра вы освобождены от всех тренировок и в десять утра вы оба должны быть на площадке Импро, ясно? Где находится павильон знаете? - Да, все ясно. Где павильон знаем, завтра будем вовремя, - Уливаном отвечал за нас обоих, пока я пыталась судорожно улыбнуться продюсеру, чтобы у него не возникло никаких дополнительных вопросов. Наконец-то он покинул наш репетиционный зал, а у меня подкосились ноги и если бы Виталик меня не удержал, то я бы просто упала на пол. Теперь понятно, о чем говорил Арс несколько дней назад… Боже мой, так ему эту информацию сам Шаст сообщил…. Они все в курсе… Господи прости, но на завтра назначена моя казнь…. Не знаю как, но я умудрилась закончить нашу репетицию с Уливановым и даже получить похвалу от хореографа и он отпустил нас с миром. Кое-как дойдя до общаги и поднявшись к себе в комнату, я дрожащими руками закрыла за собой дверь и медленно сползла по ней. Не было сил даже для того, чтобы доползти до кровати. Как я завтра смогу сниматься в шоу? Я даже не знаю, в какой импровизации приму участие - интервью, вечеринка, жанры? Вряд ли это будут мышеловки или шокеры, хотя мне, если честно, все равно…. Ведь рядом будет Антон, а значит рано или поздно, но придется с ним как-то контактировать. Просидев вот так на полу больше часа, мне все-таки пришлось встать, ведь хочу я того или нет, но завтра придется пойти на эти съемки, тем более, Уливанов сказал, что зайдет за мной в 9.30, поэтому я поплелась в душ, а после рухнула в кровать и впервые спала без сновидений. ----------------------------------------------- На часах уже почти половина десятого и я была уже почти готова. Уложив волосы (хорошо, на это много времени не надо) и сделав макияж с акцентом на глаза, я надела длинные, плотные черные леггинсы, короткое белое кружевное платье, а сверху черный, укороченный замшевый пиджак а-ля косуха. Дополнив все это черными ботильонами на платформе и устойчивом каблуке, я взглянула в зеркало. Образ получился романтично-брутальный, осталось только надеть несколько браслетов и колец, и я буду полностью готова. Мы с Уливановым подошли ко входу в Главкино, к тому, где не так давно я видела Шаста и спряталась за угол здания. На улице было весьма тепло для середины осени, поэтому я совсем не замерзла в своем наряде. Виталик чувствовал мое напряжение, поэтому старался развеселить как мог, но как назло среди курящих возле входа стоял Антон, правда спиной ко мне, а рядом Позов и тот самый продюсер - Михаил. Пока я размышляла как проскользнуть внутрь и остаться незамеченной, Михаил увидел нас и окликнул, заставляя подойти. На негнущихся ногах я шагала в его сторону, когда почувствовала, как Уливанов берет меня за руку, крепко сжимая ладонь в знак поддержки. Поздоровавшись, Михаил похвалил нас за то, что мы ответственно отнеслись к его просьбе не опаздывать и что-то еще в таком духе, но все что он говорил, было просто “белым шумом” на задворках сознания, ведь около меня, буквально в метре, стоял Шастун и прожигал меня взглядом. Я же в свою очередь, не могла оторвать взгляд от своих ботинок, так и стояла, словно провинившаяся школьница. Спустя целую вечность, под предводительством Михаила, мы пошли в павильон, а за нами Поз и Шаст. Уливанов приобнял меня за плечи, чтобы я не упала со своих каблуков, потому что ноги все еще не слушались меня, а спиной я чувствовала все тот прожигающий взгляд зеленых глаз. Внутри гримерной нас уже ждали Арс и Серега, которые очень обрадовались моему появлению и поочередно приобняли меня. Попов чувствовал напряжение, которое возникло в воздухе и пытался какими-то шутками развлечь всех, а Серега тем временем начал спрашивать меня что-то о выступлениях, о танцах. Через стену от нас слышались голоса Павла Воли, его супруги Лайсан и Мигеля, которые тоже что-то обсуждали и периодически громко смеялись. Спустя некоторое