Первое впечатление бывает ошибочно

"Прощу прощения первый раз описываю Нц" POVТсуна Надо же было быть таким дураком, а я еще надеялся, что он сможет меня полюбить. Но он, все же сам согласился со мной встречаться, хотя я просто мог быть заменой Дино-сану. — Кея, зачем же, ты так надо мной решил поиздеваться? – шепотом проговорил Тсуна. Дождь уже лил как из ведра, но идти домой не хотелось, да и сил не было после бесцельного хождению по городу. Перед глазами начало все расплываться, и они так и норовили закрыться. Что ж, сейчас я потеряю сознание, простыну и умру. Всем станет только лучше, исчезнет бесполезный Тсуна, а может никто и не вспомнит… Я только успел почувствовать прохладу земли и мое сознание отключилось. Когда я очнулся, то лежал на кровати, кем— то заботливо накрытый одеялом. Голова все еще болела, и глаза, наверняка, были красные. Когда мысли более или менее пришли в порядок я начал осматриваться, комната казалась знакомой… Потихоньку в сознание начало всплывать, когда я мог быть в этой комнате, но все же, надеюсь, я не прав, не мог же он меня искать… — Наконец-то, очнулся, – в дверном проеме стоял ОН, Кея. — Хибари-сан, – вдруг вспомнилось, что, с тех пор как мы встречаемся, я его так не называл, он хмуро на меня посмотрел. — С чего вдруг такое обращение? – его голос был холодным и грубым. — Ну, так как мы расстались, я думаю… Мне стоит вас так называть, – я отвел взгляд в сторону, у меня сейчас нет сил на него смотреть — это слишком больно. — А кто тебе сказал, что мы расстались? – такого вопроса я, честно говоря, не ожидал. — Я все понимаю и не хочу вам с Дино-саном мешать, поэтому… — А по-моему ты ни черта не понимаешь! – сейчас в глазах Кеи было видно все его эмоции, хотя он редко разрешал себе такую роскошь. Но я еще понимал злость, но я никак не мог понять, откуда взялась обида, ведь я только хотел для него счастья? — Я думаю, мне стоит уйти…, – но только я попытался встать, все вокруг начало расплываться, и мне пришлось вернуться в исходное положение, – Можно я позвоню домой и попрошу, чтобы кто-нибудь пришел? – но он, стоя на том же месте, просто смотрел. Не выдержав этой напряжённой тишины, я продолжил, — я не хочу вам мешать своим присутствием, — после этих слов его глаза сузились, и он медленно начал подходить, сейчас, как никогда он был похож на хищника, который загнал свою жертву в угол. Конец POVТсуна. — Значит, мешаешься, — с этими словами Кея сел на край кровати, – Ты вообще, хоть пытался разобраться, в чем дело, все для себя решил, все тебе понятно, а о чувствах других можно не думать… — Хи-хибари-сан, ты… ведь сам всегда показывал, как я тебе безразличен, – все то, что Тсуна держал в себе, дало трещину. По щекам потекли слезы, сейчас надо было просто все высказать, чтобы потом не жалеть, – Лишь одно изменилось после того как я тебе признался, ты стал больше уделять внимание такому ничтожеству как я. Но, как бы я не желал нашей близости не только физической, ты этого не замечал или просто не хотел. Перед всеми приходилось улыбаться. Нет, узнав тебя ближе, я понял, что ты не такой, каким хочешь казаться, но эта забота была какой-то дружеской, я хотел, чтоб ты меня любил, хоть чуточку так же, как я тебя. Вся эта тирада была прервана настойчивым поцелуем, от неожиданности Тсуна сжал губы. Хибари же потянул Тсуну на себя, заставив сесть к нему на колени, и мягко обвив талию Тсуны руками, прижал к себе. Тсуна хотел возмутиться, и только открыл рот, чем Хибари воспользовался, проникнув языком. Он прошелся по ряду зубов и начал играть с языком Тсуны, и через пару секунд Тсуна не выдержав, ответил. Одной рукой держа за талию свое чудо, второй рукой Хибари полез под рубашку. И только сейчас у Тсуны мелькнула мысль, что она ему на три размера больше. Не разрывая поцелуя, Кея повалил Тсуну на кровать, одной рукой Кея опирался, чтоб не упасть на Тсуну, другой же расстёгивал пуговицы на рубашке. Когда воздуха стало не хватать Тсуна отстранился, Хибари же переместился на шею, оставляя на ней засосы и прикусывая нежную кожу. Спускаясь все ниже, Кея достиг сосков Тсуны, один он взял в руки и начал то массировать, то пощипывать, другой же он начал ласкать языком, покусывая, а иногда посасывая бусинку соска. — Ах..