Дракон Конохи

      Боруто и Сарада застыли, смотря то вслед убегающей Минате, то друг на друга. Они никогда не видели ее такой испуганной, да и с поля битвы она впервые убежала. А что такого ужасного случилось? Она показала, что хорошо владеет Катоном и все… Сарада посмотрела на Саске, который выглядел спокойно, однако в голове прокручивался разговор с Наруто. «Когда она вернулась с задания, потоки ее чакры изменились.» Во время образования этого «щита» Саске ненадолго активировал Шаринган, и увиденное его потрясло. С одной стороны это он видел у Джинчурики, а с другой — что-то совершенно новое. Если смотреть на каналы чакры, то видно, что с голубыми нитями Минаты крепко переплетаются чьи-то жёлтые. Но когда щит погас, желтый цвет, наиболее активный в ладони, пропал.       -Чего застыли? — слегка повысил голос Саске, привлекая внимание детей. — Тренировку никто не отменял. Боруто, покажи, чему научился.        Боруто спрыгнул с камня и пошел на то место, где недавно стояла его сестра, попутно доставая меч, что крепился к его ремню на поясе. Слова, данные два с половиной года назад, не были брошены на ветер: Боруто старался все больше и больше походить на своего учителя. Мината часто шутила, что осталось только волосы перекрасить в черный и забыть о многих эмоциях. Парень сжал рукоятку крепче, удержавшись, чтобы не оскалиться: Учихи могут неправильно понять. Его сестру словно подменили…

