Клетка

Она не помнила, сколько лет назад все это началось… Да и если честно, девушка давно перестала считать свои года. Ей… 20? 22? Может быть уже и все 25… Никогда не могла вспомнить свой возраст до тех пор, пока раз в год по почте не приходила очередная открытка с размашистым поздравлением и немного неразборчивыми цифрами в нем. И вот сейчас, стоя под холодным дождем, пробирающим до самых костей, девушка чуть щурилась, чтобы хоть как-то разглядеть в темноте это жалкое число, напоминающее о том, что жить в черно-белом мире, который она видит каждый день, – невыносимо. –21… – изо рта вместе с шепотом вырывается пар, на секунду заслоняющий взор. Так вот оно что… 21… А она так надеялась, что смерть гораздо ближе, чем может быть… Да, ждать своей кончины, возможно, глупо, ведь при желании ты можешь просто совершить самоубийство, однако… Однако девушка не могла даже мысли допустить о том, что умрет от своих же рук… Если быть честной, в воображении постоянно мелькали разные картины: вот крыша дома и она, шагающая вниз с таким же непроницательным лицом, чтобы улыбнуться лишь в самом конце, перед ударом… Или же ванная, которую и ванной-то толком назвать нельзя было из-за ее размеров, а в ней, с пустыми глазами, ее тело с перерезанными венами… Вот только воображение и реальность – разные вещи. В жизни все не так просто и легко. В жизни не бывает отчаянных поступков, которым не помешают страхи. Все это вранье. Вранье, которое написано в книгах про любовь. Вранье, в которое верит большая часть людей, хотя на самом деле… На самом деле, когда настанет время что-то решать, они струсят. Струсят так, как и подобает природе человека – трусливого и жалкого существа. Девушка хмыкнула и, посмотрев на небо, слегка нахмурилась, а затем, зайдя в квартирку, плотно закрыла дверь, повернув ключ четыре раза и оставив его замке. Ее мысли, чувства, эмоции… Все это утопало в привычных вещах, которые помогали не умереть через пару секунд после выхода на улицу. И это тоже было странно, ведь… Она хочет смерти, верно? Вот только меры безопасности предпринимаются как-то машинально, сознание будто бы специально отключается в это время, чтобы не дать девушке умереть… Возможно, часть ее все еще хотела жить?.. Кто знает… Жаль, что эту «жизнь» можно было назвать максимум – существованием. В ней не было красок. В ней не было любви. В ней не было дома, лишь пара комнат под одной крышей, куда, если честно, не было смысла возвращаться. В ее жизни не было ничего… Да и сама она, по сути, была абсолютно никем: никому не нужной, никем не понятой, никем не любимой. Лишь оболочка с кучей мыслей, к сожалению, тоже никому не нужных… И каждый день лишь один вопрос: зачем она вообще живет? Глухие шаги эхом отдаются в пустом доме всего с одной дверью и парой окон. Нет, конечно, изначально их было больше, но чем больше девушка обосновывалась здесь, тем больше понимала их ненужность и опасность, так что какие-то из них были заколочены, какие-то заставлены, а некоторые просто превращены в голые стены. Кажется, скоро ее жилище будет больше похоже на психиатрическую лечебницу, чем на уютный уголок, в который хочешь попасть, чтобы закутаться в плед и ни о чем не думать до следующего дня… Вот только девушка совсем не из них Продолжая смотреть свою почту, она медленно двигалась в сторону кухни, надеясь, что сегодня, в роковой для всего мира день, ей не придет письмо, на котором стоит знак смерти… Тот знак, что боятся самые сильные и свирепые люди, еще живущие на Земле. Хотя каждый год, если честно, своего трепета перед белым конвертом, который девушка может держать в руках, она откровенно не понимала… Ведь по сути это билет в один конец, который подарит долгожданное избавление от серой реальности, перенеся в мир, где испытывать какие-то эмоции кроме апатии вполне реально. Но тогда почему… Почему сейчас руки, раскрывающие это злополучное письмо, так сильно трясутся? Почему на глаза наворачиваются слезы? Почему остальная почта рассыпана по полу, как что-то ненужное и совершенное неважное? Почему имя, выведенное безумно дорогими чернилами кажется совершенно чужим? Почему так сложно сглотнуть ком в горле? Почему нарастающее в груди отчаяние никак не желает уступать место никаким другим чувствам? –Это… Не я… Я не… – Интересно, все «счастливчики» испытывают подобное? Страх, недоверие, панику и… Нежелание отнимать чьи-то жизни ради своей? Хотя, если учесть во что превратился прогнивший насквозь мир… Убить другого, чтобы спастись самому у большинства явно в порядке вещей. Но ведь… Это так неправильно и подло. Так…– Бесчеловечно… Хотя, если подумать, природа человека, по своей сути, во многом настроена на выживание… В ней нет того, что можно назвать «человечным», нет того, за что раньше бы людей ценили и любили, а может даже уважали… Нет, если бы человек все время был таким, то он не выжил бы… Он просто оказался внизу пищевой цепочки, а вскоре вовсе бы исчез. Но теперь, когда судьба практически сгубила «разумный вид Земли», он убивает сам себя, просто ради развлечения, ради того, чтобы показать друг другу свое превосходство, не думая о том, какого тем, кто отдувается за эту самую показуху… –Я… – Она не хочет умирать?.. Что ж, теперь, когда прошел первый этап паники, можно отбросить такую мысль. Дело в том, что теперь, до конца поняв все положение… Ей все равно. Да, это, наверное, будет самым лучшим описанием чувств девушки. Никакого пафоса, никакого преувеличения или преуменьшения… Просто голые факты. Кому какое дело до того, будет ли она жить или же умрет? Скорее всего даже родители не будут горевать… Скорее всего, это прервет замкнутый круг серых будней… Скорее всего это закончится так же быстро, как и началось… –Жду с нетерпением… Из тонких пальцев девушки падает письмо с такой пугающей эмблемой, а она продолжает так же медленно идти в сторону кухни, игнорирую все конверты под ногами, игнорируя то, что в них написано… Самый главный она уже прочитала, тот, в котором безумно дорогими чернилами было выведено ее имя, на их фоне кажущееся слишком дешевым и невзрачным: «Эмилия Амар»