ха, Кея!! – Тсуна уже стонал в голос, а глаза чуть приоткрыты и затуманенные пеленой страсти. — Ммм… надо же ты мое имя вспомнил, – усмехнулся он. — Прекрати… ахххх — Тебе не нравится? – Кея оторвался от столь увлекательного занятия, и серьезно посмотрел на Тсуну. — Слишком … слишком хорошо, – покраснев, как самый спелый помидор, проговорил Тсуна. — Ну, это не страшно, – усмехнувшись, Кея продолжил такое приятное для него дело, спускаясь все ниже до пупка и оставляя дорожку из засосов. Очертив языком впадину пупка, Кея стянул последний элемент одежды Тсуны, его плавки, и бросил их на пол. Узрел восставший член Тсуны. Тсуна же закрыв лицо руками, попытался свести колени. — И как это понимать? – недовольно пробурчал Кея. — Мне стыдно. — Кого можно стыдиться, если в этой комнате только ты и я? – Кея до сих пор не мог понять логику этого травоядного. — Вот именно ты, – прошептал Тсуна, но в тишине комнаты Хибари его услышал. — Глупый, – прошептал Хибари прямо в губы Тсуны, втягивая его в очередной страстный поцелуй. Для Кёи все сложней становилось сдерживаться, ведь под ним сейчас лежало милое, раскрасневшееся, с затуманенными глазами травоядное, такое открытое и податливое. Кея решил, что нежным и внимательным можно побыть в следующий раз, с этими мыслями он искал любрикат на полке рядом с кроватью. Найдя искомое Хибари, поудобнее устроился между ног Тсуны. Одной рукой Хибари ласкал Тсуну, а другая была направлена к анусу. Первый палец принес лишь небольшой дискомфорт, но с появлениеи второго пришла и боль. Тсуна хотел отползти, но Хибари крепко прижал его. — Тсунаеши, расслабься, а то будет больно, но нам же этого не хочется, – Хибари с нежностью посмотрел на Тсуну, и прильнул к губам, с которых сорвался очередной стон. Тем временем Хибари успел добавить третий палец. И когда он дотронулся до заветного бугорка, Тсуна выгнулся в спине. Но надолго терпения Хибари не хватило, он перевернул Тсуну на живот и заставил встать на четвереньки. Тсуна почувствовав около дырочки нечто, очень большое, инстинктивно сжался. Хибари почувствовал это, и начал покрывать поцелуями шею и спину Савады. — Ах… Кея? – Хибари оторвавшись от так полюбившегося вкуса Тсуны, посмотрел на него, — Я боюсь. — Чего? — Хибари вопросительно выгнул бровь. — Это больно будет, – такой ответ слегка удивил Хибари, ведь он делал все, чтобы Тсуна до определенного момента вообще про это все не знал. — И откуда ты знаешь? — Гокудера сказал. Пока Тсуна это говорил, он успел успокоиться и расслабиться, чем и воспользовался Хибари, он с первого раза вошел сразу наполовину. От этого Тсуна вскрикнул, и по щекам потекли слезы. — Тсуна, успокойся. — Кея, выйди, – стенки ануса сжались. — Тсуна, если ты сейчас же не расслабишься, то будет еще больнее, – Хибари дал Тсуне минут пять, и начал опять толкаться в него. Когда он вошел в него до конца, то дал привыкнуть, и, когда Тсуна начал сам двигаться, то Хибари перешел к активным действиям. Он входил прерывисто, все время сбиваясь с темпа. И когда он почувствовал, что разрядка близка, обхватил рукой достоинство Тсуны, и начал двигать в такт своим движениям. Тсуна не выдержал первым и кончил... спустя секунды за ним последовал Хибари… Тсуна, все еще находился за пределами сего мира, ведь это был его первый оргазм. — Ну как неужели настолько плохо? – Кея решил прервать тишину. — Нет… сначала, было больно, но потом… – видимо при мысли, что было потом, Тсуна покраснел. — Ладно…спи утром поговорим, — Тсуна послушно лег рядом с Хибари, чем тот и воспользовался, притянув того к себе. И каждый думая о своем, заснул, надеясь, утром поставить все точки над «i».