Дракон Конохи

      Гаара в последний момент закрылся песком, но не успел защитить рядом находившихся. Даруи и Куроцучи откинуло ударной волной. На каждом из Каге уже живого места не было от синяков и царапин. Зато Джиген возвышался над ними, словно Бог, идеально чистый. Пока победа шла в его пользу. Давил руководителей Пяти Стран как букашек, швырял как игрушки. И при этом даже не запыхался.       Мимо пролетела оранжевая молния. Наруто занёс ногу, чтобы попасть по скуле. Джиген одной рукой обхватил щиколотку, поднял тело и обрушил на каменный пол. От головы Хокаге пошли трещины. Тот поморщился, но кровь не пошла. В покрове Лиса врождённая быстрая регенерация Удзумаки работала ещё быстрее. Но даже эта особенность не спасла мужчину от небольшого сотрясения, из-за которого голова начала жутко болеть, мир вокруг поплыл. Джиген ленивым движением отбросил Наруто к его товарищам. Песок Гаары помог не столкнуться ещё раз с твердым полом.       Наруто огляделся. Прошло всего ничего. Каге ещё не валились с ног, только потому что не использовали свои особенно сильные и затратные техники. Джиген же вообще, можно сказать, ничего не делал. Только давал тумаков… Наруто понимал, что победить его будет не просто, но не подумал бы, что настолько. Джиген с лёгкостью успевал за скоростью Курамы, даже ухватить смог. А эта силища…        — И ради чего вы сражаетесь? — подал голос Джиген. — Миру шиноби рано или поздно придет конец. Лучше сдайтесь.        — Сдаться? — прошептал Наруто тихо, но все равно привлек внимание всех присутствующих. — Издеваешься? — обперся об камень (который только несколько минут назад был частью каменной мозаики) и поднялся. — И подвести остальных? — вытер кровь с нижней губы и посмотрел на невозмутимого врага. — Да никогда, даттебайо!       — Роль Каге в том, чтобы защищать эту планету от инопланетных тварей, вроде тебя! — вторила Куросцучи.        — На нас надеются все наши друзья, товарищи и близкие люди, — Гаара поднялся на своём песчаном облаке.        — И поэтому… — Даруи закинул свой меч на плечо.        -… мы никогда… — сказал Чоджиро.        — Не сдадимся и убьем тебя! — хором сказали все пятеро.        — В таком случае… — Джиген прикрыл глаза. — Вы умрёте здесь и сейчас.        Когда он открыл глаза, на противников смотрел Бьякуган в левом и непонятное додзюцу в правом. Из головы Джигена вырос рог. Тело обвила чакра и подняла вверх. Наруто невольно сглотнул. Сейчас с врагом происходило что-то непонятное. Наверно, это даже Шикамару не смог бы предсказать. И не один шпион бы не добыл подобную информацию. Казалось, что показав свою сильную сторону, Джиген показал все свои козыри. Однако именно с этой секунды начинается раскрытие его настоящих способностей. И вместе с этим самый настоящий ад для Каге.

