Алюминиевые крысы и шерстяные банки не поделили материнский капитал

Плод тошноты осуждающе смотрит, Хотим втолдычить, что ты ещё тёплый. Перепачканный пачками балерин, Вскормленный почками эвтаназников. По праздникам кровавый щавель Подвязывали к великолепным ногам двуличия. Обезьяний донор, угашенный паркур на Вязьме. Привязанный к баталиям полу обводным На ободах бразильского куратора. Это выжимка остатков, Кала. Ведь слов всё нет, как нет Поступления в голову хоть чего-то стоящего. Стоит трясина, в тине спесь. Самоповторы, оптовые норы Беззубого безумия по красной цене. Удивит только людей без лобных доль. Вёслами лупить по киселю, А потом обнаружить, что это Всего лишь липкая и сладкая моча диабетика. В пакетик складывать моль и Подбрасывать её как рис на свадьбе. Подбадривать себя. И солидарен тут только шкаф. Он даун бодрый с ободранной бородой. Открывает пасть-дверцы по ночам и воет. Ничего, все проебали жизнь. Ничего страшного. Старший обплюётся, но не признает поражения. Превентивное искажение винтов, спрессованных из сажи. Мимо смыслы мажут, не достигают головы. Баллистические просчёты. Неверны все локации, Нассыте на тех, кто говорит "Мы в Матрице". Ведь смелости нет сказать: Жизнь - это самый продолжительный ад. Жить - это нести в себе смрад, Агонию будничной бытовой хуйни, Биллионы бессмысленной возни, Слов пустых, поз пустых, Душных интриг, бульварных книг, Игр поселковых. Кто с кем спит. Это так заебенно в этом участвовать! Рожайся и властвуй, дай уму угаснуть, Влейся в коллектив. В социопердак. Передник в мякоти киви, что душил вместо людских Голов. Кто забил больше голов, как бы заработать на отпуск. Отпустите с грехами жизнь. Отпустите из тела ввысь. Прорубь обиженного мечтателя-нищеёба. Сгорбленного, отсасывающего у всех выблядка. Общество анонимных камней признало импотентом. И изъявило волю накинуться на лик. Полотенцем отбиваюсь. Капли пота - наноботы. Хлопоты, зевота, клопы и волчьи тропы. Курган после мха, гарпун вместо украшений. Продранные щёки, на них клевало слишком много Алкашей, что деловито подваливались И дышали перегаром. Я полыхаю аналом На всю эту белиберду. Прыскаю понурым смехом. Все курвы здесь, только меня забыли.