время, когда нас уже загримировали, пришел Михаил с весьма хмурым лицом, которое не предвещало ничего хорошего. - Итак, я только что оттуда, - он указал на стену за моей спиной, - Денисова не смогла приехать, так как улетела в Германию по семейным обстоятельствам…. Он не успел договорить, так как в гримерку в этот момент зашел Стас Шеминов, которого я не видела уже лет сто. Он тепло мне улыбнулся, пожал руку Уливанову и похлопал по плечу Михаила. - Я сейчас что-нибудь придумаю, - Стас явно был в курсе всего происходящего. - Ладно, разруливай пока, - Михал попрощался со всеми и ушел к звуковикам. - Еще раз привет всем, - Стас говорил тихо, но все его отлично слышали, - Алиса, Виталий, дело в том, что у нас было запланированы игры с вашим участием и участием Ляйсан, Татьяны и Мигеля в определенном порядке. Но так как Таня улетела, надо все поменять. Он обратился к своим ребятам, чтобы понять насколько кардинально надо все менять и спустя десять минут они вроде бы все утрясли. - Погоди, Стас, - обратился к нему Арс, - если сделаем так как ты говоришь, то тогда в шокерах не будет никого из приглашенных звезд, если Мигель будет вместо Денисовой на жанрах. - Блин, точно, - Стас задумался, - ну тогда вы с Шастом вдвоем… - Стас, - неожиданно даже для себя, я встряла в разговор. Все взгляды обратились ко мне. - Извини, что вмешиваюсь, но можно меня взять в шокеры? - Тебя? - Стас явно не ожидал такого поворота, - но мы женщин не берем ни в мышеловки ни в шокеры, это как-то неправильно. - Я знаю, что вы все против, чтобы “девочку било током”, - на ум мне пришли слова Позова, которые он произнес давным давно, - но можно же сделать исключение? Мигель на “жанры”, Уливаныч - мышеловки, Ляйсан - вечеринка, а меня по моему собственному желанию на шокеры. - Может лучше Мигеля на шокеры? - Дима старательно не смотрел в мою сторону, но видимо не мог допустить, чтобы ко мне прицепили шокеры. - Он уже был, - Стас помотал головой, - А больше действительно и некого, не Ляйсан же, в конце концов. В итоге, со скрипом, но было решено, что меня допустят на шокеры, о чем я,признаться честно, давно мечтала. Но вот не верю я, что это так больно или неожиданно, что из рук все падает. Стас обратился к девушке-костюмеру, чтобы мне подобрали другую одежду, а главное другую обувь - иначе на своих каблуках я просто “убьюсь”, ну это по его словам. Лариса, а именно так звали костюмершу, повела меня в другую комнату, где было несколько стоек для одежды подписанных “Арсений”, “Дмитрий”, “Сергей” и “Антон”. Тут была их одежда для съемок и сменная для шокеров. Чуть поодаль стояло еще несколько стоек с одеждой - мужской, женской. - Ну-ка, сними свой пиджак, - деловито скомандовала Лариса и я тут же подчинилась, - у тебя 42-й размер? - Правильно, - кивнула я, - у вас меткий глаз. - Ну а то, - подмигнула мне она и стала рыться в поисках всего необходимого. Спустя пару минут она выдала мне желтую футболку-поло, черные обтягивающие джинсы, желтые кеды и черный передник. - А передник-то зачем? - удивилась я. - Ну, по сценарию ты будешь официанткой, - как несмышленному ребенку растолковала она мне и указала на дверь в другую комнату, где можно было переодеться. Я скрылась за дверью, осознавая, что в действительности даже не спросила Стаса о том, что я буду делать в шокерах. Блин, да я даже не спросила, кто будет со мной участвовать! Хоть бы это был Арс или Матвиенко, господи, ну пожалуйста. ----------------------------------- Я сидела все в той же гримерке, только в полном одиночестве и смотрела на экран, который был выведен сюда. По нему я видела всю площадку, где проходили съемки. Это было весьма удобно, ведь таким образом мне можно было не выходя узнать, что происходит снаружи. Вот сейчас я видела, как готовится сцена для мышеловок, а у парней была пока грим-пауза. Зрители продолжали