Но ты же омега.

Рафаэлю хватило нескольких минут, чтобы сообразить, как и что. Догнав того альфу, он развернул его лицом к себе, с милой улыбкой врезав по лицу кулаком. Пока тот приходил в себя, шатен уже убегал от него с Габриэлем на руках. — Куда ты ещё вляпаешься? Вот же… глупый. Петляя по подворотням, альфа остановился на детской площадке, пытаясь отдышаться. Откинув голову назад, он вздохнул, так и держа омегу на руках. Брюнет обхватил его руками за шею, ведь лучше уж Рафаэль, чем тот упырь. Стоп. Что? Почему Габриэль уже сделал выбор, ещё и в пользу этого нахала, который только что спас его от нечто очень ужасного. Оторваться у них не получилось, тот нашел обоих, но пока не понял где они. — Замри, — прижав голову к себе, альфа мило улыбнулся, поглаживая омегу по спине. Габриэль услышал команду «замри» и сразу же замер, как послушный щенок. Его гладили по спине и знаете… ему даже понравилось, и он покраснел немного. Смотря, как альфа уходит в противоположную сторону, Раф с облегчением вздохнул, — что бы ты делал, если бы меня не было рядом? Ты же знал, что тебя ни один альфа так просто не отпустит, так зачем лез в это все? Ослабив хватку, Рафаэль все же проявил каплю сострадания. А почему? Вроде бы не должен был. Щенок радостно залез на скамейку при помощи хозяина. — Скоро пойдем кушать, видишь же, у нас непредвиденное обстоятельство, — чуть улыбнувшись, альфа потрепал щенка по голове. — Он сказал, что если я пойду с ним на свидание, тогда он больше не будет меня трогать. Я поверил… и правда… я дурак… и ты можешь меня отпустить. Кстати… — Габриэль отвел взгляд, но все ещё обнимал его за шею, — спасибо большое и… прости за тот раз… под моим окном… — Да забудь ты про это. Даже я уже забыл и Хан тоже. А ты слишком наивный. Думаешь, что он бы так просто отстал от тебя? Ищи дурака. Ах да… отпустить. Ну, если ты отпустишь меня, я отпущу тебя, — ему не очень-то и хотелось отпускать омегу. Руки, как будто не слушались, а сам парень тяжело вздохнул, — такое ощущение… что у тебя с запахом? Он явно усилился. Пользуйся подавителями. Они же не отлипнут от тебя. Глупый омега-бета, — Рафаэль выпутался из его объятий, садясь рядом и закрывая нос, показал язык. Вставая со скамейки, альфа отряхнул штаны, — пойдем я тебя до дома доведу. А то все возможно. — Я принял подавители. У меня просто… омежьи дни. Вот, глупый альфа. Мог бы и сам додуматься, — омега сделал вид, что надул губу и шёл немного впереди, — не думал, что ты такой хороший человек. Кстати, зайдешь ко мне и я дам тебе таблетки от простуды. Я не хочу каждый день к тебе ходить, чтобы отдавать конспекты. Это сплошной геморрой. Поэтому прекращай болеть и возвращайся в универ. К тому же от меня ни альфы, ни даже омеги не отлипают, а я снова хочу сидеть на заднем ряду и мечтать вернуться домой, как можно быстрее. Но твои друзья не дают мне спокойно жить, — Габриэль обернулся и посмотрел на него и на Хана, — у меня дома есть немного еды. Если хочешь, то можешь покормить своего блохастого друга. — Пёс не блохастый! Сам ты блохастый. Я его каждый день с ромашковым шампунем мою. Противный омега. Они пришли к подъезду и брюнет открыл дверь, в подъезд и подошли к его квартире. Габри открыл её и зашёл. — В спальню не заходи. Иначе прибью. На самом деле там не было ничего такого, кроме картины с альфой. Сам не замечая, как зашел к нему домой, Рафаэль культурно встал у входа. Казалось, что шаг влево, шаг в право — расстрел. Габриэль пошёл в ванную и сложил альфе целую гору лекарств, которые ему