Полет над гнездом кукушек

Анонимность – лучшая защита мутанта во враждебно настроенном мире.

Профессор Чарльз Ксавьер

- СПЕШИТЕ! ТОЛЬКО СЕГОДНЯ! УНИКАЛЬНАЯ ВОЗМОЖНОСТЬ ПОСЕТИТЬ ДОМА ЗНАМЕНИТОСТЕЙ ВСЕГО ЗА ПОЛЦЕНЫ! СПЕШИТЕ УСПЕТЬ!! Уличный зазывала арабской внешности изо всех сил надрывался, стараясь перекричать стройный гул шумного мегаполиса. Дорогие лимузины, строгие иномарки представительского класса, школьные автобусы, и целые стаи грязно-желтых такси – все было против него этим утром. Стараясь выглядеть как можно более дружелюбно, мужчина лучезарно улыбался каждому встречному, но добивался совершенно противоположного эффекта. Завидев приставучего промоутера, люди старались перейти на другую сторону улицы, пойти другой дорогой, или на худой конец отойти к дальнему краю тротуара. Широко распахнутые над голливудской улыбкой глаза все больше наполнялись отчаянием. Завидев стройную блондинку, идущую прямо на него и судя по всему не планирующую никуда убегать, крикун радостно бросился ей наперерез и с излишним энтузиазмом начал обрабатывать. - Здравствуй, красавица. Почему такая грустная? Улыбнись, день только начинается. – щебетал он без остановки, - Я вижу в тебе настоящий потенциал. Хочешь быть знаменитой? Доверься старому Ахмеду, я покажу тебе дорогу к счастью. Девушка едва заметно ухмыльнулась и привычным расслабленным движением мысли взглянула на разум своего шумного собеседника. Перед глазами появился полуразрушенный город, наполненный автоматными очередями, криками солдат и шепотом спрятанных в подвале безоружных семей. Его поочередно сменили лагерь для беженцев и сырой трюм, на место в котором ушли все сбережения и несколько семейных реликвий. Съемная комната в неблагополучном районе, низкооплачиваемая работа, сварливая жена и двое голодных детей. Нет, не к такому счастью ищу я дорогу. Спасибо, Ахмедушка, но нам с тобой не по пути. Безжалостно показав незадачливому предпринимателю тщетность его бытия, девушка свернула в ближайший переулок. Сзади послышался звук рассыпавшихся буклетов и причитания на неизвестном языке, но ее это ничуть не задело. Ты просто оказался не в то время не в том месте. Кто ж знал, что в первую неделю на новом месте ты встретишься с уставшим мутантом? «Это было грубо» послышался в ее голове знакомый голос. «Иди в задницу» беззлобно ответила блондинка, не разжимая губ «Кажется, мы договаривались без предупреждения не лезть друг к другу. У людей это называется частная жизнь». «Прости, я случайно» судя по голосу, ей действительно было неловко «Я просто думала, что ты еще на работе. А тут это все…» «Ладно, проехали. Так что ты хотела?». «Ну, у вас там такие вкусные пончики» весело ответил голос, как ни в чем не бывало «Я думала, ты возьмешь парочку к завтраку». «Какие нахер пончики, Ирма? Ты ж вчера вечером целый пакет утащила!» «Ну, у меня была долгая ночь. Я немного засиделась…за компьютером». «Опять со своим Анубисом чатилась?» громко вздохнула девушка и остановилась, почувствовав, как ее накрывает теплой волной радости и возбуждения. «Анонимусом. Ну он же такой лапочка, мне с ним так хорошо!». «Ты его даже не видела ни разу» напомнила собеседница, всеми силами борясь с тошнотворными бабочками в животе. «Это не важно. Все равно он милый. Я люблю его. И он меня любит. Вот послушай, что он пишет…» «Нет уж, спасибо. Меня и так сейчас вырвет от переизбытка ванили. Принесу я тебе твои чертовы пончики, только заткнись». «Хорошо. Спасибо, сестричка. Ты лучшая!» радостно прозвенел голосок в последний раз, и снова стало