Теория вероятностей

Ошибка первая. Прогулы       — Здравствуйте, Алексей Дмитриевич, — произнесли сонные головы студентов, пришедших в самое пекло ада университетской программы обучения.       Звонка, оповещающий начало первой пары, ещё не было, но преподаватель уже открыл дверь в кабинет, где происходит ужас, и тихо скрылся за поворотом темного коридора. Поток молодых людей медленно вошёл в кабинет и распределился по партам, ожидая начало пары.       За всем этим действом я скромно наблюдала, сидя на мягких креслах, заботливо поставленных деканатом факультета напротив кабинета. Честно, я бы и осталась там, если бы не прозвенел надоевший за два года обучения звонок, и из тёмного коридора не вышел преподаватель, всем своим видом говорящий, что пора бы уже поднять свою тушку и переместиться в нужный кабинет.       — Задача, — спокойно произнёс он, параллельно ставя свой ноутбук на кафедру и подключая питание к розетке. — Стрелок совершает четыре выстрела по мишени. Вероятность попадания при одиночном выстреле ноль целых шесть десятых. Случайная величина икс — число попаданий в мишень. Построить закон распределения икс и найти мат. ожидание икс.       Одногруппникам понадобилось три повторения задачи, чтобы записать её условие, и только после этого преподаватель решил вызвать к доске бедного парня, на которого нацелился ещё в сентябре.       Теория вероятностей — один из самых сложных предметов в программе обучения третьего курса и самый сложный предмет, который предстоит сдавать в летней сессии. «Однако предстоящая сессия — зимняя, поэтому можно расслабиться» — подумала я в сентябре и глубоко ошиблась. На следующей неделе вторая контрольная работа, которая решит, будет ли у меня зачет автоматом, либо же придется сдавать зачет простолюдинкой. А я по лени своей королевской пропустила три последних пары, поэтому знаю из данного предмета ровно столько, сколько знала год назад — ни-че-го. Таблица распределения, матожидание… это вообще что?       — Анна, что вы делаете в понедельник вечером? — спросила я, наклонившись в сторону соседки по парте и университетской подруги в одном лице.       — Не знаю. Надо думать. В понедельник скажу.       Более я не стала отвлекать её от серьёзных мученических раздумий над задачей. Видимо, сложная задача. Хотя откуда я знаю?

***

      Когда пара закончилась, на моём тетрадном листке было нарисовано нечто, что я бы назвала полноправным узором технаря, но друг, наблюдавший за моими действиями всю пару, уведомил меня о том, что я не имею таланта к искусству. Конечно, ему легко говорить. Я то не училась чёрт знает сколько в художественной школе.       — Что будем делать? — спросила я друзей, собирая свои вещи с парты в рюкзак.       — Мне нужно заехать в одно место по дороге домой, — ответила Маша.       — А я ещё немного подумаю над лабораторной по базам данных, — сказала Аня.       — Да нет. Я про тервер. Когда готовиться?       Какая, говорите, первая стадия принятия? Отрицание? Да… очень похоже.       — Позже, Марина, позже, — проговорила Маша, похлопала меня по плечу и скрылась за дверью, ведущей на лестницу учебного корпуса.       — Пока, — сказала Аня и также ушла от меня.       Что ж, будем ждать. Ошибка вторая. Недооценивание       Ждать было само глупой ошибкой за… нет, не всю мою жизнь, но за последний месяц точно. Конечно, свободное время я провела достаточно неплохо. И я бы даже повторила, будь у меня ещё времени. Однако эта отвратительная контрольная начнётся через десять минут, и я не придумала ничего лучше, как тупо пролистать тетрадку подруги вдоль и поперёк. Это, конечно, не поможет делу, но вдруг в самый нужный момент меня осенит, и я вспомню что-то важное.       — Здравствуйте, Алексей Дмитриевич, — сказали несколько моих одногруппников и вошли в открывшуюся дверь.       Ну и как обычно преподаватель скрылся за ближайшим поворотом в тёмный коридор. И почему никто по утрам не включает свет в коридорах корпуса? Неужели это так сложно?       У меня было ещё пять минут, чтобы понять, как решать хоть какую-нибудь задачу. У Маши было пять минут, чтобы объяснить мне что-то, что помогло бы мне в этой контрольной. Однако время не вечно, и преподаватель вернулся, раздал нам листки с задачами, сказав заранее подумать, на какую оценку мы будем переписывать эту контрольную. Оптимистично…       Таааак. Первый вариант. Семь задач. Пять независимых выстрелов по цели. Сколько деталей нужно изготовить, что наиболее вероятное число стандартных деталей в партии ровнялось девяносто девяти. В денежной лотерее было выпущено двести билетов. Баскетболист бросает мяч в кольцо до первого промаха. А где матожидание и случайная величина? Я десять минут назад видела эти формулы в тетради, я должна их где-нибудь применить! А нет, вижу: Найти закон распределения случайной величины икс — число попаданий по кольцу, и вероятность события икс больше или равно одному и меньше или равно трём. Иии… что это? Чёрт. Нет, всё-таки «ждать» было самым худшим моим решением за всю жизнь.