помогали, когда он болеет. Омега подошёл к нему и отдал их, — а это от простуды. Мне помогает, можешь считать это благодарностью. — Не знал, что такой противный, как ты, нужен альфам. И вообще, они не мои друзья. Но если они мешают тебе, мог бы и ответь им что-нибудь. Омежьи дни у него. Тогда зачем я тут стою? Не надейся на мою выдержку к запахам, совсем глупый омега. — Меня зовут Габриэль, а не глупый омега. Выдержка? Выдержишь. Ты же у нас сильный и большой альфа, а я маленький и страшненький омега. Бояться мне нечего, Рафаэль. Отвернувшись, альфа чихнул. А после, просто опрокинул голову назад, сталкиваясь затылком с холодной поверхностью. Приятно. Но ощущение «строгача» в горле, который острыми звеньями цеплялся внутри, было немного неприятным и больным. Скоро поднимется температура. Не день, а сказка. Хуже уже некуда. Телефон завибрировал, заставляя альфу проснуться и достать его из кармана и сбросить звонок. Мимо пробежал Хан, Рафаэль попытался схватить его, но не успел. — Ой-ой, — хоть бы его за это не убили. Брюнет пошёл на кухню и принёс оттуда сосиску. — Твой Пушок ест такое? Или очень балованный, как ты? — Габриэль стоял напротив парня и смотрел ему в глаза. Он не испытывал страха или что-то похожее, напротив, ему было очень спокойно, настолько, что он даже не язвил. — Он всеядный. Как и я. И я не балованный, я просто на любителя. — Как только всё это закончится, тогда, пожалуйста, сделай вид, что не знаешь меня. Хорошо? — Габриэль встал к нему спиной. — Спасибо большое, за заботу. Сделаю, как ты хочешь. Вздохнув, Рафаэль взял лекарства, рассматривая названия. Забирая прибежавшего пса на руки, он чуть поклонился и ушел. Габриэль был уверен, что сказал и сделал все правильно, ибо друзьями они бы не стали точно. Не с их характерами, а если они будут вместе, то рано или поздно это привело бы к ссорам или даже драке, где победителем бы был альфа, а омега отправился на больничную койку, где ему быть совсем нельзя. Учёба, учёба, и ещё раз учёба. У него не может быть никого, кроме книг, а эта картина тоже ошибка природы, от который нужно избавиться. Завтра утром он её выбросит и все краски с кисточками. У него на эту ерунду совсем нет времени. Омега пошёл в ванную, быстро помылся, а потом на бочек лёг и уснул. Утро было кошмарным, так как он совсем не выспался, но встать все же пришлось, приложив к этому недюжую силу, Габриэль позавтракал, оделся и пошёл в университет, где игнорировал всех и каждого. Больше он не намерен ни с кем никуда идти или просто говорить. Окружающие это поняли и быстро оставили его в покое, за спиной говоря, что он врун, притворился омегой, страшненький бета, у которого никогда никого не будет, и самое любимое — хренов девственник. «А что плохого в том, что я хочу сохранить её для любимого человека, а не для первого встречного?» — подумал брюнет. Ему было до фени, что они говорят, ведь парень знал, что здесь прав только он, а не эти омежки-шлюшки, которые в четырнадцать лет отдались кому попало. Вот именно поэтому он не любил смешанные пары. Габриэль после пары пошёл в туалет, где ему удалось не только сделать то, зачем пришёл, но и встретить несколько завистливых морд, которые начали его расспрашивать: — Как такой, как ты, смог соблазнить Рафаэля? Наверное, у него было плохое настроение и ему было плевать, кого поиметь. Отвечай, эти слухи правдивы? — Понятия не имею, кто это. Ваш местный кобель? Простите, но я его даже не знаю, — омеги, словно с цепи сорвались. Один из них взял Габриэля за волосы, а другой