сидеть на своих местах, а я даже предположить не могла, как же у них затекли ноги и онемела задница от такого долгого сидения. Съемки длятся уже, наверное, вечность. Я не раз была на концертах у парней на гастролях, но даже не могла подумать, что один выпуск можно снимать так долго. Мигель и Ляйсан уже снялись в своих номерах и закончив, разбежались по своим делам, не забыв заглянуть ко мне и попрощаться. Мига выразил надежду, что у меня “толстая” кожа, поскольку когда он снимался в шокерах, ему было нефигово больно. Конечно, я ему не особо поверила, ибо он имел привычку все немного преувеличивать. Но тем не менее, я сидела и ждала, когда очередь дойдет наконец и до меня. И не могла оторвать взгляд от экрана, где уже на своих местах сидели ребята в черных костюмах и ждали продолжения съемок. Мышеловки лежали на полу и Воля объявил, что в мышеловках будет участвовать Арсений Попов и лидер зрительского голосования в проекте Танцы - Виталий Уливанов. Зрители, явные не знавшие о том, кто будет гостем, радостно закричали и зааплодировали, а я просто сползла с дивана, на котором сидела. Ведь если в мышеловках будет Арс, то в шокерах скорее всего будет Шаст… Что такое “невезёт” и как с ним бороться? Вот и настала моя очередь - я стояла за кулисами, около входа в декорации для шокеров, где уже был Антон, который тоже переоделся в официанта. Стас наскоро объяснил в чем моя роль - я пришла в клуб устраиваться официантом, а Антон будет меня тестировать. Итак, съемка началась, я услышала как Паша дает Шасту указания и в этот момент в декорацию вошла я. Зал также взорвался аплодисментами и игра началась. На моих предплечьях были закреплены шокеры, но пока кроме немного стянутого чувства, я не испытывала больше ничего. Итак, надо собраться и отыграть на все 100%, даже если мое сердце сейчас выпрыгнет из груди. Антон стоял напротив меня, широко улыбаясь, ведь он уже вжился в роль и смог спрятать свои чувства. Ну что ж, была не была. - Добрый день, - немного медленно начала я, ожидая удара током в любой момент, но пока все было спокойно. - Добрый день, - так же ответил мне Антон, понимаю что в этой фразе нет запретных букв. - Здесь проводится собеседование в официанты?! - последнее слово я просто проорала от неожиданности, ведь по моим рукам долбануло током. Ощущение, будто я потерла шерстяной ковер и прикоснулась к чему-то металлическому, только в несколько раз сильнее. Я взглянула на Волю, но тот лишь пожал плечами типо “я не при чем, но тут есть запретная буква”. Зал заржал, равно как и Позов с Матвиенко. - Проходите, проходите, - слегка ухмыляясь произнес Антон, ни его током не ударило. - Сейчас я вам все объясню!!!! - Ага, вот и его долбануло, он аж подпрыгнул. Это было настолько смешно, что я против воли прыснула со смеху, но прошла на то место, куда он указал. Твою ж мать, у меня ноги разъезжаются в этих кедах или этот пол такой? Я глянула вниз и поняла - это пол такой. А если он еще и мокрым станет, то все - каток. - Вот, я здесь, - удара током не последовало и я немного расслабилась, хотя как это возможно? Я стою буквально в двадцати сантиметрах от Антона… Сердце сейчас выпрыгнет, а еще надо букву эту сраную отгадать… и еще задом к камере не поворачиваться…. Интересно, а если у меня от напряжение лопнет глаз, это тоже будет смешно? - Так, - начал было Шаст, но разряд тока его остановил - ааааа, это буква А!!! - Молодец, - похвалил его Воля, - итак покажите нам новую букву…. Все, мы готовы. - Итак, - снова начал Шаст, - вам надо взять этот поднос и отнести его за тот стол!! ААА! - он снова подпрыгнул от удара током, а я лишь старалась не заржать. - Что вы сказали? - я хотела его немного потроллить, но сама вскрикнула от неожиданного удара током. Блин, а это весело только со стороны. - Говорю, - Шаст произносил слова медленно, - этот поднос - за тот