Я не твоя война

Кларк стоит в немом шоке и смотрит на своего отца. У него очень красивые темные волосы, но до жути бледное лицо, как будто из него высасывают все силы. Медленно, но верно. По сути, так и есть. Рак убивает его и сколько ему осталось жить, знает только Бог. Кларк шумно выдыхает и бросает на своих подруг, сестру и особенно на девушку, злой взгляд. — Мы хотели, как лучше, — тихонько говорит Лекса, опуская зеленые глаза в пол. — Ты ведь сама этого… — Да, — перебивает свою девушку Кларк. — Где-то в душе я этого хотела. Но не таким образом, — она вплотную подходит к Лексе. — Ты ведь это имела ввиду говоря, что станешь плохой девочкой? — шепчет на ушко блонди своей любимой. Лекса кивает. Именно это она и имела ввиду и поднимая взгляд, видит недобрый огонек в глазах Кларк. Внутри она уже придумывает, как наказать свою девушку за такую не очень приятную ситуацию. В ее голове всплывают их разговоры об отце и ответ Лексы «просто». Да нифига не просто это было. Они все спланировали. Поправка, она. Найла бы никогда не додумалась до такого. А вот Лекса запросто. Лекса не так проста, как кажется. — Ну хорошо, — кидает блондинка, целуя свою девушку в щеку. — Жди свое наказание. Вечером, — она усмехается и Лекса сглатывает, кивая головой. Что же задумала Гриффин? Кларк садится на краю кровати своего отца. — Вы могли бы оставить нас наедине? — просит девушка. — Нам с отцом стоит о многом поговорить. Мы не виделись много лет. — Хорошо, — говорят девушки и выходят. Лекса закрывает за ними дверь и Кларк сглотнув, едва заметно улыбается. Мама была права. Она похожа на отца. У нее такой же носик и такие же пухлые губы. Джейк больше не скрывает свою улыбку и притягивает дочь в объятия. Кларк прижимается к отцу и вдыхает запах его приятно пахнущего одеколона. — Ты ведь чем-то болеешь, да? — мягко отстраняясь спрашивает дочь, смотря в его уставшие глаза. — У меня рак. Последняя стадия, — слова отца звучат, как приговор. Вот почему Найла и мама так себя вели. Они все знали с самого начала. Они знали о болезне и ничего ей не сказали. По щекам предательски текут слезы и Кларк пытается их вытереть рукой, но слезы продолжают скатываться по щекам, падая на колени. — Не плачь. Ваша мама не плакала, а ты… — А я полная дура, — нервно смеется блондинка. — Я ненавидела тебя все это время, а теперь, когда решила дать тебе шанс, узнала, что ты смертельно болен. Где же здесь справедливость, отец? — хпирит девушка. — Я ведь всего лишь хотела немного твоего тепла. Всю жизнь. Знаешь, мне, маме и сестре тебя безумно не хватало все эти годы. — Прости меня, — шепчет Джейк, смотря в пол. — Мне очень жаль, что я принес вам столько боли… — Не ты один принес столько боли, — грустно усмехнулась девушка. — Но я рада, что смогла увидеть тебя, — Кларк встает и идет к двери. Она убирает выпавшие локоны за ушко и останавливается, смотря на отца. — Я еще приду, если ты не против. — Я буду ждать тебя, Кларк, — улыбается Джейк. Впервые Гриффин видит в глазах отца живые огоньки. Она кивает на прощание и выбегает из палаты. Через пол часа девушка уже входит в здание клуба. Фин, как обычно, протягивает ей бокал виски и она залпом осушивает бокал. Внутри неприятно покалывает, глаза щиплят, а перед глазами стоит образ отца, который смертельно болен и кто знает, сколько ему осталось. Это невыносимо. — Сегодня я узнала, что мой отец болен, — вдруг произносит Кларк, смотря на пустой бокал. — Сочувствую, — отвечает шатен и протягивает второй бокал с виски. — Я понимаю, что тебе придется не легко, но ты должна смириться с этим. Все люди рано или поздно умирают. И мы тоже когда-нибудь умрем, — говорит Фин. — Не умеешь ты утешать, — качает головой Кларк. Фин лишь пожимает плечами, а блонди опустошает и второй бокал виски. — Мне так больно, что я готова кричать в пустоту, но только знаю одно: от этого легче никому не станет. Особенно отцу. — Просто попробуй принять эту ситуацию, — советует шатен. — И проведи с отцом остаток его жизни. Кларк кивает, принимая третий бокал. На пятом она смотрит на время. Глубокий вечер. Пора возвращаться домой. Вот только она не хочет видеться ни с мамой, ни с сестрой, которые засыпят ее вопросами. Она