***

      Мината не пожалела, что оставила свою метку на побережье моря Сенсоо. Правда пришлось перемещаться с помощью трёх других меток и отдыхать по десять минут, а затем долго бежать до места, где находится отец. Прогнозы Хи не были особо понятны: насколько сильно Наруто нужна помощь, но в то же время это означало, что спешить особо не нужно. Мол, эти остановки ничуть не помешают. Однако когда девушка пересекла границу Страны Железа дракон сказал поторопиться и выглядел…напуганным.       Мината ускорилась. Руки чесались кидать меченные кунаи на каждые тридцать метров, однако это до сих пор было слишком затратно для организма. Она может упасть в обморок, тут же будет не до помощи Каге. А Хи все подгонял и подгонял. Мината после четырнадцатого «шевелись» не выдержала и рыкнула на дракона, чтобы тот заткнулся. Он сделал максимально оскорблённое лицо, положил морду на лапы и закрыл глаза. Мината закатила глаза, но вместе с «засыпанием» Хи исчезла и обволакивающая энергия. Ну и хрен с тобой, пока не особо нужна, даттебасса!       Следующие полчаса Удзумаки бежала в полной тишине. Ну, как полной. Только щебетание утренних птиц слышалось. Горизонт за спиной начинал светлеть, но над головой все ещё виднелась россыпь звезд. День выдастся солнечным. Это радовало. Солнце придавало энергии и надежду. Тучи были бы плохим предзнаменованием.       Кстати о тучах…В метрах четырех появилась черно-фиолетовая воронка, из которой через секунду выпрыгнул Саске. Растрёпанная чёлка обнажала Ринненган, который со стороны девушки виднелся очень хорошо. Мината замерла на месте и дождалась, когда оба додзюцу мужчины погаснут, а он сам посмотрит на нее или сразу двинется по своим делам. Точнее, к другим Каге.       Саске провел ладонью по челке, закрывая прядями Ринненган, и взглянул черным глазом на девушку.        — Тебе нельзя туда.       Сказал как отрезал. Точнее, приказал. И сразу же развернулся, эффектно взмахнув плащом. Вот только перейти на бег не успел.        — Я пойду.       Мината знала, что слова долетели до Саске. Однако он не спешил разворачиваться или что-то говорить. Будто ожидал, что она продолжит. Прошло двадцать семь секунд, молчание первым нарушил Учиха.        — Тебе туда нельзя, — повторил он. — Тебе нельзя приближаться к Джигену. Неужели так сложно это понять даже после своего похищения?        — Да, сложно. Потому что мне непонятна причина. Почему я нужна ему? Если это из-за силы, мог бы уже тогда ее извлечь.       Саске оставался молчалив и неподвижен. Как статуя. Мината выдохнула. На что она надеялась? Саске не доверяет ей, точнее, ее силе. Сейчас девушка просто задавала вопросы в пустоту, но все равно питала надежду получить на них ответы. Только от кого? От хмурого и молчаливого Учихи Саске? Будь на ее месте Сарада или Боруто, они бы уже давно слушали развернутые ответы. Минате же ловить здесь было нечего.       Она хотела обойти мужчину, но через секунду уже была на предыдущем месте. Живот болел от удара ноги. Казалось, что Саске не сделал ни одного движения, только повернулся боком. Эта скорость и сила поистине поражали…        — Я…не хочу…драться с вами, — Мината поднялась на ноги, держась за живот. — Мне надо…как можно быстрее оказаться рядом с папой…и беречь…       Не успела девушка закончить. Саске повернулся слишком быстро. Вспыхнул Шаринган и послал в голубые глаза гендзюцу. Мината даже ничего не смогла понять. Иллюзия будто обхватила щупальцами и потянула в глубину… В глубину черного зрачка, вокруг которого крутились три томоэ.

