Любимец принцесс.

Прекрасный солнечный день в Академии Коу нес и свои определённые потуги. Кто-то учился, кто-то занимался клубными делами, а кто-то — такой, как Иссей, — «пахал» на студенческий совет. Дело в том, что мужская, немногочисленная общность студенческого совета была отправлена на тренировку к Азазелю, а, так как у них сегодня плановая проверка, им определенно нужна была мужская помощь. Все-таки на то и нужны мужчины, что бы гонять всяких хулиганов и силой забирать нехарактерный материал у других клубов… Но суть пожалуй, даже не в этом… Обитатели оккультного клуба сидели на диванчиках и пили чай с тортиком, при этом активно что-то обсуждая. И так бы это чаепитие и продолжалось, если бы в дверь не постучали. Вошедшие члены оккультного клуба сразу увидели то, что было несочетаемо со студсоветом — перед ними глава студенческого совета, Сона Ситри, — поприветствовала всех со счастливой улыбкой! В чём причина такой неожиданной радости — никто не знал. Даже её лучшая подруга, Риас Гремори, не понимала счастливого настроя у своей подруги. Но потом все стало на свои места. Именно в тот момент, когда Сона Ситри попросила одолжить Хёдо Иссея для помощи в их не легком деле. Вроде ничего такого это не сулит, но для Риас — это весьма подозрительно, особенно учитывая, что её подруга уже давно посматривает на её избранника. То зовет его Исе-кун, хотя раньше называла его по строгому — Хёдо-сан. Да и если вспомнить, она ко всем почтительно относится, в отличие от Иссея. Да и ещё эти взгляды… Ладно, Иссей их не замечает — по непонятным причинам, но Риас… Она давно наблюдает, как подруга постоянно смотрит на её любимого и каждый раз ищет повод для общения… И вот сейчас, это самая подруга, просит его о помощи. С одной стороны, Риас всем сердцем хочет отказать, но с другой… Она не может это сделать. Все же лучшая подруга, да и вряд ли они будут что-то эдакое делать… Наверное. В итоге, скрепя сердце, да и не только она одна, а почти вся женская аудитория оккультного клуба отпустила своего любимого, помочь главе студсовета. Поначалу ничего не предвещало беды — Иссею это даже нравилось. Он почувствовал себя нужным студенческому совету и готов был выложится на полную, до определенного момента… Кто же знал, что ему придется изымать яойные журналы с его участием у других клубов. Да и не знал он, что, как выяснилось, почти все девушки академии сохнут по пэйрингу Иссей/Санджи/Киба. Эх, как тогда у бедного парня крышу сорвало. Чего стоит только сцена, где он сжигает эти самые журналы — и смеётся, как псих. И вот сейчас, морально потрепанный и уставший, Хёдо Иссей сидел за столиком в кабинете студенческого совета и играл в телефон. Помимо него, в кабинете так же находились все прочие девушки студсовета, при этом что-то обсуждая. Вникать в их разговор у парня не было желания, да и чувствовал он, что находится не в своей тарелке — хотя краем уха удавалось вытянуть кое-какую инфу. Однако, как он предполагал, они о нем не очень хорошего мнения, учитывая, КАКАЯ он известная личность. Но все же девушки сумели окончательно обратить внимание парня на себя. Тем, чем девочки обычно и привлекают внимание мальчиком в таком возрасте, — обсуждениями о мальчиках. В их разговоре были упомянуты многие парни, но вот про себя он не услышал ни слова. И это, пожалуй, немного наводило на тоску — да, немного… Каждый парень так или иначе хочет знать, что думают про него девушки — пусть и не любимые. И, сам того не осознавая, он задал вслух вопрос:  — А что вы думаете про меня? На это заявление все женские обитатели студенческого совета вдруг притихли и как-то странно улыбнулись, хотя сам парень этого не заметил, тоскливо понурив голову. Подошедшая к нему Кусака Рей усиленно размышляла об этом вопросе, или делала вид, набивая цену таким размышлениям. Какого было его удивление, когда она ответила почти молниеносно. — У