***

      Когда прозвенел звонок, оповещающий об окончании пары, грустные тела изнеможённых студентов медленно поплелись сдавать листки. Большинство из них были пустыми. Впрочем, как и у меня.       В конце каждой контрольной своей жизни я, наблюдая самобичевание одноклассников или одногруппников, искренне негодовала: зачем так убиваться из-за нерешённой контрольной, если день назад к ней осознанно не готовился. Но вновь и вновь я видела печальный взгляд, что бросают студенты на преподавателя в надежде на то, что тот сжалится над ними и поставит такой желанный «зачёт».       Так как человек я не самый быстрый, да и сонный в придачу, из кабинета я вышла самой последней, нервно бросая в сторону преподавателя нечто напоминающее «до свидания».       — На физику, я так понимаю, никто не идёт, — сложив руки на груди, сказал друг. Это был вопрос или утверждение?       — Ну, а почему бы не сходить?       На меня уставились не только мои друзья, но и некоторый одногруппники, с которыми я не общалась с первого курса.       — Это сейчас точно ты сказала? — прикладывая руку к моему лбу, недоумевающе спросила Маша.       — Я слишком много пар физики пропустила. Если пропущу больше, то я буду первым студентом факультета, которого отчислили из-за физики, — закатив глаза, ответила я и заковыляла в сторону кабинета следующей пары. Ошибка третья. Грабли       Есть у нас на факультете принцип о том, что большинство преподавателей чересчур ленивы. Так вот принцип этот оправдался с лихвой. Результаты контрольной моя группа узнала ночью в день переписывания этой же самой контрольной.       Не то, чтобы я питала какие-то надежды, но мне было интересно, одна ли я буду переписывать эту контрольную или же всё-таки с друзьями.       И следующей большой ошибкой в моей жизни стали, как ни странно, те же грабли.       Среди моих друзей поступило негласное правило: не упоминать о теории вероятностей при любых обстоятельствах. Поэтому я сидела за компьютером в одиночестве. Не знаю, на что я надеялась, когда в час ночи наблюдала за изменениями в онлайн-таблице вместо того, чтобы целеустремлённо готовиться к переписыванию этой надоедливой контрольной.       Однако я всё-таки смогла загнать Аню в скайп под предлогом подготовки к контрольной. Но на самом деле я всё-также наблюдала за изменениями в таблице. Только теперь не одна.       Где-то часам к трём ночи преподаватель поставил оценки нашей группе, из которых я узнала, что обе моих подруги удачно написали вторую контрольную. Поздравив Аню с благополучным зачётом по теории вероятностей в этом семестре и проводив её сонное состояние в кровать, я приступила к разбору задач, что были напечатаны на белом листе ровным строгим шрифтом чернилами университетского принтера.       Целый час в голову ничего не лезло.       Через час я поняла, что эта затея провальная.       Ещё через час экран моего монитора светился разноцветными красками трейлера очередного супергеройского фильма.       А в семь утра у меня прозвенел будильник. И я поняла, что будильник можно ненавидеть и в бодрствовании.

***

      — Доброе утро, Алексей Дмитриевич, — злобно проговорила я на бегу, влетая в кабинет, тем самым давая понять одногруппникам, что смерть на подходе.       Этот вредный человек даже не стал ничего говорить. Просто раздал нам листки с задачами, написал на доске ранжировку баллов и оценок и просто сел на своё законное место, уставившись в ноутбук.

***

      Моей подруге, которая училась на том же факультете, но на курс младше, не пришлось ничего объяснять. Она лишь обняла меня, догадываясь по грустному лицу, что у меня случилась какая-то проблема. И отвела в Макдоналдс. Ошибка четвёртая. Самоуверенность       Поняв по опыту предыдущих контрольных, что не готовиться — не самый лучший вариант, я всё-таки разобрала все темы второй половины семестра под руководством отличницы Ани. Получалось у меня это неплохо. Я быстро сообразила, что к чему, и уже была готова к зачёту, на который стеклись все неудачники потока третьего курса прикладной математики. Было нас мало. Я даже взгрустнула.       — Здравствуйте, Алексей Дмитриевич, — раздались голоса студентов. А я всерьёз подумала о том, что мне бы надоело собственное имя, если бы каждый день и не по одному разу слышала его из уст людей, которые меня искренне ненавидят.       — Две задачи, — начал он, раздавая нам листки. — Решите — получите зачёт. Нет — поговорим в феврале.       И воцарилось молчание, прерываемое лишь еле слышным скулежом беспомощных студентов.       Но я не унывала! Смело приступила к решению задач, от которых зависел мой зачёт. Всё ещё помня те формулы, что учила вместе с Аней всю неделю. Помнила все каверзные способы нахождения ответов, что объясняла мне Даша. И помнила ещё с первого курса, что пересдачи не такая уж и хорошая вещь. Даже нервная.       Дописав последние строчки моего математического рассуждения, я отдала листок преподавателю в тот момент, когда прозвенел звонок. Собираясь уходить с глаз человека, чьё слово может меня спасти или убить, я услышала небольшую речь о том, что много времени этому человеку на проверку задач не понадобится. Учитывая то, что он дал всем одинаковые задачи.       Он объяснил решение обеих задач и, усмехаясь, оповестил результаты зачёта.       Я вылетела из кабинета пулей, на бегу смахивая проступившие слёзы. Мне было обидно за всю эту ситуацию с вроде бы достаточно лёгким предметом.       В зеркале туалетной комнаты я увидела красный зарёванный помидор вместо лица. С опухшими серыми глазами. Мысленно я похвалила свою сообразительность за то, что не подвела глаза чёрным карандашом, как делала это довольно часто за последний год.       А дома я дала себе разреветься окончательно и бесповоротно, так как родителей в квартире не наблюдалось. Так и уснула, безуспешно отгоняя печальные мысли из своей головы. Мораль Будь вы хоть самым умным человеком на всей Земле, никогда не пренебрегайте опытом и потенциальным знанием. Перспектива просмотра сериалов всегда заманчивее походов на пары. Однако хорошим это, как правило, не кончается. Недооценивание сложности предмета, имеющего математические корни, плохо для здорового состояния нервной системы. А уверенность и самоуверенность — разные вещи. Единственное, что достойно уважения в этой истории — целеустремлённость.