Лето без начала

      В комнате близнецов послышалось тяжелое дыхание Диппера. Он огляделся по сторонам, из окна бил яркий свет, уже полдень. На соседней кровати никого нет. «Мэйбл, наверное, уже давно встала», — подумал про себя Дип. Он спустился вниз и увидел Стэна, который смотрел телевизор, только вот лицо его… Оно явно не выражало ничего, кроме усталости, грусти и других неприятных ощущений.       — Дядя Стэн, а где Мэйбл? И почему ты сегодня не обманываешь туристов? Ты ведь никогда не пропустишь возможно обдурить кого-нибудь? — Спросил у прадяди Пайнс-младший, тот поднял на него свои глаза и дрожащим голосом будто спросил его: — М…мэйбл? — — Ну да. Мэйбл. Она пошла выгуливать Пухлю или в магазин? О боже, она, что опять плачет в ванной? — Дип смотрит на него, ничего не понимая, удивляясь его реакции. — Её нет, Диппер. — всё тем же дрожащим голосом ответил ему Стэн. — Эмм. Я вижу… Так где она? — — Её совсем нет. — Стэн начал плакать. — Ты чего? — Диппер обеспокоенно посмотрел на дядю, но тот больше не отвечал.       «Похоже, что Стэн мне ничего не расскажет. Где же Мэйбл? Может он обиделся из-за того, что мы взяли ракеты? Неее. Не мог он так обидеться. Может с Мэйбл что-то случилось? О боже, надо срочно найти её!» — думал Пайнс, подбегая к ванне, но там оказалось пусто, он обежал весь дом, но никого, кроме его и Стэна не было, даже Форд куда-то пропал. «Странно», — подумал Дип. Он отправился к дому Венди, которая, пустила его к себе, правда, выглядела она ничуть не лучше Стэна, помимо того, что было у дяди, у неё ещё были опухшие, похоже, что от слёз глаза. — Венди, что-то случилось? — Диппер посмотрел на неё, пытаясь понять из-за кого она опять плачет. «Новый Робби?» — подумал про себя Диппер. Но Венди посмотрела на него недоумевающими глазами: — Ты, что? Уже о сестре своей забыл — — Я как-раз из-за неё и пришёл! Ты не знаешь, куда она делась? Просто я проснулся, а её нет. Да и все как-то странно себя ведут. Например, Стэн! Он же не стал бы плакать из-за того, что мы взяли у него немного ракет вчера. — сообщил парень о цели своего визита. — Это было три недели назад! А две недели назад Мэйбл, её… — Венди начала плакать, но сквозь плачь продолжила: — её убили! — — Да что за розыгрыш-то такой! Не смешно! Нельзя так шутить! Тем более по поводу Мэйбл, которую чуть не изнасиловали недавно! — Диппера охватила злость, ведь такие шутки совсем не смешные, а наоборот, довольно пугающие и страшные. Венди просто плакала, Диппер пытался её успокоить, но когда она выпихнула его из дома, и запустила топор в дуб, который рос возле окна, по которому Диппер хотел залезть к ней, он решил, что сейчас попытать поговорить с ней… будет подобно смерти.       Он решил прогуляться по городу в надежде встретить Мэйбл там, но он встретил только Зуса, который шёл куда-то. Диппер поздоровался с ним, но тот был таким же, как Венди и Стэн. Зус сказал, что пошёл на кладбище к Мэйбл. Диппер решил сходить с ним в надежде разобраться, как остановить эту затянувшуюся шутку. Но там их встретила могила. Свежая могила некогда самой весёлой девочки в Гравити Фолз, штатах Орегон и Калифорния, да и в США, если не во всём мире. Диппер понял, что это не розыгрыш, просто он забыл, потерял эти недели из памяти. Ну, конечно, они ведь близнецы… Были близнецами. Такая травма запросто могла выбить из его памяти несколько недель жизни. — А как она умерла? — спросил у Зуса парень, который уже начинал плакать. Тот рассказал, что заявились те, кто устроил эту вечеринку. Что они выстрелили в Мэйбл, как Диппер забил тех до полусмерти, и как потом они с Фордом стерли из их памяти всё, кроме их преступления, вернее преступлений и наказаний за них, полностью лишив их личности.       Диппер осознал, что Мэйбл нет. Его охватил ужас, он понял, что всё, это конец. Больше никаких подколов с её стороны, вечных шуток, глупых идей и прочего. Ничего. Больше никто ему не поможет, не поддержит не обнимет. Конец. Совсем. Навсегда. И никакой дневник не поможет. эту загадку не решить. Подросток пытался разрыть могилу руками, но Зус оттащил его. Пайнса притащили в Хижину. На следующий день он попытался перерезать вены, и это получилось, но Венди вовремя успела, и его спасли. Первая попытка, но будет их ещё много.        