Позывной «Физик»

Дежавю — это первое, о чем Пригов подумал, когда на его глазах озверевший Кот выстрелил в психа-психиатра. А он стоял и смотрел, рвался помешать, но чувствовал крепкую хватку Федотова. В дом друг тоже отпустил его неохотно, будто опасаясь, что сорвет крышу. Физика Владимир Викторович нашел быстро, даже слишком, но ничего тогда не почувствовал. Чувство вины и потери обрушилось на генерала чуть позже, на следующий день, с утра, когда ему позвонил полковник. Рассказал про Кота, мол, да, Мыцик на его совести, да, раскаивается, аж страшно рядом находиться — уж больно взгляд блуждает и горит. Рассказал про второго — психиатра, довольно известного в определенных кругах. Жив остался, но черт знает, сколько и как проживет с пулей в голове. Рассказал про Муру — жива, но досталось ей, хотя это Пригов и сам знал, видел, как увезли. На Кота Владимир Викторович злился, сам толком не понимал, почему. Предполагал же и почти подготовился к тому, что живым Серега из этого дома не выйдет. И так ли важно, кто его убил? Может, будь он сам в доме, пришлось бы и ему стрелять. Но все равно злился — люто и слепо. И знал, что скоро успокоится, смирится, переварит случившееся. Только дождаться бы и не прибить Васю прежде. Днем, изобразив на лице начальственное спокойствие, генерал поехал в госпиталь. Ему необходимо было убедиться, что с Мурой все действительно в порядке. О том, кто отправил ее на больничную койку, он старался не думать. Лишь твердил про себя: «Это был не тот Физик. Не тот…» — хотя помогало откровенно слабо.

***

— Она бредит, — заведующий нейрохирургическим отделением сделал паузу, — и я не могу гарантировать… Пригов, вышагивающий перед ним со сложенными за спиной руками, остановил его жестом и настороженно уточнил: — А симулировать она может? Доктор нахмурился и глубоко задумался. Наверняка он уже рассматривал такой вариант, но сомневался. — Позвольте мне проверить. Я смогу вывести ее на чистую воду, — попросил Пригов. Док начал вяло возражать, но быстро понял, что лучше скорее отделаться от этого генерала в штатском с колким взглядом и железным рукопожатием. В палате Владимир Викторович готов был увидеть все, что угодно, и выслушать тот еще бред. Но Мура подмигнула ему и приветливо протянула руку. Думать о плохом, обо всем, что произошло, о собственной незавидной участи она больше не могла, поэтому спряталась за неуверенную, еще не вполне искреннюю улыбку. Пригов слегка опешил, ответил на рукопожатие, посмотрел строго, но про себя радовался. Такая Мура — бледная, покалеченная, с бинтами на голове, но все же соображающая — нравилась ему больше. — Как там Кот? Видели его? — первая заговорила Женя. Пригов неловко дернулся, словно его хорошенько толкнули. Одно только упоминание об Ионове будило в нем вулкан. Генерал сдержался от пары матерных фраз — пожалел Мурашову — и отрицательно покачал головой, не переставая хмуриться: — Не хочу его видеть. Но обещаю помочь. И ему, и тебе, — он помолчал и спросил, собственно, почему и зашел: — Ты чего тут «косишь»? Врач говорит, худо тебе, бредишь? Мура удивленно переспросила: — Брежу? — и сдержанно рассмеялась. — Нет, просто док спросил, о чем я думаю… Пауза. Пригов напрягся. Подошел к Жене до неприличия близко. Выслушать это еще раз, теперь от непосредственного участника событий, было выше его сил. Однако, похоже, и Мура решила пожалеть генерала: — А я ответила: о человеке по имени Серега. Позывной: Физик. Профессия: диверсант. Профессиональный уровень: очень высокий. Умер: два раза.