тебя красивое лицо и хорошее тело, да и сам по себе ты — добрый и отзывчивый. Но вот девушки, что окружают тебя, очень страшные. Они определенно не позволят, чтобы соперницы попытались тебя захомутать. — «Так вот что они про нас думают. Не знал, что мы смотримся именно так», — пронеслось в голове у парня. Перед продолжением Хёдо успел додумать: — «Но догадывался!» Мысли прервала все та же Кусака Рей, которая приблизилась к нему и проговорила:  — Но это не значит, что мы сдадимся без боя, — после чего утянула парня в глубокий поцелуй. Через секунду, за которую успели замереть сердца всех присутствовавших в кабинете дам, поцелуй Рей и Иссея был разорван под громкий чмок и два страстных вдоха. Иссей не подавал никакого виду, его лицо стало таким же непроницаемым, как лицо жнеца смерти, Беннии, сидевшей в тёмном углу комнаты. Рей внутренне сжалась, вдруг осознав, а правильно ли она поступила, поцеловав парня, который даже не говорил, нравится ли она ему. Но все размышления ушли на второй план, как трясущиеся от подступавшего к горлу возбуждения, руки обхватили упругий зад девушки. Кусаки вздохнула ещё глубже, вытянулась и подалась грудью к лицу парня. Все присутствовавшие молча наблюдали за тем, как два тела вились, словно змеи, не зная, как обняться и за какую часть тела друг друга схватиться. Их пригвоздило к полу той обжигающей атмосферой, сгустившейся над Иссеем и Рей. Они миловались почти как молодожёны: Исе рыскал по открытым от одежды участкам тела девушки, плавно проводил по ним языком и губами, под конец кусая Рей за мочки ушей и выбивая из её горла полусмех-полустон. Все продолжали стоять на месте. Когда их губы снова соприкоснулись в ещё более жадном поцелуе, настолько, что Момо и Томоэ, стоявшие вместе, были готовы отдать себя на заклание за то, что услышали самые настоящие чавки, точно возлюбленные поедали друг дружку. Юра принялась кропотливо, интенсивно ласкать себя между ног, уперевшись ногами в стену и расставив их, чтобы было удобнее доводить себя до оргазма. Зрелище любимого парня, который так ласково обходился с её подругой у неё на глазах, возбуждало до безумия. — Что ты делаешь, Юра? — почти взвизгнула от возмущения Рирука, то закрывающая глаза, то открывающая. — Нам нужно их разнять… Если они чем-нибудь таким займутся здесь, кайчо-сан нас накажет! — А ты попробуй их разнять! — вдруг шикнула на Нимуру Тсубаса и схватила её таким образом, чтобы подруга не смогла никак пошевелиться. — Нет, я хочу за этим понаблюдать, и чувствую, что ты тоже. — М? В определённый момент страстная атмосфера стала напоминать комедию — Рей и Исе, словно устроившие своеобразное стриптиз-шоу, раскидывали в разные стороны одежду, почти накинув её на головы своим подругам. Девушки завороженно уставились на достоинство парня, которое любовно сочилось соками и дрожало в цепком кулачке Рей. — Хочешь меня? — Рей покрутила пальцами по всей длине члена, оголила головку от крайней плоти и сильно обхватила её ладошкой, заставив Хёдо почти что выгнуться от удовольствия. Лбом она прижалась к его лбу, с наслаждением рассматривая его пресс и похотливый взгляд, который как бы намекал: пусти — я тебя трахну, стоять не сможешь. — Хочу, Рей… — Х-хорошо, потому ч-что… Я тоже уже не могу. Девушка нависла промежностью над членом Исе, хлестая головкой складки своей киски и получая от того неописуемое удовольствие. — Видела это в каком-то хентае, — девушка набрала в рот слюны и плюнула на член Хёдо, обильно обмазав его, обласкав так, что даже мошонка Хёдо с редкими волосками была обмочена донельзя. — Чем они заняты? — в абсолютно своей, непринуждённой, как будто ничего и не происходит, безэмоциональной манере спросила мрачный жнец. Юра с удовольствием ей объяснит, даже покажет… — Поразительно… Я как будто… Я не знаю, что делать с этим комком, горящим внизу живота, — почти со слезами на глазах пропищала Рирука