Падшие

Смерть — тяжкая ноша для каждого. И как бы кто не говорил, что гибель им вовсе не страшна, а умирать боятся все. Люцифер влетел в лазарет, почти сбивая дверь со скрипучих петель. Глаза сразу зацепились за пустую кровать, на которой несколькими часами ранее лежала вторая повелительница преисподней. Вельзевул потёр переносицу и заговорил, отвечая на немой вопрос Владыки тьмы. — Она в своём кабинете, не ходи, она очень слаба и видеть никого не желает! Князь недовольно фыркнул: — Я ее желаю видеть! Адский лекарь откинулся в кресле и так же устало продолжил: — Она только, что могла исчезнуть навсегда! Люция ещё долго не будет прежней, князь. Слова лекаря казалось просто ударились о пустоту, ведь повелитель ада уже покинул владения Вельзевула. Князь толкнул массивную дверь в покои второй повелительницы ада и застал почти незнакомую для него картину. Ее покои всегда были идеальны, под стать своей хозяйки. Сейчас все было иначе, кожаный плащ небрежно валялся подле широкой кровати, на столе недопитый кубок и пятна чернил на пергаменте и больше всего нарушал покой этих комнат, стойкий запах крови. Владыка тьмы перевёл взгляд на кровать и остановился на тёмной фигурки. Люция казалась маленькой и такой хрупкой, что князь замер на одном месте, боясь сделать шаг и нарушить ее покой. Но спустя несколько минут, все же решился и медленным шагом направился к кровати. Присев рядом, он бережно коснулся ее руки и почувствовал как Люция тяжело вздохнула, но веки не подняла. Люцифер нарушил тишину первым: — Как ты? — в голосе звучала забота. — Каждое мгновение списки потерь обеих сторон пополняются. Это нужно остановить. — ее голос был слабым и чуть хрипловатым. — Они не пойдут на наши условия и не мы эту войну начали! — голос князя стал грубее. — У нас был хрупкий мир, пока твоя неуемная гордыня и безрасудство не привели к этой войне! — она была единственной во всей преисподней кто мог позволить себе говорить с ним вот так. — Ты знаешь, они хотят погрузить ее в сон на десятки тысяч лет! Они смеют, что то требовать у меня! — наконец она приоткрыла глаза. — Из-за нее падёт равновесие, потери уже невозместимы! Я не позволю, запомни это! Князь прикрывает глаза, даёт себе минуту успокоиться. — Кто тебя ранил? — Ангел. — лёгкая ухмылка трогает ее губы. — Мне доложили, что ты прикрыла собой бесенка, о чем ты думала?! — в его голосе звучит явное недовольство. — Разве имеет для тебя значение еще одно имя в списке, во имя ее спасение?! — болезненная улыбка трогает ее губы. — Отдыхай и набирайся сил! — князь резко встаёт и размашистым шагом покидает покои. Владыка тьмы откидывается в кресле и наконец к нему приходит осознание, почему ангел вынес ее с поля боя, да еще и вошёл во вражеский лагерь. Она вышла на поле боя, да еще и прикрыла собой маленького бесенка, разве хоть один архангел пошёл на такое?! Если бы ее не спасли, все это понимают в тот момент демоны просто уничтожили все на своём пути. Обе стороны понимали, она архидемон, вторая владыка тьмы пришла сражаться на выбирая сторону, она пришла сражаться за мир…