Счастье

- Боль успокаивает, - равнодушно поясняет Лиза в ответ на испуганный взгляд Данилы. И ведь пыталась же не спалиться, вот почему он такой чуткий? Почему нужно обязательно врываться в ванную, заслышав первые всхлипы? У неё тоже могут быть личные проблемы. Почему его это не волнует? Почему его волнует только её спасение? Она же жалкая, такая жалкая. Так зачем? Зачем, чёрт возьми. А ведь боль и правда успокаивает. Она как косметика. Никогда ни от чего не избавит, но замаскирует, если постараешься. Спрячет одну боль под другой, что ж, хоть что-то. И да, Лиза, прости, но придется тебе ещё повыть на только что взошедшую луну от боли, хватаясь то за руки, то за голову, задыхаясь от ненависти к себе и теряясь в отчаянии. Какая жалость, что косметикой Лиза пользоваться не умела. Как и скрывать боль. - Кровь отрезвляет, - резко отрезает Лиза на бешеный взгляд Данилы. Он снова, снова и снова врывается в ванную, в спальню, в кухню и умудряется проходить, даже если дверь заперта. Дубликат сделал, Лиза знает. Он снова отбирает лезвие у девушки, снова хватает её за плечи, пытаясь убедить в своей правоте. Лиза боится. Боится своих чувств, боится своей жизни. Да даже Дани. Она погружается в пучину паники и отчаяния. Руки трясутся, дрожь переходит на всё тело, а Лиза уже не воет, нет. Она кричит на луну, полностью освещающую маленькие комнаты, где она прячется. Осталось совсем чуть-чуть, всего-ничего. - Шрамы напоминают о прошлых ошибках, - почти беззвучно шепчет Лиза на забитый взгляд Данилы. Он бьется в той же клетке, что и она, теряя сознание от бессилия. Он покупает Лизе антидепрессанты, разговаривает с ней, отбирает лезвия. На тридцатый раз он даже подумывает о более квалифицированном лечении для девушки, но это же Лиза, куда её? И правда, каждый шрам означает ошибку. Каждый порез напоминает о провале. Каждый след - часть разбитых судьбы и сердца. Они не дают ей снова довериться, иначе снова будет больно. Лиза знает. Она рванется к человеку, как птица к солнцу, но лишь врежется в невидимое стекло, перебивая бедные крылья в сотый раз. Она не кричит. Она скулит на заходящую луну. - Лезвие служит бабочкой в моём мире. Оно связано с моей жизнью уже неразрывно, - хрипит Лиза на сочувственный взгляд Данилы. Он перестает уставать, просто не отходит от неё. Он наконец понимает, что с ней, лишь спустя полтора месяца, но отпускать её не собирается. Он привязан к ней и знает, что сможет разорвать её связь с этими лезвиями, ночными порезами и истериками. Он лишь хочет ей высказать всё, что он чувствует, прижать к себе и никуда в жизни не отпускать больше. Он почти готов. Пока лезвие в её руке, она чувствует контроль над своей жизнью. Она понимает, что в этот раз всё зависит от неё. Она вжимается в тело, выбивающее сталь из рук, горько всхлипывая. Она просто боится его впустить. Она знает, лишь одно слово и он сможет спасти её.

Луна заходит.