тихо. - Эсме! Сколько лет, сколько зим! – улыбнулся парень за прилавком, завидев девушку, с которой расстался менее получаса назад, - Что привело тебя к нам? - Ха-ха, как смешно, – без тени радости ответила блондинка, - Дай мне штук шесть наших фирменных пончиков и три…два кофе. Получив заказ, она молча направилась к выходу. - Хорошего дня! – послышалось сзади. Не удосужившись ответить, Эсме подняла свободную руку вверх и выпрямила средний палец. Под звонкий смех коллеги девушка толкнула дверь и вышла из забегаловки, в которой работала уже целых три месяца. А до этого был другой бар, откуда ее через месяц уволили за ссору с клиентом. А до этого еще одно подобное заведение, и еще одно, и еще… Многие привыкли считать, что если ты обладаешь сколь-нибудь привлекательной внешностью, то в Голливуде тебя непременно ждет слава и успех. Но на деле большинство милых мордашек ждет одна судьба – работа официантки в придорожной забегаловке или богемной кофейне. До кофейни девушка-мутант еще не доросла, так что приходилось перебиваться ночными сменами в сомнительных харчевнях с не менее сомнительной публикой. Но было в этом и кое-что хорошее – такой образ жизни позволял оставаться в тени, не привлекать лишнего внимания, сохранять анонимность. Никто не знал кем они являются. Это было важнее роскоши и мнимого комфорта. Они живы и свободны, на них не охотятся и не ставят эксперименты. Чего еще желать? Подойдя к дому, девушка подала условный телепатический сигнал. «Заходи, я одна», Ирма отозвалась практически мгновенно. «Где Селеста?» спросила Эсме, заходя на кухню и ставя пакет с пончиками на стол. «Понятия не имею. Ее Светлость ушла по делам еще вчера вечером, и до сих пор о ней ничего не слышно». В проходе появилась девушка, как две капли воды похожая на пришедшую блондинку, но одетая в домашние штаны с нотами и просторную серую футболку. Завидев пакет, она с детской непосредственностью бросилась его разворачивать, и через мгновение уже заталкивала первый пончик себе в рот. Эсме пару секунда с умилением наблюдала за этим зрелищем, затем резко встряхнула головой. «Ладно, наслаждайся. А я пойду в душ и спать». «Как, а ты со мной не попьешь?» огромные серые глаза удивленно посмотрели на нее, а набитый сладким тестом и горячим кофе рот на мгновение остановился. Если б не безмолвная связь, то вопроса было бы не разобрать. «Поем, когда проснусь» отмахнулась Эсме и направилась к ванной «Не ешь все, оставь нам!» добавила она у двери, и вместо ответа почувствовала щекочущее чувство, какое бывает при искреннем и беззаботном смехе. Запершись в ванной и поставив телепатические блоки, она осталась одна. Господи, наконец-то. Совершенно, полностью, по-настоящему одна. Никаких потных рук и сальных шуток, никаких резких криков и навязчивых идей, никаких ванильных пончиков и приторных бесед. Идеальная тишина. Вдоволь насладившись этим состоянием, девушка начала раздеваться, сбрасывая вместе с одеждой всю грязь и суету внешнего мира. С форменным пиджаком ушел в небытие бар «У Эдди», среди работников которого давно не было никого с таким именем. Пуговицы белой блузки одна за другой уносили посетителей, которым не спалось в эту ночь. Бомжи, дальнобойщики, странствующие парочки, и отчаянные романтики, ищущие в ночной тьме некоего вдохновения. Часами они бросали голодные взгляды на полупрозрачную ткань, пытаясь рассмотреть хоть что-то и при этом не попасться. Чтоб увидеть их мысли, не нужно даже быть телепатом. Они жаждали обнаженного тела, обнажая при этом свои души. С легким