Not today II

Всего одна капля серной кислоты способна сжечь большой участок кожи на теле человека. Брызги жидкости плотно въелись в шею мужчины, проникая всё глубже и оставляя страшные ожоги, которые вряд ли может оставить что-то горячее. Адский крик бьётся об звукоизоляцию в бетонных стенах, имея зверское желание вырваться из этого помещения. Нереальная боль и жжение расползаются по шее и спускаются вниз, вплоть до пят. В голове путается лишь одна-единственная фраза: «Прекратите это!». Но из уст она вырывается неразборчивыми звуками. — Как тебе такая игра? — нерушимое спокойствие прослеживается не только в словах, но и на лице.— Знаешь, это завораживает, — присаживается на корточки и сосредотачивает взгляд на шее Ли.— Серная кислота так умело оставляет следы после себя…— резко поднимает сумасшедший взгляд.— А что, если брызнуть немного больше? — Ким с неким азартом смотрит на испуганное лицо учителя. — Н-нет, — еле проговаривает Ухён, борясь со жжением.— Прекрати… я. больше не вынесу, — сдаётся Ли и умоляюще смотрит на Тэхёна. Опустошённый взгляд Тэхёна блуждает по шрамам учителя, напоминающим тот день, когда он смог сбежать от него и прожить ещё пару лет. Никто и никогда не уходил из рук парня живым. Ким, как печь для сплава: если в его руки попадает кто-то, он всем своим огнём сжирает его. Не оставляя и шанса на жизнь и счастливый конец. Он никогда не надеялся на хороший конец в своей жизни. Это невозможно. Кровь чужих людей омывает его со всех сторон, будто бездонный океан. Какой смысл менять себя и становиться «супергероем», если от этого желание убивать не испарится само собой, а кровь несчастных не высохнет от ярко-палящего солнца. — Не хочешь? —склоняет голову набок.— Я даю тебе последний шанс. Запомни, последний, — внимательно смотрит на Ухёна.— Скажи мне, кто тебя прислал и я разрешу тебе жить, — ухмыляется Ким. — Какая разница? — часто дыша, спрашивает он.— Если я скажу тебе, меня всё равно убьют… безвыходная ситуация! —кричит в лицо парню.— Я ничего не скажу. Ты должен сгнить вместе с теми трупами, которых закопал, как ненужный мусор! — Я сгнию. Обязательно. Отправлюсь к тому самому мусору, — произносит Тэхёна.— Но не в этот раз, — поднимается на ноги и подняв бутылку с жидкостью, наклоняет её, медленно выливая содержимое на голову Ли Ухёна.— Ты помучаешься. Обещаю, — бросает пустую бутылку на пол, и даже не посмотрев на громко-кричащего мужчину, вышел из помещения. Ещё один человек. На счету парня появилась новая жертва. Дрогнуло сердце, появилось чувство вины, сожаление—всё это не свойственно Киму. С каждой каплей крови, пролитой из вен чужих людей, он сходит с ума, перестаёт контролировать себя, не осознаёт, что происходит… или наоборот? Ким вполне понимает, что делает и просто наслаждается процессом, попытками человека вырваться из его лап, мольбами о пощаде. Нагло провозгласив себя Богом, парень распоряжается чужими жизнями, устраивая им крутые повороты в линии судьбы, которую он, в конечном итоге, обрубает. *** Новый день: новые события, новости, радость, горе. Когда по привычке отключаешь надоедливый будильник, начинается новый день, от которого можно ожидать чего угодно, но пробуждение с улыбкой не значит, что слёз не будет. Заблуждение человечества в том, что оно наивно полагает: если начать утро с улыбки и хорошего настроения, всё будет более, чем в порядке. Глупцы. Как можно быть такими наивными? Не стоит рассчитывать на хорошее настроение, шагая по тихой улице. Стоит задуматься, что ожидает за поворотом. Завязав волосы в невысокий хвост, руки Юджин обессилено повисли, а выплаканные слёзы покинули