и так же, как и Цубаса, расставила ноги вширь, чтобы помассировать киску, неприлично сочащуюся соками. Стоило Нимуре притронуться к клитору, как тело накрыла пламенная волна из неприлично сильного удовольствия и неописуемых эмоций, она заскользила по стене и опустилась пятой точкой на пол. Ей ещё долго пришлось вытирать слёзы от столь мощного оргазма. — Приготовься… Сладкий, — Кусака упёрла головку члена в свою киску, а второй вцепилась в грудь Хёдо, слегка сдавив кожу ноготками. Девушка нависла телом полностью перпендикулярно достоинству Исе, а затем резко опустилась на него, вскрикнув, но тут же замолчав — и вместе с ней будто смолк весь жар и возбуждение кабинета. Перестали дышать даже другие девушки. Хёдо выдохнул… А Рей вцепилась ноготками в его грудь — до крови, в свою — до нового стона. — Больно. — Я знаю. Драйг, усиление! — появившийся Сверхартефакт облачил левую руку хозяина в мощную и крупную металлическую рукавицу, издал громогласный возглас, а затем влил в девушку небольшой пучок энергии. Изумруд на тыльной стороне ладони погас, сменив цвет на тёмно-синий. — Драйг, команда: Антитеза. Обхватив бёдра Рей, Иссей ощутил, как сильно она сжимает его теперь. Его организм не был к такому подготовлен, поэтому парень одно резкое, спонтанное движение — и со стоном вылил в девушку всё накопившееся в его яйцах возбуждение. Кусака стонала слишком долго, чтобы Иссей перестал действовать. Она любила его — и через Драйга, и через их собственный секс — он это ощутил. Он развернул Рей спиной к себе и посадил на свой член. Его член был прекрасно смазан её соками, а киска любвеобильно сочилась его семенем, смазывая и без того липкое достоинство. Когда матка встречалась с головкой члена Хёдо раздавался мимолётный писк — и стон девушки, которая дрожала, не в силах остановить бёдра, быстро и рвано бившие Иссея по ягодицам. В копилку возбуждения Рей упала ещё одна звонкая монета — грудь, которая до сего момента была сильным местом девушки — но сила всегда оборачивается слабостью: парень вцепился в её сосочки с такой дикостью, принявшись их мять и накручивать, что девушка принялась выть в голос. — Что… Ты сделал… Со мной? — Эта способность. Я разучивал её для того, чтобы обращать свою боль или боль моего клана в нашу силу, но в последний момент понял, что могу сделать её ещё и средством приносить удовольствие. КОНЧАЮ, — Исе рыкнул и в последний раз со всей силы насадил девушку на член, сам вскинув бёдра и вклинившись в матку Рей со всей остервенелостью. Его семя выстрелило в девушку, а потом он вытащил член и выстрелил им ещё раз — в сторону девушек. — Люблю тебя, Исе-кун. Исе. Будь со мной. — Если ты желаешь, — теперь они целовались не глубоко, их поцелуй был томным и сочившимся истинной влюблённостью — девушка обнимала Иссея не как парня, с которым только что получила удовольствие, а как парня, которому отдала больше, чем невинность. Своё сердце. — Но желаю не только я, — Рей улыбнулась, изучая Цубасу и остальных. — Вы все? — ополоумел Иссей, когда все девушки вышли вперёд с намерением быть следующими. — Вы все меня хотите или… любите? — Я люблю, — без сомнений произнесла Юра. — И я люблю! — Томоэ вытянулась на цыпочках, подалась грудью вперёд и принялась раздеваться. — Я не уступлю. — И я не уступлю! Я тоже люблю Хёдо-куна! — крикнула Рирука, выскочив вперёд всех уже наполовину раздетой. — Я люблю в тебе твою честность, Иссей, — но первее всех всё же оказалась Бенниа. Никто не ожидал такой честности — или, по крайней мере, раскрепощённости от мрачного жнеца Аида. Девушка опустилась перед Иссеем и Рей на колени и принялась с наслаждением лизать неопадающий член парня, изучая его запах, вкус тела и семени, а также форму члена. — Я полюбила её в тебе. Ты не скрываешь желания. Именно такими являются все мрачные жнецы — они исполняют свой долг и подаются сиюминутным желаниям плоти — потому что