В нашем гробе поселился замечательный сосед...

Lord of the Dance - Warriors (тема злодея из спектакля танцевального коллектива Riverdance) Он стоял на одной из неосвещенных верхних галерей. Девушка в его руках лишь молча дрожала, не плача. Дуло пистолета упиралось ей в висок. - Новый Шерлок Холмс? Таки здравствуйте. Как видите, Мориарти перед Вами. Странный ход с моей стороны, не так ли? Кафка дернулась, а Агата заметно напряглась. Да, день Икс настал. Даже не день - момент. Патологоанатом присоединилась к нам, приведя с собой Луку. Луксор со своим помощником наблюдали за нами через скрытые камеры на заводе. А мы... А мы с Вольтером внимательно смотрели за злодеем. Сегодня было воскресенье. Последний день для поимки виновника наших смертей. Байо и Зерт стояли по обе стороны от нас. Нужно было всего лишь заставить убийцу признаться. - Итак, Ви все-таки послушали моего совета, Влад, и пришли сюда. Откуда?... - Выйди на свет. Я знаю, кто ты. - Вольтер как-то странно покачал головой. Злодей рассмеялся и вышел чуть вперед, попадая в полосу лунного света, сочащегося сквозь разрушенную крышу завода. - Ну и кто же я? Вампир? Он оказался... Эмо. Нет, правда. Черно-красная атрибутика, косая челка с покрашенной бардовой прядкой, перчатки без пальцев, армейские сапоги и густо подведенные глаза. Слишком изящное у него, надо сказать, лицо, будто кукольное. Казалось, они с Кафкой из одной партии кукол. У анимешницы, правда, никакой особой атрибутики не было, только волосы были светло-голубого оттенка, а по щекам тянулись следы смытой слезами подводки. - Иезекииль. Хищная улыбка. - Зачем же так официально, Вольтер? Для тебя и твоей очаровательной сестренки я просто Из. Так вот откуда этот странный акцент... - Хотел было с тобой связаться, да боялся, что ты не поймешь моего увлечения, моей работы. Вольтер, тебе не стоило заходить так далеко. - Ты убил их. Иезекииль убрал улыбку. Признайся же! - Нет. Это лишь трагическая случайность. Я убил только свою цель, а они... Попались под горячую руку. Я посмотрела на Байо. Тот отрицательно покачал головой. Не считается. Нужно, чтобы убийца прямым текстом произнес признание. Демон показал на часы - времени осталось мало. Лука еле виднелся в воздухе, как и я. Дьявол. - Перестань преследовать меня, Вольтер. Я убегу, даже когда твои руки сомкнутся у меня на шее. Ты знаешь, что я это сделаю, и никто не будет в силах меня остановить. Ни ты, ни твоя сестра, ни те двое, что сейчас наблюдают за нами. Ни сам Господь. Зерт посмотрел на свои наручные часы, перевел взгляд на Байо и поднял в воздух три пальца. У нас оставалось сто восемьдесят секунд. - Из, признайся. Ты убил их, убил свидетелей! Пристрелил девушку и парня, помнишь? Эмо поднял вверх острый подбородок. В его глазах появилась хитрость. Он явно не собирался признаваться кому бы то ни было в своих поступках. - Я помню все. Злодей внезапно отпустил и толкнул Кафку вниз с галереи. А сам побежал куда-то в сторону. Снизу послышался дикий скрежет. Агата рванула туда. Лязг подпорок раздавался по всему заводу. Узкие коридоры, переходы, визг выстрелов. Агата осталась с анимешницей, а мы побежали за убийцей. Шаг, шаг, шаг, шаг. Сбивается несуществующее дыхание в несуществующих легких. Быстрее, быстрее, быстрее! Нам осталось порядка ста двадцати секунд. - Перестань преследовать меня! Дверь распахивается на крышу. Мы выбегаем. Убийца стоит на краю крыши. Внизу огромная высота. Если он прыгнет, то мы проиграем! - Стой! Эмо отбрасывает пистолет в сторону и зло смотрит на Вольтера. - Я говорил, что тебе меня не остановить! Никто, слышишь, никто не воспринимает мои слова всерьез, даже ты! - шестьдесят секунд. - Теперь, когда меня наконец послушали, я не собираюсь останавливаться! Я знаю, что я делаю! Да, я убил их! Всё замерло. Байо растянул губы в ухмылке. - Ай да ребята, ай да сукины дети. Успели-таки! Убийца непонимающе оглянулся в поисках голоса. Я внезапно почувствовала слабость во всем теле. Стоп. Теле?! Моя бренная тушка в той же одежде, как и в день убийства, обнаружилась на полу с моей душой внутри! И даже скрипка была при мне. Неужели все кончилось? Иезекииль изумленно уставился на приобретших плоть призраков, сиречь, нас. Мы с Лукой поднялись с земли. На наших вещах немного поблескивала засохшая кровь. Такое чувство, что нас вытащили из могилы... Убивец протер глаза и помотал головой. - Не понял... Я же... На крышу запоздало вбежали Хау и Луксор. Продавец, заметив нас, опешило, а его помощник невозмутимо кинул: - Попался, преступник! Не избежать тебе возмездья! Злодей приподнял брови и отступил к краю крыши. - Ви все равно ничего не докажете. Вольтер неожиданно подал голос: - Не докажем, если ты отойдешь от края. Мне интересно, у него полгорода знакомых? А остальная половина города - знакомые знакомых? Иначе как объяснить то, что мы целый фанфик столько времени гонялись за знакомым сатаниста, а? Знакомый, кстати, недобро ухмыльнулся и шагнул с крыши спиной вперед. Все, кроме Зерта и Байо, бросились к краю. Ни-че-го. Ни тебе крови, ни тебе кишок, ни тебе хардкора. Он попросту исчез. И это было странно. Спустя где-то полчаса выяснения имен и отношений, объятий и прочих процедур знакомства, мы всей дружной компашкой (за исключением потусторонних гостей) гуляли по городу. Н-да, ну и приключение. Все вернулось на круги своя. Влюбленные воссоединились, друзья нашлись, и все стало хорошо. Решили отметить. _________________ Проснулась я от жуткой головной боли. Что вчера было? Открываю глаза и вижу престранную картину: сама лежу на полу, головой на ком-то; на диване перед моим носом расположились в обнимку Хау и Луксор (то ли с полом продавец определился, то ли в жанрах все-таки нужен слэш), с кухни разносится аромат пригоревшей яичницы и ругань Агаты; в том кусочке другой комнаты, что открывался мне для обзора, на раскладушке сидела Кафка и с хитрым лицом причесывала светло-голубые волосы, иногда оглядываясь на безмятежно спящего Иезекииля... Мда-а-а. Видать, хорошо отметили. Кстати, голова моя лежала на груди беспробудно спящего сатаниста, в чьей квартире происходила вчерашняя вакханалия. А на его руке... И на моей руке... Какие красивые колечки. Но это уже совсем другая история. Все-таки, удачно я тогда по улице ночной прошлась.