***

      Обычная деревянная деревушка, окружённая лесом. Мината хотела сделать шаг, но тело не слушалось. Она посмотрела на свои ноги. Вместо грязной и местами порванной юбки она увидела черные штаны, заправленные в черные высокие сандалии, и конец черного плаща. Значит сейчас она смотрит воспоминания Саске. И может двигаться только вместе с ним…       Саске постоял на месте, оглядываясь, ещё где-то минуту. И вдруг резко повернулся. Мината же даже не поняла, в чем дело. Звук или запах? Почему воспоминание не передавало то, что чувствует хозяин? Мината сейчас была просто духом, запертый в чужой оболочке, только мысли свои.       Тело Саске вдруг вздрогнуло. Одновременно с этим в поле зрения показалась высокая мужская фигура. Пока были видны только очертания, но стоячие волосы, которые покрывали голову, Мината сразу заприметила. За спиной показывался длинный низкий хвост. Возникло четкое чувство дежавю, но девушка не могла понять — кому оно принадлежит. Хотела за советом обратиться к Хи, но не почувствовала его. И заглянуть внутрь себя не выйдет.       Тем временем мужчина приблизился. Теперь можно четко рассмотреть его лицо с правильными чертами, которое слегка задела паутина морщин, черное кимоно, каштановые волосы, немного черные в свете заходящего солнца.       Индра…       Эти мысли принадлежали Саске. В этом Мината не сомневалась, ведь этот мужчина и это имя ей были незнакомы. Сзади раздался топот мелких ножек. К Индре бежала маленькая девочка, на вид года четыре. Такие же каштановые волосы… Только более гладкие и послушные. Эта девочка вызвала массу вопросов у Саске, но не у Минаты… Если бы она сейчас была в своём теле, точно бы упала. Эта девочка так похожа на девочку, которую Удзумаки видела совсем недавно, у костра. И на девушку, которую видела в первый раз прошлым летом и которая приходит часто во снах. Если поначалу Мината противилась гендзюцу и пыталась развеять, то сейчас ухватилась за иллюзию невидимыми пальцами.        — Папа, с возвращением! — девочка улыбнулась, обнажая две дырочки на верхней челюсти. Обычно после этих слов ребенок прыгает в объятия родителя, но малышка замерла в нескольких шагах от отца и сцепила ручки в замок за спиной. Явно хотела о чем-то спросить, но либо боялась, либо стеснялась. — Это…я тут прочитала книгу про печати… Ты не мог бы…        — Хигураши!       От холодного и резкого тона мужчины не только девочка, но и Мината содрогнулась. Разве можно прерывать кого-то, особенно если он с трудом подбирает слова? Удзумаки вдруг хотелось огреть Индру чем-нибудь тяжелым, заступиться за малышку. Но увы… Все, что она могла — молча наблюдать.        — Разве я не говорил тебе перестать мямлить? Наследницу клана Ооцуцуки это не красит.       Индра молча прошел мимо Хигураши к дому. Девочка осталась на месте, опустив голову. Прядки чёлки закрывали лицо. Мината была уверена, что Хигураши сейчас начнет плакать, но хрупкие плечи не дрожали. Только маленькие пальчики сжали ткань юкаты. Значит хочет заплакать, но борется с собой. Мината вдруг почувствовала прилив гордости за эту малышку. Только четыре года, но уже такая сильная морально. Хоть в чем-то тебе «спасибо» можно сказать, — сердито подумала Удзумаки, смотря вслед удаляющейся спине Индры.       Через секунду картинка резко изменилась. Вместо богатой зеленью леса за пределами деревни виднелись голые ветки, на которых лежал снег. Да и действия происходили не где-то в центре деревни, а на окраине. Судя по лошадям — в конюшне. Хигураши Мината отыскала сразу. Здесь ей уже шестнадцать. Не пухлый ребенок с неправильными пропорциями, а стройная красивая девушка. На тоненькой фигуре тёмно-синие кимоно смотрелось идеально, а пучок открывал лицо с острыми чертами. Сейчас Мината могла точно сказать, что от отца Хигураши получила только черные глаза и каштановые волосы.        — Если будете сидеть в таком виде дальше, можете заболеть.       К деревянной перекладине, на которой восседала Хигураши, приблизился парень, старше примерно на два года на вид, с ведром, которое тут же было опрокинуто. На грязный снег повалилась черная жижа. Мината была уверена, что пахнет это не очень, но Хигураши даже носом не повела. Так и продолжила смотреть вдаль.       — Опять отец отругал?       Парень поставил ведро рядом, положил локти на перекладину и так же начал смотреть вдаль. На этот раз Хигураши не оставила его реплику без внимания. Она выдохнула пар из-за рта и посмотрела вниз. Через секунду на плечах девушки оказался слегка потрёпанный теплый плащ, который только недавно укрывал парня. Он сам остался в коротком кимоно и штанах до икры, вся одежда была в заплатках. Сразу видно простого слугу. В Хигураши, наоборот, все говорило о том, что она из высших слоев. Минате казалось, что такие девушки не потерпят на себе нищенские вещи. Но Хигураши посильнее закуталась в плащ и благородно улыбнулась. На щеках даже появился румянец. Она его любит… — пронеслась мысль, а вслед за ней собственное воспоминание Минаты. Этого парня она уже видела, тоже прошлым летом. Тогда, в видениях, он был весь в крови и выглядел старше. Последнее, что он сделал перед смертью — поцеловал шатенку. Неужели он умер из-за их любви?        — Эй, Хигураши!       Справа от пары появились два паренька пятнадцати лет. Похожи как две капли воды. Оба черноволосые, черноглазые, белокожие.       — Ты опять с ним? — один из близнецов сделал ударение на последнем слове и поморщился.        — Отец же запрещает тебе с ним общаться, — вторил второй.        — Что вы тут забыли? — холодно спросила Хигураши.        — Отец зовёт на тренировку, — ответил второй. — И кое-кому сильно влетит, что ослушался его приказа.       Братья гадко засмеялись. У Минаты возникло снова чувство дать оплеуху. Блондинка взглянула на старшую дочь. Та даже бровью не повела. Когда смех прекратился, она недобро усмехнулась и спрыгнула на землю.        — В каком месте я ослушалась приказа? Отец запретил общаться, а не видеться. А за все время пребывания здесь я ни слова не сказала.       Девушка отдала плащ конюху, снова нежно улыбнулась, но когда посмотрела на близнецов, взгляд снова стал жестоким и холодным. Брюнеты испуганно сжались и замерли, пока старшая сестра проходила мимо. А Мината мысленно показала вдогонку Хигураши большой палец вверх.       Следующее место вообще не было похоже на ту деревню. Больше похоже на необитаемый остров. Природа здесь была девственна и невинна. Поднимающаяся по горной тропинке шатенка явно была здесь первопроходцем. А тело Саске вместо с его духом и духом Минаты стояли в тени пещеры, к которой как раз приближалась Хигураши. Саске повернул голову и посмотрел вглубь пещеры. Оттуда явно шло чье-то дыхание, кого-то большого. Стоило Хигураши войти в темноту, как размеренное сонное дыхание прервалось, показался один глаз. Большой, жёлтый, с вертикальным узким зрачком. Нет, не может быть…       Минату охватило чувство дежавю. Дождь обрушивался на Коноху, недалеко гремел гром. Пятнадцатилетняя Мината медитировала на каменной макушке дедушки Минато. Раздался грубый голос, а затем перед девушкой появилась рептилия с красной чешуей и с такими же глазами. Это Хи?       Тем временем Хигураши сложила печати, и вдоль стен пещеры вспыхнули маленькие огоньки. Оранжевый тёплый свет осветил большое красное существо. Теперь у Минаты не было сомнений. Это правда Хи! Дракон совсем не изменился! А ведь с этого времени до их встречи прошло около сотни лет.        — Как может человек беспокоить мой сон?       Вообще не изменился, — грустно ухмыльнулась Мината.       