никогда не узнаешь, сколько времени проживёшь… — Б-бенниа…-сан? — послышался звук прерывистого глотка, который девушка попыталась сделать с трудом заглатывая массивный член Иссея. Парень выгнулся в напряжении, случайно продвинув член сильнее в глотку девушки. Бенниа покраснела, хотя никто не думал, что подобное возможно. Энергия вернулась в тело Иссея после непродолжительной истомы, он подскочил и со всей силы заполнил сочащийся слюной ротик жницы членом. Он стонал, а она стонала в ответ со всей силы насаживаясь на его достоинство. Звуки прерывистых глотков давно стали песенкой кабинета студсовета. Иссей не мог сдерживать в себе животное. Он обхватил затылок жницы, опустил её головой на стол и стал ритмично трахать в рот, заставляя девушку брызжать слюной и быть его «киской». Бенниа потянулась ручкой к междуножию, с трудом продравшись сквозь одежду к комочку своего наслаждения. Но она поймала оргазм раньше, чем успела коснуться киски — насилование её ротика доставило ей такое неописуемое удовольствие, что — стоило Иссею дать первый залп спермой в её глотке — она застонала и взметнула руку в мошонке мальчика-дракона, сжимая её, точно стараясь выдавить ещё больше спермы и сделать залпы ещё мощнее. Исе с наслаждением наблюдал, как сперма вытекает из ротика Беннии, пока парень придерживает её за затылок и стреляет горячими струями ей на лицо. Последними были Томоэ, Рирука и Юра. Иссей знал, что трудно быть королём гарема — не из-за того, что это не приносит удовольствие, а из-за того что сил может не хватить на всех. Но, ему хватит — у него есть чудо-причуда — Драйг. — Драйг, усиление! — УСИЛЯЮ! Каждое усиление в привычной жизни давало Хёдо уровень неограниченной энергии где-то на полчаса, час, и так вплоть до бесконечности… или предела тела. Если до этого он мог с наслаждением заниматься сексом полчаса, то теперь его определённо хватит на троих и целый час занятий любовью. Девушкам очень нравилось, каким он был — когда не скрывал свои животные инстинкты. Не его извращённая натура, а именно животность, которую мужчина приобретает в момент занятий любовью. Ему хотелось всех троих разом — любая из них сейчас размышляла, как было бы страшно, если бы здесь было гораздо больше дам, например, весь оккультный клуб. Но ни одна не жалела, тем более, когда он шептал им, что любит их — совершенно не притворно, совершенно страстно и похотливо, стреляя глазами на тело каждой. Юра была первой, кто ощутил в себе член Иссея. Парень ни на секунду не подумал сделать это медленно, ведь всякую боль от лишения невинности он конвертировал в айсберг удовольствий, после которых Юра кричала, самостоятельно двигая тазом и насаживаясь на достоинство Хёдо. Даже капельки пота, летевшие в порывах толчков на Цубасу, приносили ей неописуемое удовольствие. Между оргазмами, когда девушка особо сильно сжимала Хёдо, парень любил пошутить над ней и выйти из неё, дав свой член на съедение Томоэ и Рируке, а сам, тем временем, облизывал грудь или клитор Цубасы, окончательно выводя её на какой-то послесознательный уровень. — Люблю тебя, Хёдо-кун, — они поцеловались, заставив Нимуру и Мигуру завистливо уставиться на их сплетающиеся в танце двух кобр языки. — Зови меня Иссей, Юра-тян, и… Я, кажется, сейчас кончу, — Хёдо упёрся пальцами ног в пол и сделал последний толчок, да так, что со всего маху зарядился макушкой в ножку стола, засмеялся, но потом застонал — кончив в утробу Цубасы необычайно сильно. Юра также кончила, но сквозь слёзы удовольствия сдержанно посмеивалась, она поцеловала Иссея в лоб, потом в макушку. — По-моему, не только я хочу твоих поцелуев, — Юра обратила внимание, как жмутся Томоэ и Рирука. — Да, пожалуйста, Хёдо-кун, можешь поцеловать меня… Вот сюда… — Томоэ зарделась, когда указала на своё междуножие. Парень любовно осматривал киску девушки: — Пожалуйста, не смотри на неё так… Она грязная. — Зато… — он