Молодое вино

Рутвена сравнивают с жарким летом, с полыхающей осенью, с оплавляющим золотом. Про него говорят: «горящее сердце и опаляющий взгляд». Про таких как он пишут романы и поют песни, захлебываясь в любви и обожании. Про таких как он собирают все самые грязные сплетни и из этой грязи рождают бриллиант, такой же ненастоящий и бесполезный, как и все его создавшие. Сам Рутвен себя никак не описывает, только пьёт вино и смеётся, слушая очередной рассказ про себя. Они никому и никогда не скажет, что это был он. Престарелая вампирша будет с горечью рассказывать, как какой-то слишком резвый юнец разбил ей три вазы и пять бокалов, а Рутвен, сидя рядом, согласно будет кивать и повторять: «как только можно таким быть». Вампир рядом с ним решит вставить свое слово, и расскажет увлекательную историю, как племянник знакомого его друга на тех выходных видел какого-то вампира, крайне грациозно свалившегося со своей лошади. Раз так семь. Рутвен, притворно вздохнув, скажет что-то о том, что не уметь управиться с лошадью — позор для аристократа. Молодые вампирши тоже прибегут рассказать пару историй о неком крайне загадочном вампире, прятающимся по темным коридорам с другим не менее загадочным вампиром. Они, перебивая друг друга и на ходу сочиняя подробности, будут рассказывать, как эти двое, смеясь, прячутся в тени и неизвестно, что вообще там делают. Рутвен будет в смятении и воздержится от высказываний. Он только допьёт вино и встанет, чтобы взять другой бокал. Он никому не скажет, что это всё — он сам, собственной персоной. Рутвен умнее, чем о нем думают. Рутвен оживляет любое общество, любое место и любого вампира, куда и к кому он приходит. Рутвен врывается в жизнь со смехом, карнавалом за спиной и длинными рукавами, полными конфети. Он разбрасывает вокруг себя счастливые улыбки — персонально всем и каждому — и клятвенно обещает сделать этот вечер-день-утро-ночь лучше. Рутвен стоит первый в рядах молодых вампиров, решивших немного развлечься и может даже лишиться пары рук за такие выходки. Рутвена не страшит потеря рук, только немного беспокоит, что теперь вышивка на одежде будет смотреться не так, как с двумя руками. Рутвена сложно не заметить — он огненно-красный и невероятно счастливый. Только его видно в темноте ранней ночи, когда он, абсолютно запыхавшись, но улыбаясь, бежит по улице Парижа, прихватив с собой шкатулку сварливой старухи. Вот шуму потом будет! Цокот его каблуков эхом отражается от стен и кажется, что бегут минимум трое, а не один, но крайне шумный. Рутвен никогда не признается в этом, но шкатулку вернет. Рутвен всё ещё умнее, чем о нем думают. Рутвен влюблён, но никогда не скажет в кого. Он будет шутить в ответ на прямой вопрос и щурить глаза, если пытаться выманить имя хитростью. Только однажды вампир скажет, что у него светлые волосы и красивые слова. А потом добавит, что всех разыграл, и из всех вампиров любит только маму. Рутвена будут часто спрашивать и просить, но он останется неумолим и всё так же смешлив. Рутвена редко воспринимаю всерьёз, ведь серьезно говорить с вампиром, который всего пару часов назад играл в прятки с маленькой вампиршей и с позором проиграл все десять раз подряд — невозможно. Ему не задают умных вопросов, не зовут на собрание любителей поэзии и не просят быть почетным гостем в недавно открывшемся салоне. Рутвен понимает и не злится. Он отлично пишет, у него хорошее образование и точно есть, что сказать, но если никому не надо, то зачем ему? Рутвена сравнивают с молодым вином — он сладок и пьянит, хоть кажется, что пьёшь воду розового цвета. Любой, кто захочет выпить слишком много — будет отравлен. Молодое вино — почти что яд, кто-то даже умер. Этот «кто-то» носил фамилию де Сад и воскрес на третий день. Рутвен был настолько добр, что оставил всего три кола в сердце и даже не душил. Через неделю он получит письмо, полное благодарностей и обещание отплатить потом. Рутвен вспоминает об этом, когда вместо всей жизни лишается глаза, и не знает, счастлив он от этого или нет. Отныне Рутвен — терпкое вино, которое так долго стояло закрытым, что теперь горчит. От него не только пьянеют, но и с вероятностью, близкой к абсолютной, умирают. Рутвен — огненно-красный, не сжигающий, а выжигающий, не согревающий, а удушающий. Рутвен хромает на ногу и носит трость. С этим связана куча баек, которые вполне можно рассказать желающим. Рутвен вполне доволен. Рутвена наконец воспринимают всерьёз.