стол, - он махнул рукой в сторону, стараясь произносить как можно меньше слов. - Я там вас ждать буду. Он отошел от меня и действительно уселся за столик, оставив мне поднос с тремя напитками, похожими на мохито. Делать нечего, надо нести: я аккуратно взяла поднос и пошла по этому скользкому полу. - А что это за коктейли? - его голос сорвался, видимо получив разряд тока. - Это мохито, - не подумав ответила я, и не успев донести поднос, получила разряд тока, и с визгом выронила всё, облившись этими сраными коктейлями. Зал испуганно ахнул, но потом засмеялся, видимо, я выглядела как мокрая мышь. Бля, жаль нельзя материться. - Что-то как официантка вы так себе, - Антон попытался встать, но получив разряд плюхнулся обратно. - И! Это буква И!! - Да ты просто умничка, но хоть бы дал даме отгадать, - Воля снова попросил сменить букву, а я тем временем взяла со стола салфетки и вытерла забрызганное лицо. Антон смотрел на меня, но в его глазах, как ни странно не было злости, может ему немного жалко меня стало? - Кстати, как вас зовут? - и снова его передернуло от тока, - Имя, имя как?! - Леночка, - я вдруг вспомнила нашу с ним игру в “Меняй!”, когда он назвал меня Леночкой. Судя по его взгляду, он тоже вспомнил...а может мне просто кажется? - Ага, Ленок, - он подошел к барной стойке, слегка поскользнувшись в том месте, где я разлила мохито, - вот тут...ааааа! Т! Буква Т!! - Да что ты со мной делаешь? - Воля снова поменял букву. - Вот, - продолжил Антон, - автомат с соком. Вам надо налить и подать мне, - его ни разу не ударило током, что несказанно удивило нас обоих. Я подошла к автомату и начала в стаканчик наливать томатный сок, по ходу вспоминая, что главной задачей в шокерах было облить жижей партнера, а не себя. А то я, блин, с ног до головы в этой липкой херне, а он тут чистенький стоит. - Вот, - я протянула ему стакан, - тут томат…- но не успела я договорить, как меня шарахнуло током и рука со стаканчиком дернулась. Шаст попытался отскочить, но не успел и вот - на его лице и груди алеет пятно от сока. - Ну что же вы делаете, я же ваш будущий начальник!! - он получил разряд током и заорал, а его ноги тем временем начали скользить по полу и он не упал только потому, что удержался за барную стойку. - Ой, простите, простите, - начала шутливо кудахтать я, - я правда не хотела, чтобы так получилось. ААА! - меня тоже шарахнуло. Антон отошел от меня, вернее заскользил от меня и, указав рукой на миски со снеками потребовал, чтобы я ему орешки принесла. - А какие именно? Тут есть...аааааа, - и снова меня шарахнуло, когда я держала что-то в руках. На этот раз это были фисташки и они с грохотом рассыпались по полу, но зрителям это нравилось и они хохотали. - Нет, фисташек больше нет, но есть арахис, миндаль и фундук...ааааа!!!! - снова удар током и я, ухватившись рукой за стойк, случайно рассыпала все, что только что перечислила. - Да что же вы так кричите! - Антон притворно начал ругать меня, - и зачем вы все раскидали, теперь мой клуб похож на свинарник! - У! Буква У! - выкрикнула я, все так же чувствуя, что ноги мои живут теперь отдельно от меня. От пролитого и рассыпанного пол стал невероятно скользким. - Вот, ты тоже умничка! - Воля и меня похвалил, - У нас есть буква, продолжаем. - Так, Леночка, - Шаст проскользил мимо меня и направился к столику, где стоял аппарат для мороженного, - идите сюда...ааа!! Кое как, я доползла до него, хотя мои ноги просто разъезжались в разные стороны. - Леночка, - продолжал отыгрывать Шаст, - сейчас...аааа...я научу вас...аааа...в общем вот! - он сунул мне вафельный рожок и жестом указала на мороженное, чтобы я выдавила его туда. - Вот рожок, - я подняла руку с вафлей, - вот мороженное, - я выдавила из аппарата пломбир в рожок. - Готово! - Молодец, - медленно проговорил Шаст, - а как же конфитюр? Я, держа мороженое на вытянутой руке и максимально далеко от себя, запустила другую руку в вазочку со всякими присыпками. - Вот шоколадки, - я посыпала мороженное, - вот конфетки, а вот, - я взяла в руки бутылку с соусом, - шоколадный соус….