В плену правды

— Сакура, в сторону… Харуно запоздало оглянулась, к ней, будто в замедленном действии, метнулся Какаши. Она оцепенело наблюдала за тем, как мужчина в тщетной попытке рванул вперед, протягивая к ней свою ладонь. Девушка побледнела, услышав тугой звон лопнувшей растяжки под своей ногой, а в следующий миг воздух сотряс мощный взрыв. Горячая волна из песка и камней устремилась в небо, заполонив все вокруг удушающим дымом и гарью. Сакура успела лишь заслонить лицо от огня, когда её, словно куклу, отбросило в сторону, выдавливая из легких остатки кислорода. В теле что-то болезненно хрустнуло, когда её боком протащило по земле, раздирая в клочья кожу на руках и ногах. Боль не ощущалась, но Сакура знала, что она заполнит мозг поздней, как только утихнет адреналин в крови. Хватая ртом воздух, девушка с трудом приподнялась на локтях, в надежде осмотреться, но вокруг все было заполнено густым едким дымом, сквозь который прорывались жаркие языки пламени. Оглушенная взрывом, отчаянно кашляя, Сакура попыталась подняться, но вновь упала. Зашипев от боли, девушка медленно провела рукой по левому бедру, дрожащие пальцы наткнулись на острую щепу, вошедшую в ногу почти до кости. Прикрыв глаза, Сакура сосчитала до десяти, стараясь выровнять сбившееся дыхание и успокоить головокружение. Если она сейчас использует медицинскую чакру, сил может не хватить на то, чтобы выбраться из огненной западни, времени у нее было не много. Стиснув зубы, Сакура хотела было рвануть щепу из ноги, как кто-то пихнул её в плечо. Вскрикнув, Сакура упала навзничь, ударившись затылком о твердую землю. Последнее, что запомнила куноичи, прежде чем потерять сознание, был мерзкий голос незнакомца, что навис над ней, приставив к горлу кунай: — Вот ты то мне все и расскажешь… Сакура очнулась резко, рвано дыша.Приподнявшись на локте, куноичи медленно потянулась за кунаем, что лежал в походной сумке, но сумки на поясе не оказалось, так же на ней не было и жилета.Заскрипев зубами, она неожиданно почувствовала себя голой, но мелькнула мысль о том, что пленникам не проложено оружие, и теперь уже Сакура порадовалась тому, что на ней все же осталась ее черная форма.Удивило и то, что ее не связали, а рану на ноге обработали и забинтовали. Вскинув брови, Харуно удивлённо огляделась.Она находилась в небольшой пещерке, а рядом потрескивал костер.Отыскалась и походная сумка, сиротливо стоящая рядом, а ее жилет был скручен, и недавно служил ей подушкой.Хмыкнув, Сакура покачала головой. Значит, она все же не пленница. — Какаши-сенсей…- осторожно позвала куноичи, попутно хмурясь тому, насколько хрипло звучит ее голос. В голове по-прежнему стоял гул, но все же частично слух вернулся, а значит ей не придется тратить бесценную чакру. Прислушавшись к внутренним ощущениям, она диагностировали у себя внутреннее кровотечение из-за осколков сломанного ребра, отек левого лёгкого, и сотрясение мозга, так же рваная рана на бедре, плюс, ко всему прочему, многочисленные царапины и ушибы.Но все это можно излечить. — Очнулась…я места себе не находил…-отозвался Какаши, возникнув в темном проёме пещеры. Сакура облегчённо вздохнула, при виде сенсея.Он снова спас ее.Он всегда приходил ей на выручку… — Я так рада, что мы живы…подойдите ко мне скорей, я должна осмотреть вас, — нетерпеливо прохрипела Харуно, подзывая мужчину к себе. Какаши выглядел напряжённым и очень уставшим, его форма была местами обгоревшей. — Сначала ты, — отрезал он, кивнув на ее перебинтованную ногу. Сакура покосилась на пропитанные кровью бинты, и решила, что лучше с сенсеем не спорить, он с места не сдвинется, пока она не излечит себя, и пока он не убедится в том, что ее жизни ничего не угрожает. — Хорошо, — неохотно отозвалась куноичи, зажигая ладони медицинской чакрой.- А потом сразу же займусь вами. — Нет надобности, — джонин дёрнул плечом, усаживаясь у костра, — на мне нет серьезных ран, лишь царапины… — Медик тут я, — резко гаркнула Сакура обернувшись к мужчине.- И я сама решу, когда мне надо лечить, а когда нет! Какаши лишь устало вздохнул, задумчиво поглядев на девушку. — А ты страшна в гневе, — неожиданно проронил он, и смутившись резко отвернулся. Сакура лишь цокнула языком, закатив глаза. — Лучше расскажите, кто это напал на нас? — Неизвестные шиноби.На них не было опознавательных повязок. — И что с ними? Они что-то сказали, что они хотели? — Я убил их, — отозвался Какаши. Сакура оторопела на мгновение, он произнес это таким будничным тоном, будто прикончил надоедливых комаров, а не людей. — Спасибо, что спасли меня, сенсей… — Не благодари. Закончив с ногой, Сакура осторожно приложила ладони к груди, устраняя внутренние повреждения. — Я почти закончила, — отозвалась девушка, отметив про себя, что дышать стало намного легче.