ударил, пока брюнет не понял, что произошло, они сразу убежали, когда увидели кровь. — Чёрт, а у него тяжёлая рука. Ненавижу все это, — парень пошёл в лазарет, где бета немного ужаснулся. — Что произошло? Кто тебя ударил? — медбрат сразу начал обрабатывать нос омеги. — Местные сучки не поделили кобеля, а мне досталось, потому что… не важно. Обработайте рану и дайте что-то от головы. Она болит и кружится. — Тебе лучше прилечь или пойти домой. — Тогда я останусь и пойду на следующую пару, — когда ему обработали раны, он открыл первую штору и увидел Рафаэля, — простите, — сказал Габриэль самым обычным голосом и лёг на следующую кушетку. Рафаэль Рафаэль слышал голос беты. Открывая глаза, он повернулся, но шторка уже закрылась. Вставая с кровати, альфа кое-что шепотом спросил у беты, а после вышел из медпункта направляясь к тем омегам. Оказывает ся, что они были в одном из пустых классов, а он просто зашел поговорить. Выходя от туда, но уже с кровоточащей губой и побитым видом. Теперь они как минимум до конца учебы не тронут брюнета. А если и тронут, он еще раз будет говорить с ними, но уже жестче. Возвращаясь в медпункт, альфа получил ровно столько выговоров от беты, что можно было писать книгу. — Ничего особенного. Просто мне кое-кто понравился. Я больше не буду, честно. — Да что там у вас произошло? Я не волнуюсь за тебя, я больше за них волнуюсь. — Просто… сучки кобеля не поделили. Пара вмятин украсит шлюх, — пожав плечами, он забрал со стула сумку, попрощавшись, и вышел из кабинета. Хотелось поспать подольше. А еще хотелось извиниться, потому что принес ему столько неудобств. Да и еще его побили. Останавливаясь возле одной из лавок, Рафаэль лег на нее, положив голову на сумку. Неудобно, но хотя бы полежать. Ужасное чувство вины, как червь, пожирающий яблоко, въелось в душу. Услышав голоса, он еле повернул голову, замечая тех омег. Но как только он повернулся, их сдуло, как ветром. Столько проблем из-за одного омеги. Конец Габриэль спокойно лежал. Голова болела ещё больше, чем до этого. Он лежал и думал о всём этом и когда это всё закончится. Это было невыносимо. Сейчас омеги, а завтра альфы, но вторые могут не только побить, но и «сорвать его цветок», который он не для них растил. Ещё сегодня идти на работу, потому что господин Лион попросил его заменить, так как уезжает к родственникам. Что же… От этого лежания нет толку, омега встал, сказал, что ему уже лучше и ушёл на пары. Не всем учёба даётся легко. Отсидев все пары, Габри пошёл на работу, где снова никого не было. После ушёл домой, спать совсем не хотелось. Поэтому он насмотрелся ужастиков и не смог уже уснуть, потому что было страшно. Омега посмотрел на картину, которую не смог выбросить и вздохнул. Прозвонил будильник и парню пришлось собираться в университет. Снова пары и уже возле него стояли два альфы. — Совсем офигел? Побил омег. Сцепи зубы, девственник. Честно сказать, Габриэль очень испугался и не зря. В этот раз ему перепало значительно сильнее. А все почему? Потому что он попросил помощи и уже жалел об этом. Лучше бы его изнасиловали раз и он больше не страдал. Кое-как он дошёл до лазарета, где бета снова обработал ему раны по всему телу. — Габриэль, у тебя скоро будут огромные синяки не только на лице, но и по всему телу. Пойди к ректору и пожалуйся. Так нельзя. — Все хорошо. Я сам виноват. Я пойду домой, хорошо? Бета только кивнул и отпустил омегу. Через полчаса он был дома, где просто лёг спать. Габриэль на следующий день остался дома, не то, чтобы он боялся пары