притронулся языком к клитору Томоэ и охотно-заигрывающе пошерудил им, заставив Томоэ пискнуть от удовольствия и смущения. — Желанная и красивая, — Иссей издавал чмок при каждом поцелуе Томоэ между ног, а Рей, Бенниа и Юра не без удовольствия наблюдали за происходящим, довольно устроившись на диване, и, молча наблюдая за сексом Иссея с их «младшими сестрёнками». Мигури села на колени, выпятив попку для всё ещё тяжёлого достоинства Иссея, который мечтал проникнуть им в лоно ещё одной своей возлюбленной. Девушка со смущением, но и диким возбуждением раздвинула половинки своей задницы, дав парню прекрасный обзор её намокшей и вылизанной им же киски. Проникнув головкой в киску Томоэ, Хёдо обхватил её за шею и пододвинул к себе лицом, чтобы поцеловать. Он ласкал её язык, пока набирал скорость и шлёпал мошонкой по вспотевшим бёдрам. В Томоэ было необычайно узко — он горел, стонал, двигался и двигался всё быстрее, забыв применить Драйга. Но Томоэ точно и сама забыла, что ей должно быть больно — она лишь кричала. Хёдо уже на подмостках собственного оргазма вспомнил, что должен был сделать… И сделал, усилив наслаждение Томоэ в тысячу раз и чуть не сведя её с ума. Томоэ с криком выстрелила струю и сразу же обмякла в руках Иссея. — Ты последняя, Рирука? — Иссей улыбнулся, положив потерявшую сознание Томоэ на диван, где о ней сразу же принялись заботиться остальные девушки. — Д-да… Будьте со мной нежны, Хёдо… Исе-кун… — Рирука не казалась смущённой, она… пыталась разогреться. — Трахните меня своим… Большим и скользким членом. Девушка попыталась сжать руку на члене Иссея, но он дёрнулся, и тогда красотка опустилась перед ним на колени, рассчитав это как приглашение к сексу. Девушка старательно облизывала каждый участок на члене Иссея, изучала его губами, языком, особенно она любила облизывать его яйца и оттягивать их — чувствуя, как в эти моменты содрогается член. Иссей не выдержал и подтянул Рируку к себе, взял ту под ягодицы и поднял. — Прости, — он сделал сконфуженное лицо. — Не могу больше ждать, хочу трахнуть тебя в киску, — он резко выпустил девушку из захвата, и она очень сильно и глубоко приняла в себя член Хёдо. Её ноги мгновенно опоясали таз парня, а сам парень с тихими рыками вклинивался в киску Рируки, сдавливая матку. — Исе… Исе… Пожалуйста… Исе… — Рирука, прости… — он применил Драйга ещё раз. От настигнутого оргазма девушка сжалась необычайно сильно, а Хёдо только этого и ждал. Почувствовав приятное сжатие, он вдавил Рируку в рядом расположенную стену и сделал ещё несколько мощных, упорных толчков, замерев в предчувствии разрядки. Рирука закричала на несколько секунд раньше, чем горячий потоком семени одним выстрелом устремился в открывшуюся матку девушки. Поток был таким мощным, что Иссей отключился от удовольствия, а Рируке пришлось отстраниться, дабы вытащить из себя член Иссея и дать сперме выйти наружу. Нимура тут же опустилась на колени, слизывая с головки члена остатки семени. — Я тут… Кое-что понял… — Да, Хёдо-кун? — спросила Юра. — Что случилось? — вдруг начала о чём-то догадываться Рей. — Где Момо-сан? — А ведь… ТОЧНО! За дверью послышались приближающиеся шаги и, как это часто бывает, те самые голоса — голоса тех, кого они только что поминали. Момо-сан шла… с Соной-семпай и Тсубаки. Не успев осознать, что делать дальше, Иссей подозвал с собой Цубасу, и они оба встали рядом с дверями в кабинет студсовета. Приказав всем молчать, Исе перед самым их входом отворил двери нараспашку и показался во всём своём величии — голышом с латной рукавицей Драйга! Сона, завидев парня в таком виде, тут же покраснела и выпала в осадок, а Исе с улыбкой того самого маньяка, которого заставили жечь яойные журналы, схватил кайчо за руку и затащил принцессу в кабинет. Цубаса и Кусака Рей сделали тоже самое с Цубаки-сан и Момо Ханакай. Их ждало ещё целых три, просто потрясающих развлечения!