- Долго я была без сознания? — Почти шесть часов, — вздохнул мужчина.- У нас еще есть время до утра.Наберемся сил и отправимся в деревню. Я проверил местность, никаких бомб или вражеских шиноби… Сакура ощутила укол совести.Ведь если бы она была более осмотрительней, ему бы не пришлось рисковать жизнью, что бы вызволять ее из западни. — Мне жаль, что все так обернулось, — виновато прошептала куноичи. Отняв ладони от груди, девушка прикрыла глаза, проверяя внутреннее состояние органов и утвердительно кивнув осторожно поднялась на ноги. — Теперь ваша очередь. Сакура устроилась рядом с сенсеем, тот в свойственной ему манере тяжело вздохнул и медленно развернулся к ней лицом. Его серые глаза безотрывно следили за тем, как куноичи уверенно растегнула на нем жилет, осторожно стягивая его с плеч. Сакура слышала, как сбивчиво он дышал и первым делом решила проверить его грудную клетку. — Лёгкие в норме, — задумчиво хмурясь, прошептала она себе под нос. Ее ладонь мягко скользнула к левой части груди, замирая прямо над гулко бьющимся сердцем.Теплые потоки чакры медленно обволакивали тело сенсея исцеляя все повреждения, но его сердце по-прежнему билось учащенно.Списав все на выброс в кровь адреналина, девушка облегчённо выдохнула, не обнаружив на теле мужчины каких-либо серьезных повреждений. — Все в порядке, — улыбнулась она, вскинув взгляд на терпеливо ждущего мужчину, — вам повезло больше меня! Все ожоги и гематомы я исцелила, остальное, как говорится, до свадьбы заживёт! Какаши улыбнулся ей одними глазами и медленно кивнул. Он случайно задел ее своей рукой, поворачиваясь к костру и Сакура едва не вздрогнула, ощутив насколько ледяные были у него руки. Кажется, он даже слегка подрагивал. — Как вы себя чувствуете? — с подозрением протянула она, рассматривая его профиль. Какаши скосил на нее глаза и задумчиво почесал затылок. — Мне не комфортно, — нехотя пробурчал он. — Я вообще не понимаю, почему говорю тебе все это. Сакура осторожно вытянула шею, рассматривая бледное лицо сенсея, скользя взглядом по затуманенным серым глазам с расширенными черными зрачками, в которых плясали блики костра. — Да, сегодня вы не скупитесь на слова, сенсей. Вы замерзли? — Нет. — Вас трясет…- прошептала Сакура, накрывая его ладонь своей рукой. Джонин вздрогнул, и, слабо ухмыльнувшись, поспешил высвободиться. Сакура резко схватила его за подбородок, и свободной рукой прижала ладонь к его лбу. Взгляд изумрудных глаз встретился с удивленными стальными. — У вас сильный жар, черт возьми, — злобно процедила она. — Я ничего не пойму… Девушка задумчиво закусила губу, по-прежнему удерживая подбородок мужчины в своей руке. — С-сакура…- выдохнул Какаши, изумленно хлопая глазами, когда её рука скользнула к его груди. — Сердечный ритм сбит…- пробубнила она себе под нос, глядя перед собой. — Похоже на действие какого-то яда… — Яда? — Да. — Тогда нам нужно противоядие. Глаза девушки сузились. Смерив мужчину долгим взглядом, она наконец выпустила его подбородок и схватив свою сумку, принялась в ней рыться. — Вот, — воскликнула она, вкладывая в ладонь сенсея небольшой пузырек с янтарной жидкостью. — Выпейте. Это противоядие от сложных ядов, которыми обычно пользуются шиноби. Какаши поглядел на нее с неким смешанным чувством, отчего Сакура закатила глаза. — Неужели? — она вскинула брови, уперев руки в бока. — Мне отвернуться? Какаши раздосадовано фыркнул. — Нет, — коротко бросил он, и откупорив пузырек, нарочито медленно стянул с лица маску. Сакура хотела было тактично отвернуться, ну или хотя бы отвести глаза, но вдруг, со стыдом поняла, что не может и не хочет этого делать. Её взгляд заинтересованно скользнул по красивому лицу сенсея, на мгновение останавливаясь на крошечной родинке на подбородке, затем вновь скользнул по его губам. Какаши одним глотком осушил пузырек, и невольно облизнулся, заставив Сакуру лихорадочно выдохнуть. — Ну? Он лениво улыбнулся, блеснув рядом белоснежных ровных зубов и выжидающе вскинул брови. — Что? — Теперь я не умру? — Я надеюсь… Какаши рассмеялся, даже не потрудившись скрыться за маской. — Это обнадеживает. Сакура лишь пожала плечами. — Должно помочь. — Будем надеяться, — его губы дрогнули в усмешке, а затем злополучная маска вернулась на место. — Как это могло произойти? — Скорей всего, — задумчиво протянул Какаши, почесав подбородок, — оружие того шиноби было пропитано ядом. — Он вас порезал? — вскричала Сакура, не