её, оставив после себя жжение в глазах. Смотря на себя в отражении зеркала, девушка пыталась поднять уголки губ вверх, дабы изобразить что-то подобное улыбке, но у неё ни как не получалось, ведь прошлая ночь грузом лежала на её сердце и царапала душу. Почему она не может просто пойти в полицию и сдать Кима? Почему не посадит своего отца за решётку? Слабость, страх. Что из этого сейчас ей свойственно? Да она и сама не знает. — Юджин, я завернула тебе еду и убрала в сумку! — голос матери отвлекает девушку от страшных мыслей и негодования. — Д-да, мам. Уже иду! — ответив, Сон на ходу хватает скрипку и выходит из комнаты, плотно закрывая дверь. — Милая, ты уверена, что тебе стоит идти в Университет? Всю ночь у тебя был жар. Я волнуюсь, — усталый взгляд матери блуждает по дочери. — Всё в порядке, — выдавив из себя улыбку, она чмокает мать в щёку и перекидывает сумку через плечо. — Спасибо за еду, — бросает Юджин и выходит из дома. *** В спортивном зале настолько душно, что пот струйками стекает по телу парня. Насчитывая сотню отжиманий, Тэхён концентрируется на одной точке и уходит за грань реальности, утопая в мыслях. До сих пор он не может понять, зачем поступил так с Юджин. Ещё никто и никогда не видел в нём что-то хорошее, да и само понятие чуждо Киму, но девушка отвечала на его грубости улыбкой. — Чёрт, — злостно шикнул он, падая на пол. Воспоминания, сложившиеся на мосту, резко пронзили Тэхёна, напоминая, как хорошо было стоять и просто прижимать её хрупкое тельце к себе, но картинка тут же сменяется грубостью, плачем Сон и Ким прикрывает глаза, обвиняя себя в безрассудстве. Как можно быть таким чудовищем? Безжалостный монстр, отключающий чувства и делающий всё, что вздумается. — Тэхён, ты как? — рядом с парнем присаживается Чонгук и протягивает полотенце Киму. — Всё нормально, — поднимается с пола, принимая сидячую позу.— Чего тебе? — принимает полотенце, накидывая его на шею. —Ничего. Увидел, что ты лежишь на полу и решил проверить, всё ли в порядке, — пожимает плечами Чон. — Успокойся, — ухмыляется Тэхён.— С такими, как я, ничего не случается, — открывает пластиковую бутылку и делает пару глотков воды.— Максимум, гниют в канаве, — с сарказмом произносит он. — Придурок, — усмехается Чонгук.— Ты в последнее время сильно загруженный. Что-то в личной жизни? — без задних мыслей интересуется парень. —Да. Нечто похожее, —морщится Ким. —Не отчаивайся, всё образуется, — улыбнувшись, Чонгук хлопает Тэхёна по плечу и поднимается с места, направляясь к тренажёру. — В чём я сильно сомневаюсь, — бубнит себе под нос и, приложив ладони к лицу, потирает его. Изнурительные тренировки помогают временно выбиваться из привычной колеи. Удары по груше, словно кровь из пакета для вампира. Можно утолить потребность, но не жажду. *** Тонкие пальчики, дрожа, бегают по струнам скрипки. Смычок плавно касается натянутых нитей и скользит, будто по маслу. Так нежно, но со страхом; с любовью, но моментами издавая грубые звуки. Всё это умещается между ними одновременно. Разве отношения Юджин и Тэхёна не схожи? Резкие перепады с яркого света в чёрную тьму; объятия и сильнейшие удары в душу. Их отражение чётко просматривается в скрипке. Любой инструмент может сыграть одну и ту же мелодию по-разному, но жизнь не исключение, поэтому, чтобы не ошибиться, нужно изучить каждую ноту. — Юджин, ты не попадаешь в ритм, — женщина делает замечание девушке и вложив одну ладонь в другую, идёт дальше по рядам.— Старайся не отставать от остальных, — вдруг поворачивается на Юджин.