омег и отвратительных альф, которые может быть ещё пару раз его избили, нет, он их совсем не боялся, просто с последнего раза у него очень сильно болела спина, так как в основном досталось ей. Габри весь день бездельничал в кровати и вовсе не из-за лени, больно было не просто двигаться, но и дышать. Но ему пришлось несколько раз встать и сходить в туалет, а потом на кухню, чтобы попить. Омега хотел сходить к доктору, но, увы и ах, он бы просто физически не дошёл, поэтому, если за выходные ему не станет лучше, тогда придётся что-то с этим делать. Когда он проходил мимо зеркала, то просто пытался не смотреть на своё жалкое отражение: синяк на щеке, ушибы и кровоподтеки по всему телу. Габриэль был похож на жертву семейного насилия, но нет. Стоило ему один раз попросить помощи и вот как всё закончилось. Правильно говорят, что, если хочешь сделать что-то хорошо, то стоит делать всё самому. И он лишний раз это доказал. Стало слишком скучно, поэтому он снова начал смотреть фильмы ужасов. Самая кульминация фильма, как кто-то звонит в дверь, что чуть не до смерти его напугало. Он встал и неспеша пошёл к двери, услышав голос, Габриэль остановился и так не открыл дверь. — Габриэль, можно поговорить с тобой? — Нам не о чем говорить. Я просто заболел, наверное, ты меня заразил. Поэтому уходи. Омега не хотел, чтобы именно Рафаэль видел его сейчас в таком состоянии. — Есть о чем. Я не займу много твоего времени. Я хочу извиниться. Хоть и знаю, что это всего-лишь слова и я знаю, почему ты не открываешь дверь. Это только моя вина. Во всем. Если хочешь, можешь вмазать мне с размаху. Я принес тебе столько боли… наверное, было бы лучше, что бы я тебя тогда не спас. Тогда бы тебя никто не трогал. Спасибо, что выслушал. Это все, что я могу сказать. Я обещаю, что тебя больше никто не тронет. А сам, скорее всего, перейду в другой универ. Еще раз извини. Поправляйся. Тихо сглотнув все слова, вроде бы и выговорился, но чего-то не хватало. Выходя, он повесил голову и прошёлся домой. Куда-то идти не хотелось. А ближайший университет, альфа уже нашел. Брат поможет с устройством. Так будет лучше, пожалуй, для обоих. Рафаэль понял, что его сердце легло к омеге, а такого он допускать не мог. Только еще больнее сделает. Лучше уж совсем исчезнуть из его жизни. Он знает, что пол универа ходит с синяками, а тех альф отправили в больницу. Теперь омегу точно никто не тронет. Заходя домой, Рафаэль обнял щенка, который ждал его возвращения. Ему так хотелось куда-нибудь себя деть, а как загладить вину, он не знал и не умел. Вину перед человеком, рядом с которым он, впервые, становился бессильным. Другие бы альфы так не поступили, сделали бы еще хуже. Ведь, по сути, здесь его вины не было. Только в том, что шатен являлся «кобелём». Никто не отрицал этого. И в душе становилось паршиво. Останавливаясь перед входом в ванную, он спустил щенка на лапы и зашел туда один. Холодная вода, успокаивала все. Кроме душевной боли. В который раз он понимал, что ему не следует привязываться к кому-то. Вечер прошёл не лучше. Попросив брата, завтра утром прийти и забрать документы, он лежал на кровати, смотря в потолок, сон как-то сам поглотил его. На следующее утро, в универ пришёл омега, почти копия Рафа, но с кольцом и выпирающим животом. Красиво одетый, да и сам по себе прекрасный, выглядевший, как хрустальная ваза. Завоевавший все взгляды, буквально всех полов. Даже омеги смотрели на него так, как смотрели альфы. Кейл тихо взял документы и ушёл, забирая тень своего присутствия от туда.