Бог есть Любовь

Она не знала, кого в ней больше, Бога или Дьявола. Знал только Гарри. Когда он забирал в горсть ее непокорные чёрные пряди, властно наматывая на кулак, заставлял подставлять шею и грудь… когда целовал её кожу, когда глядел в глаза - она растворялась в изумрудном пламени его взгляда и стонала, нет, рычала в ответ. Тогда в ней жил Дьявол. Но когда он отворачивался молча и холодно, а под стёклами проклятых очков застывал зелёный лед - она становилась Богом. Только Бог способен выносить любую боль, терпеть, когда невидимые кинжалы вонзаются в сердце. Боль, что во сто крат страшнее пыток Волдеморта, во стократ беспощаднее. Только Бог может пересилить себя и идти по ножам, истекая кровью, идти, чтобы возродить любовь. Бог любит всякого человека. А она - только Гарри. Поэтому, когда лёд в его глазах тает, она снова обращается в Дьявола. Ведь он тоже любит - свою добычу. Когда-то она покорилась другому, но он воскрешал в ней лишь Дьявола. Она думала, этого достаточно, изнывала от глухой неизбывной тоски и всё рвалась куда-то. Гарри освободил её. Только его сила пробудила в ней Бога.

***

- Гарри! - она делает шаг по разбитому стеклу, босиком. Горячая кровь обжигает ледяные ступни. Она - Бог. Время тягучей петлей сдавливает шею. - Гарри… - боль раздирает тело, скручивается в горле колючим комком, но она делает ещё шаг. Она - Бог. А Бог есть любовь. - Гарри, - она не знает, стон это или мольба, крик ярости или страсти. Вслух или мысленно? Она задыхается, когда видит его взгляд - холодный блеск изумрудов под музейным стеклом. Сердце обрывается в пропасть. Отчаянно, как обезумевшая волчица, она вцепляется в его плечи. Приникает грудью. Жар его тела пронизывает мгновенно, как удар, выбивает воздух из лёгких. Она задыхается… Но... Его спина напрягается под её руками, и она слышит, как во сне: - Белла, дыши. И пробуждается Дьявол.

***

Она не знает...