Хигураши наклонила голову набок, будто оценивала. Хи тоже это понял. Он сел на задние лапы, выпрямился и расправил крылья. Наличие крыльев удивило Минату. Хи, которого знала она, был больше похож на обычную ящерицу. Поэтому блондинка начала жадно разглядывать большие крылья. Спереди серые, кожаные, а сзади будто ещё одни когтистые лапы держат.        — Я пришла, чтобы предложить сделку! — наконец ответила Хигураши.       Хи это не понравилось. Он резко опустился на передние лапы всей массой. Даже стены содрогнулись, и около десятка камушек упало. Дракон обнажил два ряда острых зубов, из пасти пошел дым. Он разозлился… Это может плохо кончиться для шатенки. Морда рептилии была близка для ней. Фигурка человеческой самки выглядела так маленькой даже по сравнению с его носом. Мината даже прикинула: рост Хигураши равен примерно трем клыкам Хи. Он же может ее даже в качестве зубочистки использовать!        — Да как ты смеешь, человек?! — взревел Хи. Таким злым и опасным он показался впервые. — Я дракон! Огненный дракон Хи. Я могу одним дыханием обратить тебя в кучку пепла. И ты…        — Огненный дракон? — прервала Хигураши и хмыкнула. — А напомни-ка, сколько подобных тебе осталось? Ты, вроде, единственный.       Хи прищурился. Он понимал, к чему шел разговор, и ему это нравилось, но старался не подать вида, все так же презирая людской род.        — Я предлагаю сделку! — повторила Хигураши. — Я гарантирую тебе защиту, а взамен ты поделишься своей силой!        — И как ты планируешь меня защищать?        — Запечатаю внутри себя.       Мината распахнула рот.       Если ты запечатаешь его в себе, то тогда вы будете повязаны до конца ТВОИХ дней. Если умрёшь ты, Хи тоже умрет.       Хи задумался о том же самом, недоверчиво косясь на Хигураши. Но, судя по всему, решительный вид всегда был его слабым местом. Морда дракона снова опустилась на уровень глаз шатенки.        — Как твоё имя?        — Хигураши. Ооцуцуки Хигураши.       Из пасти дракон снова выдохнул пар. Он соглашался с условиями. Но все ещё не доверял человеку.        — Но ты же понимаешь риски, Ооцуцуки Хигураши? Твоё тело сможет выдержать мою мощь?       Вместо ответа девушка вытащила из-за пояса простой клочок бумаги, сжав его между средним и указательным пальцами. Огонь обволок клочок, и пепел упал к подолу красного кимоно. Обладает такой же природой чакры как и Хи…Мината уже устала удивляться и проводить параллели между действиями Хигураши и своими, но не делать этого не получается.       Хи лег на передние лапы, сложил задние лапы и обнял их хвостом. Был похож на кота, который приготовился ко сну. Мол, давай, Хигураши, начинай прямо сейчас.       Мината хотела увидеть весь ритуал, однако картинка опять поменялась. Кое-что Удзумаки всё-таки не понимала. Почему Хи так быстро согласился? Неужели он не знает, что человек живёт меньше дракона? Или отчаяние настолько его захлестнуло, что он был готов пойти на все?       Следующее воспоминание не отличалось радужностью и яркими цветами. Снова чувство дежавю. Конюх навалился на хрупкую Хигураши. Сама девушка вжималась спиной в стену дома и большими глазами смотрела на парня. Это Мината видела ни раз. Особенно во снах после ухода Каваки. Но закрыть глаза и отвернуться не получилось бы.       Губы конюха шевельнулись, складываясь в «я люблю тебя». Затем поцеловал ошарашенную девушка. Его тело чуть шевельнулось. И только сейчас Мината могла видеть Индру за спиной парня. Он вытащил окровавленный клинок, и труп упал на землю. Хигураши даже не пошевелилась. Шок оказался слишком сильным. Только слезы бежали по щекам, которые были запачканы кровью.        — Я тебя предупреждал, Хигураши, — Индра взмахнул клинком, отряхивая его от крови. — Наследнице благородного клана не предстало общаться с простолюдином.       Хигураши плюхнулась на колени, коснулась дрожащими пальцами бледного лица возлюбленного и обняла. Тело сотрясалось от беззвучных рыданий, слезы капали на белое кимоно парня.        — Ты слаба, Хигураши. Чувства — удел слабых.       Индра развернулся, дабы уйти. Именно в этот момент истерика Хигураши прекратилась. Она бережно положила тело любимого на землю, вытерла слезы рукавом и поднялась. Воздух вокруг нее завибрировал, стал горячее. Дрожащие кулаки обвил огонь.        — «Чувства — удел слабых»? — прошептала она и резко вскинула голову. В глазах горел Шаринган с тремя томоэ, но они слились в один рисунок. Не такой красивый и сложный, как у Саске и Сарады, больше напоминающий спираль. Мангеке Шаринган!        — Да как ты посмел убить дорогого мне человека, отец… Нет, Индра?! — Хигураши делала медленные маленькие шаги, а земля за подолом кимоно тут же вспыхивала жаром. — Ты не имеешь никакого права говорить мне, что мне делать и с кем общаться. С самого детства ты мне слова доброго не сказал, не похвалил. А я из кожи вон лезла чтобы тебе угодить! А сейчас ты, — рука шатенки легла на живот, — убил отца своего внука!       Хигураши пошире распахнула глаза, и одежда Индры загорелась. Пока мужчина справлялся с огнем, Хигураши подошла обратно к конюху и коснулась его плеча.        — Ещё тёплый…- прошептала она. — Запомни, Индра! Я и Хаяте будем перерождаться раз за разом в потомках нашего дитя, пока не станем наконец счастливо жить до самой смерти! И ты, — во взгляде, который был обращён к Индре, было очень много ненависти, — не сможешь мне помешать.       Девушка сложила печати, коснулась себя и Хаяте и исчезла. Будто растворилась в воздухе. Оставила только одного Индру бороться с огнем.

***

      В следующую секунду Мината обнаружила себя в лесу страны Железа. Она упала на колени и поняла, что находится в реальном мире и может двигать своим телом самостоятельно. Напротив стоял Саске и ждал, пока девушка отдышится.        — И как…вы…все это…узнали?        — В одном их измерений была деревня, пропитанная жизненной энергией.        — Как я понимаю, — Мината более-менее пришла в себя, — я — реинкарнация Хигураши, а Каваки — Хаяте? — короткий кивок от Саске. — Но я все ещё не понимаю, зачем нужна Каре.        — Джиген хочет обрести бессмертие и силу Дракона. Для этого ему нужны ты и Каваки. В определенной комнате с заранее приготовленными печатями и кругами фуиндзюцу. Реинкарнации Принцессы Огня и ее возлюбленного должны «сплестись телами», — по виду, последние слова Саске явно процитировал, и они не особо нравились.       Мината почувствовала, как запылали щеки, и через силу сглотнула комок в горле.        — То есть я и Каваки должны…з-заняться сексом перед Джигеном?       Саске даже не стал стесняться эмоций и скривился, но все равно кивнул. Блондинка поджала колени к груди и уставилась невидящим взглядом в землю, осмысливая все. Это уже какая-то бесплатная порнушка получается… К тому же в подарок получаешь бессмертие и силу.Но…        — …я все равно пойду, — додумала Мината вслух и посмотрела на Саске. Тот уже хотел открыть рот, чтобы опять возразить. — Боруто правильно сказал. Я нужна для возвращения Каваки. После вашего «киносеанса» я в этом убедилась, — девушка поднялась с земли и отряхнула зад юбки. — Давайте сделаем так: вы помогаете папе и остальным Каге и заодно отвлекаете Джигена, а я подкрадываюсь внутрь и бужу Каваки.       Саске молча постоял около семи секунд, смотря в голубые уверенные глаза. Его тяжёлый вздох стал положительным знаком, и Мината не удержалась от широкой улыбки.       — Только будешь заходить с черного входа, — бросил Учиха через плечо и наконец побежал вперёд.       Мината все ещё продолжала улыбаться. Перед тем, как побежать следом, она бросила взгляд на горизонт. Солнце все также виднелось наполовину. Значит иллюзия длилась не более трёх минут, хотя по ощущениям прошло около получаса.        — Хи, с тобой я поговорю после всего этого!