***

       Мината быстро вбежала по лестнице, остановилась и начала крутить головой, ища парней глазами. На верхней площадке их не было, иначе давно бы нашла. Девушка подошла к перилам, обхватив металл руками, и слегка перевесилась. В центре парка тоже нет знакомых макушек.        Когда она вглядывалась в противоположный конец, в правом глазу защипало, рука инстинктивно накрыла его. Достав из сумочки круглое зеркальце, Мината приблизила его к лицу так, чтобы было видно лишь глаза. Все такие же голубые, с круглым зрачком и белым белком. Значит, джоуган не появился… У Боруто он вновь пробудился не так давно, полгода назад, и Саске помогает ему освоить новое додзюцу, ища все сильные и слабые стороны. Интересно, а как предки Шарингана и Бьякугана узнавали особенности своих глаз. Конечно, это приходило не за один день, и даже не год, но даже за малое время как-то собирали информацию. Мината вздохнула и посмотрела на ладонь, которой закрывала правую сторону глаза. После того, как она открыла в себе силу Хи, она уже ничему не удивится. Даже если проснется с новым додзюцу. Сжав кулак, девушка скрипнула зубами и нахмурилась, вглядываясь в горизонт. Где же эти придурки, когда так нужны?        - Ха, это даже смешно, — шепнула Мината и наконец отпустила холодные перила из тисков свободной руки. Усмешка проскочила на губах, металл немного прогнулся, и в лучах заходящего солнца вмятина казалась устрашающей.        — Мината-онэ-чан!        — Химавари!        Мината слегка присела, поймав младшую сестру в объятиях. Хината поставила пакеты и вытерла лоб, смотря, как Хима пересказывает старшей свой день в Академии, а потом как будет помогать маме в приготовлении ужина. Мината улыбалась, все так же сидя на корточках, и вставляла комментарии. Походу, у нее все хорошо что с друзьями, что с учебой. Удзумаки вспомнила свои дни в Академии и улыбнулась шире. Самое яркое, почему-то воспоминание — экзамен на Генина. Да уж, Какаши их с Боруто тогда помотал. Брата и сестру считали гениями (ещё одна причина считать их близнецами), но с этим соглашался только мальчик. Мина считала, что гений это тот, кто раньше своих одноклассников становится шиноби, как Какаши или дядя Сарады.        — Онэ-чан, — голос Химавари стал серьезным, Мината наклонила голову, чтобы видеть ее, — ты не могла бы научить меня Технике Клонирования?        — Именно Клонирования или Теневого Клонирования? Если последнее, то тебе лучше пойти к Боруто.        — Не! — девочка покачала головой и с большей уверенностью посмотрела на старшую сестру. — Я хочу, чтобы ты меня научила.        Мината остановилась так, что Хината и Химавари прошли чуть-чуть вперёд и слегка развернулись. Раздумья продлились недолго, меньше чем через минуту лицо озарила улыбка. Блонди кивнула и сказала, что предоставит сестрёнке весь свой выходной, который будет уже через три дня. Химавари весело зажмурилась и поспешила за мамой. Уголки губ Минаты дрогнули. Обхватив ручки пакетов, она сделала шаг и тут же посмотрела через плечо. В кустах точно кто-то сидел, листья ещё шевелились после чужого присутствия.        — Мы дома, мы дома! — весело защебетала Химавари, стуча в дверь.        — Дома кто-то есть? — прошептала Мината Хинате, и та только открыла рот, чтобы ответить, как дверь открылась. — Папа!       Хима обняла Наруто и прошла внутрь, по пути снимая сандалии. Из-за спины отца вышел Боруто, подошёл к Минато и забрал пакеты. При пересечении взглядов она прочла в глазах яркого голубого оттенка тень извинения. Не успели тонкие светлые брови встретиться, как Наруто позвал дочь и развернулся, направляясь к лестнице и тем самым зазывая идти следом. Грозно сверкнув глазами в сторону Боруто так, что он поежился и поспешил скрыться на кухне, Мината послушно двинулась за отцом. На удивление, он завел ее не в свой кабинет, а в ее собственную комнату. По привычке девушка закрыла дверь и уже хотела повернуть ручку обратно, как Хокаге поднял руку, останавливая.       — Боруто или Саске-сан? — прошептала Мината, сжимая кулаки. Если первое, то она не виновата, что брат ляжет в больницу надолго.        — Саске. Но речь не об этом…       Температура постепенно начала повышаться, Мината чувствовала, как правое крыло носа задергалось. Такое всегда случается, когда она злится. Внутренним зрением она увидела, как огонь в той комнате начало разрастаться, тень падала на весь пол. Но она видела того, что видел Наруто, спокойно вглядываясь в ее глаза. Голубая радужка стала темнее, зрачок слегка сузился. Да, она злилась… И даже не знала, на кого именно. То ли на Боруто, что вообще нашел, то ли на Саске-сана, который придумал этот чертов спарринг, то ли на Сараду, из-за которой появился щит, или на отца, что решил завести этот разговор. Но больше всего злилась на саму себя. Какой, к черту, гений, какой «хороший запас чакры», если даже с внутренним пламенем совладать, которое не сопротивляется и которое, если брать в пример Наруто и Кураму, не хочет завладеть ее телом?! Сжав кулаки сильнее так, что ногти больно врезались в кожу, Мина поняла, что ее трясет. От злости и от отчаяния одновременно. Это истерика?        — Какая разница что со мной, 'ттебаса? — тихо прошептала она, чтобы Наруто не услышал дрожь в голосе.        — Мината?        — Какая разница?! — крикнула громче и опустила голову, чёлка закрыла глаза и слезы, которые норовили сорваться с ресниц. И все-таки, истерика. — Я же себя нормально чувствую и никого не… убила…        — Мината, — Наруто сделал шаг вперёд с целью положить ладонь на плечо дочери, но она наоборот отступила, оперевшись спиной об дверь. — Ты права только в последнем.       Мината вздрогнула, все ещё не поднимая глаза, но с интересом слушая Наруто. Что это значит, даттебаса? Она права только в том, что не убивала? А насчёт «нормально»? Может, он ослышался или не так подумал? Пап, не тяни…        — На тебе нет ни царапинки, это да. Но в эмоциональном плане ты чувствуешь себя плохо, — Наруто все же коснулся плеча. — Мината, посмотри на меня. — та упрямо качнула головой, пытаясь сглотнуть комок и вытереть слезы ресницами, кулак так же прижат к груди. — Ладно…       Наруто сел на колено и попытался заглянуть под длинную чёлку. И чего она упрямится, даттебаё? — с улыбкой подумал Узумаки, уже давно догадавшись о слезах. Мината по натуре такая: все время думает, что является умнее своего собеседника, даже если тот знает ее вдоль и поперек. И сейчас думала скрыть истинные чувства под светлой завесой волос, однако не учла одного. Наруто хоть и пропадает весь день на работе, но он ее отец, который знает ее с детства, с которого она не поменялась. А ещё не учла с самой встречи с Хи, что рассказать об этом папе — не неудачная идея, ведь он сам был в такой фигне в ее возрасте и наверняка смог бы потренировать, хотя бы Теневой Клон!        — Теневой Клон… — шепнула Мината и резко вскинула голову. — Ты в резиденции!       Наруто пораженно смотрел на Минату, чьи щеки блестели от мокрых дорожек, но больше всего удивили глаза. Поднявшись на ноги и быстро подойдя к рабочему столу, он взял маленькое зеркало и протянул ей. Девушка подошла ближе и дрожащей рукой (другая прижата к груди) взяла, тут же уронив на пол. Словно в тумане послышался звон разбивающего стекла, а Мина так и застыла с поднятой рукой, смотря перед собой.        — Пап, что случилось? — вооруженный кунаем, в комнату влетел Боруто с такой скоростью, что дверь встретилась со стеной.       От хлопка Мината вздрогнула и словно очнулась, медленно повернувшись к брату. Боруто застыл, инстинктивно сжав кунай, кусочки сложились воедино. Мината и вправду изменилась, и то, что видели все — тому доказательство.       Мината смотрел на мир другими глазами, видя все слишком четко, даже малюсенькую пылинку на чистой ручке шкафа. Благодаря которым она поняла, что перед ней стоит Клон.

Оранжевые глаза с узкими зрачками и выделяющиеся капилляры в уголке.