Как птица в клетке. Как Ньют

      Из глубокого сна Томаса вытащил красный свет солнца, который назойливо мелькал перед закрытыми глазами, пробираясь сквозь проблески между листьями деревьев. Парень поморщился, пытаясь вернуть привычную темноту. Совсем скоро, так же морщась от солнца, Томас сел на гамак. Солнце, а точнее, самая его макушка только - только взошла над восточной стеной лабиринта. Томас схватился за голову, где путались правила поведения в лабиринте, которые он вчера до самого поздна выслушивал от своего нового куратора. Сегодня его первый день в лабиринте, но темноволосого парня почему - то больше волновал так и не совершенный разговор с Ньютом. Мысли связывались в тугой узел, не давая толком понять, что нужно делать - бежать со всех ног к бегунам, которые уже кучковались у ворот лабиринта, или все же немедленно найти Ньюта. Зачем? Томас не мог найти ответа на этот вопрос. Вероятно, затем, чтобы просто снова его увидеть. Чтобы снова ощутить приятное чувство теплоты и спокойствия, мурашками рассыпающееся по всему телу.       Чак ещё до сих пор мирно сопел на своем гамаке, иногда рефлекторно почесывая кудрявый затылок. Вроде бы, все как обычно, однако сейчас нужно было действовать быстро. Бежать. Бежать со всех ног к навесу, облокотившись на балку которого должен стоять Ньют, сложив тонкие руки с выступающими венами на груди. Томас встал и начал приводить свой план в исполнение, однако, он сам не знал, что будет делать после того, как все же увидит Ньюта. Что ему скажет?..       Усталость, секунду назад делавшая свинцовыми ноги парня, сразу же отошла на второй план. Как только Томас оказался посреди Глэйда, где его почти врасплох застало ещё слабое солнце, сразу послышались голоса бегунов, которые начали окликивать Томаса. Его имя разлеталось по Глэйду голосами бегунов, с которыми он уже должен бежать в лабиринт, однако он не остановился и не сменил свой курс, а продолжил бежать к месту, где уже должен стоять Ньют. - Что за?.. - вслух вырвалось у Томаса, когда он увидел, что на привычном месте нет Ньюта, где он должен стоять и насквозь разглядывать лабиринт. Пусто.       Перед глазами вдруг возник Алби, шаги которого еще несколько секунд назад становились все громче и громче, по мере его приближения к обескураженному Томасу. - Томас, ты свихнулся? Все бегуны уже ждут тебя, - произнёс Алби немного раздраженно и резко указал рукой в сторону открывающихся врат. - Я... Я... - Томас мямлил, схватившись за голову, пытаясь понять, почему. Почему все не так, как должно быть? Не так, как хотелось бы?       Алби сразу же изменился в лице, заметив негодующее состояние парня. - Томас... Пойми, это Глэйд, тут свои правила. У всех здесь свои обязанности - у Ньюта - свои, у тебя - свои. Ньют исполнял и исполняет их добросовестно. Будь и ты так добр добросовестно их исполнять.       Томас поднял кофейно - медовые глаза, полные негодования и вопросов. - Но почему? - Его вопрос прозвучал очень тихо, словно прямо сейчас все его силы уходили на размышления.       Алби, наоборот выдохнул, опустив глаза. - Когда я советовал тебе подружиться с ним, я не думал, что ты станешь бегуном. - Он сделал паузу и снова пристально посмотрел на растерянного парня. - И теперь это - твоя обязанность.       Алби хлопнул Томаса по плечу, после чего подтолкнул его в сторону лабиринта. Тот, словно по инерции, сам этого не желая, поддался одновременно физическим и моральным законам, растерянно направляясь в сторону исполнения своих обязанностей.

***

      Cолнце уже более уверенно смотрело на Глэйд, нависая над массивной восточной стеной и одаряя поляну своим теплом. Чак посмотрел на непривычно пустующий гамак - Томас обычно не вставал сам, пока его кто - либо не разбудит. Обычно, но не сегодня. Мальчишка ухмыльнулся и направился в сторону плантации, откуда его окликнул какой - то глэйдер. Спустя несколько секунд Чак уже стоял около звавшего его работника, подперев бок руками. - На вот, натаскай удобрений, - глэйдер бросил Чаку корзину, которую тот сразу же поймал, уже собираясь идти выполнять задание, как вдруг его бдительность дала о себе знать. - Подожди - ка... А где Ньют?       Глэйдер вдруг резко поднялся с земли и стал осматривать плантацию, нахмурив брови. - Действительно... Проспал наверное, салага... - произнёс садовод, вероятно случайно озвучив свои мысли. - Так, твоё задание отменяется, брось корзину. Иди разбуди Ньюта, - Глэйдер снова нагнулся и принялся капаться в земле. Чак направился в сторону навесов. Голова с пшеничными волосами сразу же бросилась в глаза - Ньют до сих пор спал. Не заметить такое было сложно - за все то время, что Ньют находиться в Глэйде, это лишь второй случай, когда он проспал. Чак ускорил шаг и вмиг оказался у гамака со спящим глэйдером. - Ньют? Ты до сих пор спишь? - Чак принялся тормошить светлого взъерошенного парня. Тот очень нехотя распахнул темные ресницы. - Что?.. Я... - После этих его слов, произнесённых сонным голосом, он вдруг прояснился и резко вскочил. Гамак в секунду стал пустым, а сам Ньют вышел из - под навеса и бросил беглый взгляд в сторону, где обычно спит Томас. Затем он перевёл взгляд на тяжелые массивные ворота, закрыв рукой глаза от яркого солнца, из - за света которого приходилось щуриться. - Поздно... - еле слышно пробурчал Ньют, опуская глаза и руку. - Что? Извини, я не расслышал... - Чак вдруг умолк, глядя на светловолосого глэйдера. Взгляд того бегал, а сам он схватился за горло, пытаясь при всём этом не упасть. Это заметило большинство глэйдеров, судя по толпе, вмиг окружившей Ньюта и Чака. - Ньют? Эй, ты меня слышишь? - Чак пытался выбить из парня хоть слово, но тот лишь стоял и бледнел на глазах. Спустя несколько секунд к нему уже подлетели медики, мигом схватив его и потащив в Хомстед. Шёпот толпы переплетался между собой, создавая один сплошной неразборчивый гул. - Чего уставились? Быстро разошлись все работать, - как обычно приказал Галли, хотя, скорее всего, ему самому было интересно узнать о случившемся ничуть ни меньше остальных. Толпа вскоре нехотя и медленно растворилась, а вслед за ней растворился и шёпот.