шуршанием упала на пол юбка, снимающая с ног усталость дороги и бремя случайных встреч. Растворился в прошлом бедняга Ахмед, ничем не заслуживший свою судьбу. Растворился безымянный парень за барной стойкой. Последним до прохладного кафеля дотронулось мягкое хлопковое белье, все еще хранящее тепло тела своей хозяйки. Сестры, которые были не сестрами. Три тела, разделяющие одно сознание. Три индивидуальности, слившиеся воедино. Это не родственные узы, это не любовь, это нечто большее. Ступив под теплую струю воды, Эсме полностью отрешилась от всего и погрузилась в себя. Когда она вышла из ванной, в помещении было тихо. Сняв все блоки, девушка осмотрела комнаты на телепатическом уровне. Ирма все еще сидела на кухне, Селесты не было. Ну и славно, хоть высплюсь. Добравшись до спальни, Эсме скользнула под одеяло и забылась глубоким безмятежным сном. Вокруг только тьма и холод. Тысяча лиц, и ни в одном нет искры жизни. Они везде и нигде. Замершие в глубине веков, где само время замедлило свой ход. День, год, вечность. Больше ничего в мире не имеет значения. Они и есть весь мир. Созданный и спрятанный ждать своего часа. И когда время придет, они пробудятся. Они воссоединятся и исполнят свое предназначение. Весь мир будет полыхать пламенем цвета ее волос. Пламя поглотит их, а они поглотят пламя. И будет оно жить в их сердцах. Я есть огонь и я есть жизнь. Сожгу все, что устарело. Я есть Феникс. С резким вздохом Эсме проснулась. Видение было слишком живым, слишком реальным. Они смогли покорить свою судьбу, но им пока не удалось усмирить память. Воспоминания приходят вновь и вновь. - Все хорошо, это был всего лишь сон, - она услышала тихий вкрадчивый голос у себя за спиной, затем почувствовала прикосновение теплых губ на шее, - Спи, все хорошо. - Селеста? Когда ты пришла? - от неожиданности девушка перешла на громкую речь, забыв про привычную телепатическую связь. - Недавно. Ты там мило спала, что я не решилась тебя разбудить. - Это хорошо. Хорошо, что ты вернулась, - все тише говорила Эсме, прижимаясь спиной к другой девушке, ей сейчас как никогда хотелось почувствовать безопасное тепло. «Все хорошо». «Засыпай» - безмолвно проговорила Селеста и нежно обняла ее. Приоткрыв один глаз, Эсме оценила обстановку. Солнце клонилось к закату, заливая комнату мягким ровным светом. Селеста мирно посапывала в ухо, ни на дюйм не сдвинув своей руки. Девушка аккуратно повернулась к спящей сестре и наградила ее тихим поцелуем. - Просыпайся, соня. Ответом ей было нечленораздельное мычание. Улыбнувшись, Эсме послала безмолвное послание. «Ирма, организуй нам кофейку» Тишина. «Ирма?» И снова тихо. Неужели заснула? Годы практики показали, что пользоваться телепатической связью во сне не только бесполезно, но и небезопасно. Так что придется идти будить вторую соню, и самой все делать. Нехотя сползя с кровати, Эсме направилась на кухню. На столе одиноко ютились помятый пончик и стакан с остывшим кофе. Никого нет. - Ирма! - девушка закричала уже вслух и направилась в комнату сестры, - Ну я тебе сейчас задам. «Что случилось?» раздался заспанный голос Селесты. «Ирма случилась! Эта обжора снова лишила нас завтрака!» ответила Эсме, распахивая дверь, за которой стоял единственный в доме компьютер. Некогда белоснежная занавеска радостно дернулась ей навстречу, отпрянув от распахнутой двери балкона. Комната была пуста. На столе возле ноутбука стояла вторая кофейная чашка в окружении крошек. Белоснежную поверхность, на которой обычно пишут имя, украшал искусно исполненный рисунок кукушки.