Дракон Конохи

      Киллер Би тяжело дышал, лежа под белым одеялом. Медсестра положила на лоб свежую мокрую тряпочку и вышла, оставив в команду из Конохи напротив Райкаге. Подростки склонили головы в уважительной манере, пока Даруи еще раз выслушивал их рассказ. Он до сих пор не верил в жизнь старого товарища и что он потерял контроль над Биджу, с кем был дружен долгие годы. Но при этом никого не удивило, что разум ему вернула именно крестница. Ребята, естественно, упустили тот отрывок, когда и Мината взбесилась. На этом моменте обычно говорил Шикадай, и она постоянно нервно сглатывала и прятала глаза, щеки в первый раз залил румянец. Парни украдкой косились на подругу, искренне жалея.       Даруи вышел вслед за командой и попросил послать весточку Хокаге, что все закончилось хорошо и что его дочь вместе с друзьями ненадолго задержится, по инициативе всех троих, конечно же. В небольшой квартире, которую любезно предоставил Райкаге Мината упала на диван на спину, перевалившись через ручки, и шумно выдохнула. Шикадай скрылся на кухне, чтобы выпить холодного сока, а Иноджин сел напротив Мины, доставая свой блокнот.       -Хорошо, что Би-сама все-таки жив, да? — Мината кивнула, не открывая глаза. — Интересно, он тебя научит?..       -Пускай сначала сил наберется, — послышалось из кухни, а потом показался Шикадай с тремя стаканами с апельсиновым соком. — На-те!       Блондины с улыбкой взяли стаканы и почти за один глоток осушили. И вправду эта команда самая слаженная, ведь парни озвучили мысли подруги, хотя у нее самой язык не поворачивался. Девушка подняла вверх раскрытую ладонь и попыталась выпустить чакру через пальцы, но увидела лишь на концах ногтей слабый синий свет и сжала кулак. Иноджин понял, что она хотела и, покопаясь в своей сумке на поясе, достал три рисовые бумажки, протягивая Минате.       -Помнишь, как нас Мираи-сенсей учила?       Мината кивнула и взяла один, с большим напором концентрируя чакру, бумага загорелась и рассыпалась в пепел на низкий коричневый столик. Иноджин пересказал слова отца, и в конце Шикадай озвучил те же сомнения, что мучили в данный момент всех троих.       -Даже как-то странно… — хмыкнула девушка, опуская глаза на руку. — У Боруто, Химавари и отца стихия воздуха, почему же мне досталось пламя?