В следующий раз он «очнулся» в 17, прошло два года., а последнее, что он помнит, то, как Венди била его по щекам после его первой попытки суицида. Он решает уехать, ненадолго, может, на месяц — два. Правда, куда? Мать ушла за Мэйбл от сердечного приступа, как только узнала, а отец «сломался» и запил, через неделю после смерти Мэйбл он пропал. Но Диппер уехал. Он хотел вернуться, но боялся, боялся, что призраки прошлого снова навестят его, что он приедет и узнает, что потерял последний шанс на то, чтобы с ним был последний, оставшийся в живых, очень близкий ему человек — Венди.        Он приехал, только вот прошло 5 лет. Ему уже 23, почти сразу он встречает Венди… с коляской. Она сразу впадает в ступор, видя Пайнса. Она поняла, что любит его, но не может простить его за то, что он уехал, за то, что ей пришлось почувствовать, зная, что он запросто отправится на тот свет, оставив её. Ему больно, ей больно. Потом он узнает, что если бы он вернулся года полтора назад, то они могли быть бы вместе. Он снова срывается и пропадает где-то в Гравити Фолс. Жители периодически видели его, пьяного, плачущего, забитого жизнью паренька, который по сути спас их город немногим больше 10 лет назад. Они сочувствуют ему, понимают. Они осудили бы любого, кто вел бы такой образ жизни, но не его. Он герой, герой для этого города. Но не для Мэйбл, не для сестрёнки, не для Венди, он оставил их — двух самых дорогих ему людей, так он думал.       Через полгода находят Стэна и Форда, в лесу, растерзанных медведем. Последняя капля, последние, кто был его родственником. Диппер закрывает Хижину, уходит в очередной запой, а потом — к алкоголю добавляются и препараты. Успокоительное, снотворное, антидепрессанты, транквилизаторы, а за ними — наркотики, без прикрытия использования в медицинских целях, настоящие, те, которые не для лечения, а для того, чтобы быстро себя угробить. Он закрывается и исчезает для всех.        Спустя два года Венди уезжает. Диппер призается ей в том, что до сих пор любит, показывает следы от уколов и признается, что теперь он наркоман, окончательно и бесповоротно. Говорит, что рад за неё. Рад из-за того, что она нашла Тома, который вообще-то не такой плохой парень, конечно, если сравнивать с Диппером сейчас. Она только говорит ему, что он дурак, отличный парень… был. Но сам всё испортил.       В тот же день он попадает в больницу — передоз. Его кое-как откачали, но он не бросает. А зачем? Для кого? Один. Он один, совершенно. Сто лет одиночества. Через 4 месяца новый передоз. Тяжелый, теперь у парня тремор, а сам он стал дёрганым. Тогда он бросает. Это больно. Очень. Новые попытки суицида. Спустя два года он побеждает. И открывает Хижину снова. Гравити Фолс радуется за него, честно, этот город — большая семья, только вот Диппер не считает себя её частью. Он — новый Мистер Загадка. На 20 лет.       В 47 он закрывает Хижину навсегда. Он не может больше изображать нормального человека. Он сломлен. Давно. У него нет цели, нет смысла, он просто есть, но один и теперь уже навсегда. Единственные, кто его навещают — воспоминания: о сестрёнке, о том лете, о Стэнах, о матери и об отце, о Венди. Ему тяжело, очень. Он винит себя во всем, честно. Не наигранно, как это делают подростки, он винит себя во всем из-за того, что так и есть, по его мнению. Теперь стабильные перерезания вен каждые полгода, но он вовремя одумывался и перематывал руки бинтами. Зачем? Он и сам не знает…       В 59 он приезжает к Венди, она больше не рыжая — она седая. Она радостно встречает его. А он говорит, что приехал попросить прощения и попрощаться, теперь точно навсегда. Она не понимает его, а он говорит, что умирает. Просит прощения за всё: за свои слова, за ту боль, что он причинил, за обман, за то, что оказался слаб. Она плачет смотря на него, говорит, что прощает, он уходит, но недалёко. Подойдя к двери, он начинает кашлять… сильно. Вся дверь в капельках крови, он пытается убежать, чтобы Венди не видела этого, но он падает на пол. Вся его рука с крови и слизи, как и дверь. Он лежит и продолжает кашлять, просит прощения, что не смог сдержать кашель, что вынудил смотреть на всё это. Она плача и дрожащими руками вызывает скорую.       Пайнс очнулся в больнице, где не знают, что с ним делать, нет какой-то болезни. Просто всё тело разваливается на куски. Всё что они могут — дать ему обезболивающее. Сильное. Наркотик по своей сути. А это значит только одно — у него нет шансов. Он интересуется где Венди.       «Она умерла около трёх часов назад, когда узнала, что у вас нет шансов, и что у вас инсульт. Сердечный приступ», — слова доктора проносятся в его голове. Все приборы начинают резко пищать, ему вкалывают снотворное и успокоительное.       Снова резкий подъем с кровати на чердаке, и снова он старается отдышаться.