—Представь, что скрипка, это твоя судьба и тебе дали возможность написать её самой. Возьми себя в руки и черти свою линию жизни без ошибок, — тёплая улыбка скользнула по губам преподавателя. — Я поняла, — кивнула Сон.— Чертить свою судьбу…— тихо шепнула девушка. — Ох, очень жаль, что мы не разобрали следующую композицию, — произнесла женщина, взглянув на часы.— Можете быть свободны, — поторапливая студентов, она похлопала в ладони. — Что с тобой сегодня? — к Юджин подошла её подруга. — Ты сама не своя, — с волнением проговорила Ёнджу. — В.всё в порядке, —заикаясь, девушка поднялась с места, чувствуя слабость в ногах.— Я голодна. Пойдём в столовую? — выдавив из себя улыбку, она закрывает скрипку и тянет подругу из кабинета. *** Столовая как всегда гудит, и крики учеников невозможно перебить ничем, будто стая обезьянок заполонила помещение. Но боль в голове Юджин, далеко не от этого. Температура тела поднимается, а слабость всё больше поглощает её. Повернув голову в сторону буфета, она видит Тэхёна, который так же смотрит на неё, не сводя взгляда. Воздуха в груди катастрофически не хватает, а голове вспышками высвечиваются кадры прошлой ночи. Попятившись назад, девушка разворачивается и выбегает из столовой. — Чёрт, зачем я это делаю? — шикает Ким и, всучив поднос с едой Чону, бежит за ней. Дрожь в коленях не позволяет быстро бежать, а от высокого давления, уши Сон временно перестали слышать. Оперевшись о стену, она роняла слёз и продолжала идти, не оборачиваясь назад. При виде Тэхёна, Юджин будто пронзили острым мечом прямо в сердце. Страх охватил её разум, не позволяя ясно мыслить. — Юджин, — последнее, что она слышит, прежде, чем погружается в кромешную тьму. *** Тяжесть, что давила мозг девушки, невозможно было сравнить с чем-либо. « Монстр!» — раздаётся в мыслях Сон. « Я докажу тебе, что я монстр!» — мутные картинки, сопровождающиеся этими криками, всплывают во тьме. Всё происходит настолько реально, что грань, между сном и реальностью, стирается к чертям. Сжимая простынь в кулаках, она мечется по подушке, проходя через весь ужас снова и снова. Не выдержав, она с визгами подрывается с подушки. Рваное дыхание, учащённое сердцебиение и зрачки, которые почти пропали, уменьшившись до неимоверного размера. Оглядевшись вокруг, она пыталась перебороть накатившую панику внутри себя. Стены, диван, простынь и запах… дом Тэхёна. Но как она оказалась тут? «Неужели он где-то рядом?» — с дрожью подумала Юджин и в комнату потихоньку вошёл Тэхён с подносом. Дёрнувшись, она укуталась в одеяло и забилась в угол, к которому пристроена кровать. Было невозможно предугадать, что он будет делать дальше, но вместо злости и ненависти, она испытывала непреодолимый страх. — Ты упала в обморок. Я успел подхватить тебя, — спокойно говорит парень, поставив поднос на прикроватную тумбу.— У тебя был сильный жар и мне пришлось пропаивать тебе таблетки, — чётко смотрит на Юджин.— Съешь куриный суп и выпей чай с лимоном. Тебе сейчас нужно набраться сил. Я вижу, что ты истощена, — впервые в его голосе прослеживается вина. — Пожалуйста, — тяжело дышит Ким, перебарывая самого себя, — не бойся меня. Я… больше не причиню…. вреда, — с паузами проговаривает Ким и выдыхает, потупив взгляд себе в ноги.— Тебе сложно смотреть на меня после такого, и я не буду просить прощения. Сейчас ты должна просто поесть и отдохнуть. Я уйду из дома и не вернусь, пока ты не уйдёшь, поэтому будь спокойна. Кое-как проговорить эти тяжело-доступные слова, Ким разворачивается и уже хочет уйти, как чувствует хватку на своём запястье. Выпрямившись, он медленно поворачивает голову и смотрит на хрупкую руку, что остановила его. — Не уходи, — робкий голосок пронзил слух Кима.