***

      На следующий день Мината одна шла в больницу, так как пришел один их ближайших подчинённых Райкаге и сказал, что Би очнулся и хочет увидеть ее. Ребята, сидящие в гостиной, играли в карты и спорили, кто все же жульничает, и приход мужчины удивил их. В палате никого не было, кроме самого Би, который сидел на кровати и всматривался в окно.       -А деревня изменилась за эти два года, — изрек он, когда Мина только вошла. — Йоу, Мината!       -Здрасте, — смущенно улыбнулась та, подперев собой плотно закрытую дверь. — Как себя чувствуете?       -С каких пор ты обращаешься ко мне на «вы»? — еще шире улыбнулся Би и похлопал по стулу, стоящему слева от него. — Ты выросла, Мината…       -Спасибо.       -Когда Уздумаки расстроены, значит враждебно настроены! — Би понял, что сочинил глупость и с серьезным видом кашлянул в кулак. — Вот глуп я, туп я!       На этом моменте Мината не выдержала и засмеялась. Это точно ее крестный, у него никогда не получались осмысленные рифмы, а просто набор созвучных слов. Уже с веселой улыбкой девушка села на ранее указанный стул и по привычке закинула одну ногу на другую, готовая выслушать рассказ Би.       -Так что с тобой случилось? — одновременно спросили они, девушка смущенно отвела взгляд.       -Ты два года считался погибшим… — комок в горле мешал говорить, глаза блестели от набежавших слез.       -Знаю, Даруи рассказал. Так ты значит, чуунин?       -Не отходи от темы! — когда голова Минаты повернулась, при этом прядки смешно качнулись, глаза сердито сверкнули.       -Я сам не понимаю. Помню, как на меня летела Бомба Биджу этого альбиноса, а потом я проснулся в какой-то пещере, вокруг горят факелы. Вроде все…       -А как ты потерял контроль?       -Не помню. Хотя… голос…       -Голос? — светлые брови удивленно приподнялись. — Неужели…       Мината взяла себя за подбородок и слегка отвернулась. Мизукаге что-то такое говорил на собрании Пяти Каге, но тогда младшая Удзумаки не обратила внимание, подперев собой стену и изучая потолок. Но сейчас эти слова словно обрели другой смысл. Так же Мината понимала, что сейчас просто оттягивает разговор про позавчерашнее. А что она скажет? Точнее, как назовет свою новую ипостась? Просто расскажет про ту медитацию на Скале?       -Хи… — шепнули губы, и теперь брови Би полезли вверх. — Я могу…как бы это сказать… управлять драконом… Могу управлять…       «-И куда же подевались все слова?» — раздраженно подумала она, сминая в пальцах красную ткань юбки.       Би и Мината посидели так буквально пару минут, потом мужчина вскочил, игнорируя слова крестницы про отдых, надел свою старую одежду, которую любезно положил главврач на комод и с веселой улыбкой повернулся к блондинке. Кивнув в сторону окна, он спрыгнул с подоконника — благо, больница одноэтажная — и мягко приземлился на землю, посмотрев на тоже окно. Мината быстро подбежала к окну и, увидев улыбку на смуглом лице, укоризненно покачала головой.       -Тебя же надо научить контролировать это, — пояснил Би, понимая, что по-другому эта Мисс Я-Не-Сумасшедшая не последует за ним.       И оказался прав. Услышав это, Мина ловко перепрыгнула через подоконник и так же мягко встала около крестного. Оба прыгнули на ближайшую крышу и побежали в сторону учебного полигона.       -Для начала, — начал было Би, когда они добрались до места назначения, но Мината, которая тяжело дышала, остановила его жестом. — Готова? — утвердительный кивок. — Для начала, сядь во-о-он под тем деревом. — девушка послушно села по старой привычке в позе лотоса. — Ого, ты мои мысли читаешь? Закрой глаза и сосредоточься.       Ресницы сомкнулись, Мината сделала глубокий вдох, чувствуя, как в груди что-то расширяется кроме легких. Сидела она просто так довольно долго, где-то тридцать и сорок минут, просто вглядываясь в темноту. Би сел напротив, смотря на крестницу. Да уж, она и вправду изменилась. Если раньше она была копией Наруто и во внешности, и в характере, то теперь перед ним сидит Минато — мужчина не знал, чем именно похожа на него: прядями по обеим сторонам лица, улыбкой или характером. Пусть они общались мало сегодня, однако спокойный взгляд и плавные движения только слепой не заметит.       Когда солнце встало в зените, вокруг Минаты начал потрескивать, однако она все еще ничего не видела. Би пришлось встать, еще больше напрячься.       « — Восьмерка, будь наготове.»       Сила чакры, исходящая от хрупкого тела, не давал подойти ближе, хотя мужчина и пытался. Но только между ними оставалось менее семи метров, в разные стороны выстреливает кроваво-красные молнии, воздух по контуру блондинки приобретал красный оттенок. Только во время четвертой попытки Мината нахмурилась. Теперь уже снаружи все успокоилось, а внутри бурлило. Девушка открыла глаза, но увидела не полигон и одобряющую улыбку крестного, а темный коридор. Источник света, видимо, тусклая лампочка, был где-то на потолке, но не виден. Справа и слева находились по две деревянные двери с железными перекладинами. Такие обычно ставят в древних тюрьмах. Девушка подошла к той, что слева, и уже подняла руку, но разум вмиг передумал и взял на курс к ближней. Дверь поддалась, однако что-то подсказывало, что в другие попасть не так легко и что в этой комнате ничего хорошего нет, однако она все равно пошла. Посередине, между потолком и полом, зависло…пламя! Огненные языки угрожающе лизали своей тенью четыре стены без отверстий, но привычного потрескивания не слышалось. Да-да, она и вправду думала, что перед ней простой костер, который она нередко зажигала на миссиях. Мината начала делать медленные шаги, и чем ближе — тем больше становились языки пламени, которые тянулись к ней. Светлые волосы и края красной юбки поднимались под ветром, созданный этим явлением. Когда ладонь потянулась к огню так, что расстояние было не больше трех сантиметров, пламя распространилось по всей комнате, стены из каменных стали огненными, а огненные потоки начали крутиться вокруг Удзумаки, которая закрыла лицо руками.       Минату словно вышибло из этого ада в родной мир. Девушка откинулась на спину, тяжело дыша. По лицу скатилось несколько капель пота, было одно желание: проснуться дома, без странной силы внутри. Обнять маму, Химу, послушать Боруто о том, как его достала Сарада своими нравоучениями и что отцу надо бы почаще появляться дома. Пойти в резиденцию Хокаге вместе с парнями, краснеть от слов одного из них и втайне питать к нему не дружеские чувства. Потом после миссии все-таки пойти всей семьей куда-нибудь, хоть в тот же Ичираку, послушать еще раз причину получения своего имени. Вот эту жизнь любила Удзумаки Мината, этот Хи слишком резко ворвался туда и тут же исчез, толком ничего не объяснив и заставив девушку мучаться от неизвестности и страха.       Повернув голову, она увидела обожженные участки травы и десяток мелких веточек, которые явно не давно здесь и лежат на земле не из-за ветра. Тихо простонав, Мина перевернулась на живот и зарылась в колючие травинку, наплевав на запах и что наряд может стать грязно-зеленым. Рядом на корточки опустился Би, положив локти на колени и свесив руки. Ему было жалко крестницу и в глубине души он боялся ее…ее силы, неизвестности. С Наруто все было проще, потому что и он был джинчурики, и до тренировок видел Кураму ни раз. А здесь… Всего раз Хи и Мината виделись, и то это была чистая случайность.       -Я чудовище, Би-сан? — пробурчала Мина, не поднимая головы.       -Глупа ты, тупа ты… Не чудовище ты, просто все эти драконы мне чужды. Я не знаю что делать, но ты сможешь всех уделать! Просто верь в себя!       Мина легла на траву щекой и улыбнулась, ударив кулаком об кулак крестного и одними губами поблагодарив. Би уже давно купил мороженое на палочке и, разломав его, дал Минате. Поедая вкусный лед, девушка попутно рассказывала о том, что видела и радовалась, что рядом есть что-то холодное, ведь порой она чувствовала огонь на своем теле. На вопрос Би, не хочет ли она рассказать все отцу, она потупилась, лишь потом ответила, что надо для начала научиться это контролировать. Мината и так понимала, что скрывать такое от Хокаге нельзя, но и опека ей не нужна.