ааа - разряд тока и всё, что я держала в руках полетело на пол, как впрочем и я, ведь самой удержаться было на за что. Но неожиданно, меня перехватил Шаст, видимо на автомате вытянув руку, и не дал мне упасть. Все случилось в считанные секунды, но его прикосновение было как очередной разряд тока, только намного сильнее… Я машинально задрала голову, чтобы посмотреть ему в глаза, ведь в кедах я едва доставала ему до плеча. Но он уже отпустил меня и отвел взгляд. - С, это буква С, - произнес он, стараясь говорить с прежним задором, но мне было отлично видно, что ему это дается с трудом. - Всё, молодцы, хватит, - Воля поднял руки, - не хочу вас больше мучить! Идите сюда! Зал зааплодировал и мы с Антоном двинулись к Паше, а я старалась вытереть о передник свои перепачканные руки. Шаст был не намного чище меня - он тоже умудрился вляпаться в мороженное. - Ну что, Алиса, - обратился ко мне Воля, - как тебе? Какие впечатления? - Это просто супер-классно, - я постаралась выдать самую искреннюю улыбку, - так здорово, что нас всех позвали к вам! Я еще бы с удовольствием пришла бы сюда опять, - а вот это уже чистая ложь, но что поделать. - А мы обязательно еще позовем! - отозвался Воля, - А теперь пожелай всем зрителям и телезрителям чего-нибудь, но только в трех словах и чтобы все они начинались на букву В! - Эээ, - я на полсекунды задумалась, - всем великого везения! - Отлично, - похвалил Паша, - супер, класс! Спустя двадцать минут, когда с меня сняли шокеры и указали, где можно принять душ и отмыть от себя все, чем я успела уделаться, я с казенным полотенцем через плечо плелась в душевую. Погруженная в свои мысли, я не заметила как налетела на кого-то. Конечно, по закону подлости, этим “кто-то” оказался Антон, который тоже торопился в душ. Бля, а ведь душевая-то одна, подумалось мне. - Эм, прости, я не заметила тебя, - я смогла все-таки что-то из себя выдавить, правда далось мне это с превеликим трудом. - Ничего, - его голос звучал глухо, - иди первая, я подожду. А я даже спорить не стала и юркнула за дверь. Схватившись рукой за сердце, я пыталась успокоить дыхание и сердцебиение, ну вот почему я до сих пор на него так реагирую? Прошло уже больше года, все должно было забыться… Да, мы были близки, но сколько чертового народа спит друг с другом, но это не мешает им потом видится и даже преспокойно общаться… Что с мной-то не так? Приняв душ со скоростью солдата, который должен одеться, пока горит спичка и переодевшись в своё, я стала искать фен. Вроде Лариса сказала, что оставит его в душевой, но его нигде не было. Идти с мокрой головой не вариант, на улице осень, как никак… Но надо все-таки освободить душевую для Антона, ведь он ждет снаружи. Поэтому, собрав волю в кулак, я вышла в коридор где увидела Антона, который говорил о чем-то с Арсом, который судя по его виду, уже собирался уходить. - О, Алиска, - Попов отвлекся на меня, пока Антон быстро прошагал в душ, - вот ты где. Ну как, тебе понравилось? - Арс, даже не спрашивай… - я устало потерла переносицу, - давай я расскажу тебе обо всем завтра? - Ты хорошо держалась, - он положил мне руку на плечо, подбадривая, - я бы проводил тебя, но мне надо срочно бежать… - Да без вопросов, - я улыбнулась ему, - вот только может ты знаешь, где можно фен найти? - Ах да, - он хлопнул себя по лбу, - я оставил его в гримерке, найдешь там? - Да, все ок, спасибо. На том мы и разошлись, каждый в свою сторону. Съемки были окончены, поэтому все ребята и сотрудники разбредались кто куда и в гримерки не было никого. Я нашла фен лежащим на диванчике и воткнув в розетку принялась сушить голову, благо тут