***

      Вечер. Бегуны, среди которых был и Томас, уже возвращались из лабиринта тяжело дыша. Боль из ног постепенно разливалась по всему телу, сковывая даже легкие Томаса, не давая спокойно и ровно дышать. Однако этот день в лабиринте для него прошёл совершенно быстро и незаметно - у него были вопросы, ответы на которые так и не были найдены Томасом - для этого нужно было поговорить с Ньютом.       Bпереди всех бежал Минхо, который скрылся за очередным поворотом. Все глэйдеры уже кажется привычно поступили точно так же. Взору Томаса вдруг предоставился кусочек Глэйда. Смотреть на него отсюда было странно - раньше ведь все было по - другому, наоборот. Совсем скоро все бегуны уже окончательно оказались в Глэйде. Томас, даже малейший вздох которому отдавался ужасной болью в висках, уперся трясущимися руками в такие же трясущиеся колени. Парня вдруг по и без того больной спине похлопал Минхо. - Молодец, шанк. Я думал ты там и часа не продержишься. - Произнёс куратор, слова которого прерывала тяжёлая отдышка, однако, не настолько тяжёлая, как у Томаса. Томас, которому даже дышать было сложно, ничего не ответил. Бегуны привычно разбежались на заслуженный отдых, но у Томаса оставалось ещё одно незаконченное дело.       Cпустя примерно минуту, после того, как дыхание все же пришло в норму, а голова решила не разрываться на части, Томас выпрямился, и немного пошатываясь, направился в сторону плантации, ожидая увидеть там привычную светлую макушку, с обладателем которой ему почему - то так срочно нужно было поговорить. - Томас! - Справа от парня нарисовалась фигура кудрявого Чака, который стремительно приближался к остановившемуся Томасу. - Сильно устал? - Да, нелегкое это занятие, - отреченно ответил Томас, продолжая искать глазами золотистую макушку, которая никогда не тонула в сумерках вместе с остальными глэйдерами. Её невозможно упустить из виду, поэтому, не разглядев Ньюта среди работников плантации, Томас напрягся. - Если ты ищешь Ньюта, то не стоит.       Tомас сразу же перевёл взгляд на Чака. - Что? Что случилось? - А... Ну... Он сегодня снова прилично проспал, я пошёл его будить, а ему почему - то стало плохо, он так побледнел, его медики и забрали... - На последнем слове он остановился, заметив, что Томас ринулся в сторону Хомстеда ещё после того, как услышал о том, что Ньюту стало плохо. Казалось, Томас и вовсе забыл про усталость, стремительно приближаясь к дверям Хомстеда. Когда парень был уже почти у самих дверей, оттуда, словно на зло, выскочил Галли с перебинтованной рукой. - Эй, Томас, куда так торопишься? - он закрыл собой вход в Хомстед. - Тоже повредил чего - нибудь в лабиринте? Мне вот на стройке сегодня балка на руку упала... - Что с Ньютом? - перебил Томас не дослушав "интересный" рассказ Галли. - А, ты об этом... Да ничего особенного, простудился вчера под ливнем, поднялась температура, скоро выздоровеет. Вообще иммунитета нет у парнишки... - Галли сложил на груди руки и прислонился к дверям Хомстеда. - Ясно, - Томас потянулся к дверной ручке, в надежде на то, что Галли хотя бы из малейшей вежливости отойдёт от двери. Но это же Галли. - Нет, нет, не надо, - Галли аж подпрыгнул и снова загородил вход. - Он сказал, что не хочет никого видеть.       Томас вдруг на секунду остановился. Но он ведь не никто для Ньюта, верно? - Я понял, Галли, - более настойчиво проговорил Томас и снова предпринял попытку попасть в Хомстед. - Нет, ни черта ты не понял, Томас. Никого. Понимаешь?       После этих слов оба глэйдера замерли как вкопанные на несколько секунд. Затем Галли все же отошёл пошатнувшись, когда понял, что Томас больше не будет пытаться попасть внутрь. В голове у парня опустело, а в ушах звучало лишь одно.       "Ни - ко - го"