веря собственным ушам. Она вспомнила мужчину, что склонился к ней, приставив к её горлу кунай, и потрясенно покачала головой. — Я подставился намеренно. — Ну конечно же, — она провела рукой по лицу, отогнав наваждение. — А по-другому вы просто не могли? Подобраться ближе и намеренно позволить себя ранить, что бы… — Убить. — Глупый ход, — процедила Сакура, злобно сощурившись. — А теперь и вы умираете. — Это не имеет значения, — просто отозвался он. — Я прожил достаточно… — Нет, не достаточно, — взорвалась Сакура вскочив на ноги. — Не достаточно! Взгляд Какаши не мгновение потеплел. — Все будет хорошо, Сакура, — мягко прошептал он. — Я верю, что твое противоядие поможет мне и мы благополучно вернемся в деревню. Сакура неуверенно кивнула. — Покажите мне, где вас ранили? Глубоко вздохнув, мужчина медленно поднялся. Подцепив пальцами край черной формы, он оголил живот, показывая Сакуре тонкую длинную царапину. Порез слегка воспалился, но по первому взгляду не вызывал никаких подозрений, совсем не то, что она ожидала увидеть. Обычно рана, при попадении в нее яда, вспенивалась кровавой пеной, либо отвратительно синела, испуская зловонный запах… — Надеюсь, — тихо прошептала она, прикрывая глаза, — это не то, о чем я думаю. — Все так плохо? — отозвался Какаши. Сакура подняла голову, встречаясь с ним взглядом. — Очень… — Постарайся не думать о плохом, — он улыбнулся одними глазами, и легонько щелкнул её по носу. — А о чем вы думаете, сенсей? — вдруг резко спросила она, проигнорировав его ребячество. — О том, как хочу поцеловать тебя, — не задумываясь ответил он. Глаза Сакуры расширились от удивления, а Какаши тихо застонал, зажав ладонью рот. — Эта дрянь заставляет меня говорить то, о чем бы я никогда не обмолвился даже под страшной пыткой. — Кажется, сенсей, вы только что сказали мне правду, — нервно усмехнулась Харуно. — Это сыворотка правды? — Хуже. Намного. — изумрудные глаза лихорадочно сверкнули. — Что может быть хуже того, что я только что сболтнул? — Это особый вид наркотика, — пряча лицо в ладонях прошептала Сакура. –То противоядие не поможет. — Подождем, пока оно не выветрится. Просто не спрашивай меня ни о чем, хорошо? Сакура лишь рассмеялась. — Его действие только началось, сенсей. Этот наркотик использовали для допросов в одной маленькой деревне, на границе страны камня. Мне Цунаде — шишо рассказала, что с его помощью, жертвы просто не могли соврать, и давали ответ на любой интересующий вопрос… — И? — с нажимом произнес Какаши, ощутив тревогу в голосе ученицы. — И это лишь первая стадия действия яда. Какаши помрачнел. — Что это значит, Сакура? — А то, что дальше вас начнет ломать. Пока вы не получите свою дозу, противоядия, которое находится в вашем сознании. — Что? Но Сакура его не слушала, лихорадочно соображая. — Ваш мозг уже под действием наркотика, участок, отвечающий за контроль мыслей, уже давно заблокирован, поэтому вы легко отвечаете на любой мой вопрос, не успев даже подумать. — А что будет, если я не получу противоядие? — Цунаде — шишо сказала, что ни одна из жертв так и не выжила… Какаши помрачнел еще больше. — Ты сказала, что противоядие находится в моем сознании? Что это значит? — Это особое чувство, которое нейтрализует действие наркотика. — Что за чувство? Сакура пожала плечами. — У всех оно разное… Эйфория… Адреналин… То, что заложено в вашем сознании… — Кажется, я ничего не понимаю, Сакура, — Какаши встряхнул растерянную девушку, вынудив посмотреть ему в глаза. — Думаю, это заключается в том, что вы любите больше всего на свете. На примере Наруто — это рамен. Он больше всего любит его. Он легко бы избавился от действия наркотика, опустошив забегаловку Ичираку. — А как же мечта стать Хокаге? — Какаши с сомнением поднял бровь. — Нет, — Сакура покачала головой. — То лишь цель. Он может им и не стать. А вот любовь к рамену… — То есть, в данном случае играет роль морального или физического удовлетворения? — В нужной дозе. — Это какой-то бред… — Надеюсь, больше всего на свете вы любите свои книги, сенсей. Стоит ли мне спросить? — Нет, — категорично ответил он, резко отворачиваясь. — Скоро начнутся первые приступы, моя чакра вам ничем не поможет. Какаши схватился за голову. — Помолчи пожалуйста, дай мне все обдумать. — Что тут думать, — отозвалась девушка. — У нас лишь один выход — проверить, либо ваш мозг перестанет функционировать. — Сакура… — Какаши- сенсей… — Нет! — …чего вы хотите? Джонин упрямо зарычал, противясь действию неведомой силы. — Тебя. Я хочу тебя…больше всего на свете. Довольна? Сакура лишь понуро хмыкнула. — Значит, ваше противоядие — я.