было зеркало и расчески. Не знаю, сколько прошло времени, но в какой-то момент дверь в гримерку открылась и на пороге появился Шаст. Глядя не него в отражение, я не смогла понять, готов ли он был увидеть меня здесь, да и насколько это важно? Я почти закончила сушить волосы, а он тем временем достал из своего шкафчика верхнюю одежду и сунул руку в карман, доставая оттуда свои браслеты и кольца - видимо, он оставил их там, пока шли съемки шокеров. Я выключила фен и положила его на столик, перед собой. Мои браслеты уже были на мне, оставалось только надеть пиджак, когда в отражении мельком я увидела в его руках те самые белые четки, что когда-то оставила ему. Может я слишком громко вздохнула, но Антон поднял голову и мы встретились с ним в зеркале глазами. Секунду он соображал, что привлекло мое внимание, а потом подошел ко мне и ни слова не говоря, положил чётки на столик передо мной, прямо рядом с феном. - Почему ты их не выкинул? - повернувшись к нему, задала я вопрос, который мучал меня уже много месяцев. - Потому что они не виноваты в том, что ты оказалась двуличной сукой, - ответил он, даже не поворачиваясь ко мне. Ответ был как удар поддых, у меня перехватило дыхание. Я не видела его глаза и выражение лица, но голос звенел от плохо сдерживаемой ярости. И может в иной раз, я бы спасовала и молча проглотила обиду, но этот был явно не тот день. - Не говори так, ведь это, мать твою, не правда! - я подскочила к нему и дернула его за рукав. На каблуках я была выше, но явно недостаточно. - Не правда? - он рывком перехватил мою руку и сильно сжал мое запястье, - не правда?! В иной раз, не в этот день, мне стало бы страшно, ведь никто, кроме меня сейчас не видел какие “черти” водились, казалось бы, в тихом омуте по имени Антон Шастун. В иной раз, не сегодня, я бы испугалась того, как он навис надо мной, а из его глаз разве что молнии не били. Стоило ему хоть еще немного сильнее сжать мою руку, то наверняка раздался бы хруст. В иной раз, не сегодня… - Да, неправда, - наконец проговорила я, - я всегда была максимально честна с тобой…. - Так это называется честностью? - он выдохнул эти слова мне в лицо, всё так же сжимая мою руку, - ты свалила тогда, оставив после себя лишь записочку и, пока я сходил с ума, прыгнула в койку к новому ухажеру? Вот это ты называешь ебучей честностью? - каждое его слово было пропитано злостью. - Ты просто сделал неправильные выводы, - я едва могла говорить, потому что меня всю трясло, - ты считал что я и с Арсом спала, вспомни свою смс-ку мне, после той мерзкой статейки в интернете… В итоге, ты ошибался, у нас с ним кроме того поцелуя ничего не было… Разве не так?! - А как ты сможешь объяснить свою беременность?! - он буквально выплюнул мне эти слова, - или этого от святого духа случилось? Так что не надо мне тут гнать, что и с Уливановым у тебя ничего не было, я, блять, на дебила похож? - А ты не мог представить на мгновение, что это действительно правда? - слезы ручьем текли из моих глаза, но я была не в силах их остановить. - И что та беременность случилась благодаря тебе?! Стоило этим словам сорваться с моих губ, как он так резко рванул меня за руку, отпуская одновременно, что я не удержалась на своих каблуках и камнем рухнула на пол, больно ударяясь коленями. Невзирая на боль, я вскинула голову, чтобы посмотреть на Шаста, но того словно подменили - с размаху он пнул ногой близстоящий стул и тот улетел в зеркало на стене, которое со звоном разбилось. Мне казалось, что он сейчас и меня так же пнет, как этот несчастный стул, но он лишь схватил свою куртку и пулей вылетел из гримерки, не проронив ни слова, не считая мата, что сквозь зубы он шипел про себя. А я осталась сидеть на полу, не совсем понимая, что сейчас произошло…. Он так вышел из себя, потому что не поверил мне, или потому что узнал то, чего не знал раньше?