набирает короткий текст на телефоне и отправляет его Найле. Там всего лишь пару слов: «остаюсь у Лексы» и все. Теперь, когда мама знает о ее девушке, нет нужды что-то придумывать. Достаточно просто заранее предупредить и мама не будет против. Такси довезло довольно быстро до дома Лексы. Кларк на ватных ногах зашла в подъезд и сама не заметила, как очутилась у желанной квартиры. Она присела на корточки, облокотившись спиной о стену и постучала несколько раз, вместо того, чтоб позвонить в звонок. Дверь мгновенно открылась. Это потому что Найла предупредила шатенку о приезде Кларк и та была готова в любую минуту встретить ее. Лекса ужасно волновалась за свою девушку и места себе не находила. — Кларк, — девушка смотрела на нее сверху вниз. Блондинка была пьяная в стельку. — Мой отец болен раком, но вероятно, ты все знаешь, — горько усмехнулась блонди. Лекса кивнула. — Я узнала об этом не так давно. Найла собрала нас всех и рассказала, — объяснилась Лекса. Она не хотела, чтоб между ними были какие-то недомолвки. В конце-концов, они планируют в будущем пожениться, поэтому должны быть честны друг с другом. Кларк должна доверять Лексе и быть уверенной, что она не предаст и не сделает больше больно. — Спасибо, что рассказала правду, — кивнула Кларк. — Для меня это очень важно. Не хочу запутаться во лжи. — Я тоже, — кивнула в ответ Лекса и помогла своей девушке подняться. Кларк положила руки на ее талию и прижалась к ней всем телом, ощущая любимый и такой родной запах вишни, что мог успокоить ее и подарить тепло где-то в глубине. — Я хочу тебя, — сказала блонди, впиваясь страстным поцелуем в пухлые губы напротив. Лекса попутно затянула девушку в квартиру и закрыла за ними дверь, а после была прижата блондинкой к той самой двери. Ее руки схватились за края майки и Кларк быстро стащила ее с девушки, кладя руки на пышные груди и начала аккуратно мять их. Лекса постанывала, пока пухлые губы не вовлекли в страстный и немного грубый поцелуй, что моментально вскружил голову обеим. Лекса была глотком свежего воздуха для Кларк и одновременно ее кайфом. Одна рука все еще оставалась на груди, а вторая переместилась ниже и удобно устроилась между ножек, чувствуя, влажную ткань. Кларк победно улыбнулась и посасывая нижнюю губу, проникла пальчиками под трусики шатенки, резко войдя в нее. Ноги Лексы предательски дрожали, но ее спасала дверь, к которой блондинка ее еще больше прижала. — Это твое наказание, — шепчет в губы Кларк. — Ты ведь была сегодня плохой девочкой. Этот хриплый голос сводит Лексу с ума, а рваные движения приносят еще больше стонов. Но Кларк не спешит дать любимой желанную разрядку. Она то ускоряет темп, то замедляет, слыша, как скулит под взглядом ее голубых глаз возбужденная до предела шатенка. И Кларк безумно нравится мучить свою любимую таким способом. Она же обещала наказание. — Нужно было сперва мое разрешение спросить, — усмехаясь, шепчет блондинка. — П-прости… — с хрипотцой произносит Лекса и насаживается больше на пальцы Кларк, но та вынимает их, а после снова входит в девушку, играя с ней. Лекса готова испепелить ее сейчас, но знает, что не имеет права. Она поступила: с одной стороны правильно, с другой нет. Смотря под каким уклоном смотреть, ведь отец и дочь смогли, все-таки, поговорить. — Но я рада, что благодаря тебе увидела отца, — улыбается Кларк, кусая мочку ушка любимой. — З-значит, ты не сердишься больше? — в зеленых глазах играет любопытство ребенка. — Не сержусь, — кивает Кларк и начинает ускорять темп, попутно целуя шею любимой. Лекса томно дышит и стонет, больше вжимаясь в стену и насаживаясь на пальцы любимой. Еще несколько толчков и ее накрывает желанная разрядка. — Лекс… — Ммм… — Лекса блаженно прикрывает глаза, прижимаясь к любимому телу напротив. — Спасибо, что ты есть, — шепчет в каштановые волосы блондинка. Зеленые глаза пылают любопытством и Лекса возвращается к лицу белокурого ангела, заправляя за ушко выпавшую прядку волос. — Спасибо, что ответила взаимностью. Пусть не сразу, но спасибо. Если бы не ты, я не знаю, что со мной стало бы. Ты много значишь для меня. И… — Я всегда буду с тобой, Гриф, — улыбается Лекса, целуя девушку в уголок губ. — Всегда.