На дне твоего пульсара

- Ай-ай-яй! Чёрт! – он с протяжным шипением выдернул пару игл откуда-то из области заднего кармана. – Дурацкая, всё же, была затея… - Ты в порядке? – Стар протянула руку, помогая подняться после незамысловатого падения на кактусы. – Прости, наверное, и впрямь не стоило через окно. - Нет, ничего, - Марко поспешно помотал головой, - всё хорошо… Он вновь посмотрел на подругу в свете ночного неба: славная, приятно сложенная блондинка примерно его лет с до боли знакомым рогатым ободком и розовыми узорами принцесс Мьюни на белых щеках. На ней было просторное тёмно-зелёное платье из плотной ткани с радужного спектра прямоугольной вставкой в области груди. Правда сейчас, глухой ночью, радуга это походила на полоски разных оттенков чёрного и серого. Стар моргнула, склонившись над раздавленным кактусом: - Это… - она окунула палец в густую зелёную жижицу, вытекшую на землю и с интересом сунула его в рот, - это растение выглядит довольно опасным, Марко. Но я… Я, кажется, совсем не помню, что это… Нам надо как можно скорей скрыться! – она будто бы только вспомнила цель своего визита. – Я не думаю, что меня уже хватились, но нужно перестраховаться… - Стар! – уж очень непривычно было видеть подругу в таком амплуа. Девочка цепко схватила его за руку и потащила куда-то во тьму, мимо изысканно выстриженных накануне кустов. – Ты… Ты сбежала от Высшей Магической Комиссии? - Эм-м-м… Не-е-ет… Хотя… Хотя, наверное, так и есть, - голос её стал немного виноватым. – Они караулили меня по очереди, но зелёный парень с кристаллом постоянно засыпал на своей очереди, вот я и выбралась. Я… Я всё ещё не помню Марко, - они бежали вдоль совершенно пустой улицы, - правда не помню… Из меня выкачали всю чёрную жижу, и я, вроде бы, прозрела, но… - Но?.. – сердце его билось очень тревожно. - Всё как тогда, когда ты позвал меня в том странном мире, Марко… Я помню только тебя. Ты – ключ к моей памяти, понимаешь? Неизвестно, что со мной бы сделали твои магические друзья, если бы узнали. Я подумала, что ты мог бы показать мне все те места, которые мы посещали вместе. Теперь всё встало на свои места. Вот почему его Стар с самого начала показалась какой-то другой. Они остановились. - Знаешь, а ведь это неплоха идея, - удивлённо проговорил Диаз. – У нас ведь было довольно много приключений на Земле. Если ты сможешь заново пережить хоть одно из них, возможно всё станет на свои места. Так, дай-ка подумать: школа явно не подойдёт, не помню, чтобы тебе очень нравилось туда ходить, хм… может быть, кладбище? Ты и Дженна как-то ждали там возвращения призрачного клоуна… хотя, не очень-то хочется шастать по кладбищам ночью. Придумал! Теперь уже он куда-то тащил девочку да собой. - Эй! Погоди, Марко, не так быстро, - впервые за ночь в её голосе пропала тревога и появилось что-то тёплое, тягучее, очень-очень знакомое, - я не успеваю! - Мы почти пришли, Стар. Ох, я прямо чувствую, как ты сразу всё вспомнишь… *** - Пришли! Диаз остановил подругу около небольшого кирпичного магазинчика с сине-зелёной крышей, освещаемой одиноким фонарём. - «Stop & Slurp», - медленно прочитала с высокой вывески Стар. - Ну? – Марко буквально лучился энергией радостного ожидания. Будто бы он показывал ей чудо света, а не что-то совершенно обыкновенное. – Узнаёшь? - Да… кажется, не очень… Прости… - она обернулась через плечо, и глаза её были грустными. – Это место было для нас чем-то особенным, да? Радость в считанные секунды исчезла с его лица. - Прости, - на всякий случай повторила принцесса, - может… ты расскажешь мне об этом… домике?.. - Здесь для нас всё началось, Стар. - П-правда? - Здесь мы впервые повстречали Людо и его приспешников, - юноша грустно улыбнулся подруге. – В твой самый первый день, когда тебя только-только отправили на Землю родители. А меня… - он сделал многозначительную паузу, - меня избрали стать твоим проводником. - Ого… - только и сказала девочка. Она ему поверила, но веселей от этого, увы не стало. - Давай, может, попробуем ещё с другими местами?.. - Нет, погоди, - принцесса медленно подошла к фиолетовой стене здания, встав напротив своего с Марко отражений в чёрном ночном стекле. – Я… Я хотела бы… Она протянула руку, но магазин вдруг противно завизжал, среагировав на касание – включилась сигнализация. - Ой! – Стар отдёрнула кисть, будто ошпарившись и поскорей отпрыгнула назад. – Д… Давай и правда уйдём! Но парню даже говорить ничего было не нужно. Он, даже не успев схватиться как следует за голову, подхватил подругу и рысью бросился наутёк, проклиная себя за то, что упустил такую важную деталь, как система охраны. «Н… Надеюсь, гостей с Мьюни нельзя опознать с помощью отпечатков!» - на миг общая паника вновь отвлекла от грусти. Стар на его плече тихонько улыбнулась. *** - Кстати говоря, эти баки – тоже достопримечательность, - сказал спустя четверть часа Диаз. Они остановись у мусорок в другом конце города, когда стало окончательно понятно, что погони не будет. – Здесь ты любила дожидаться вчерашних пончиков. А ещё впервые встретила Мину Лавберри – твоего кумира с Мьюни – величайшую воительницу, помнишь? Она, кстати, сейчас на Земле, можем заглянуть в гости… - Марко, - вежливо перебила девочка, - думаю, это не то, что сейчас нужно. Я ведь помню тебя, а не кумира… *** Они несколько часов бродили по сонному городу, навестили закрытый «Britta's Tacos» и торговый центр, в котором Диаз недавно покупал Келли одежду. Заглянули на Грязевые Ямы на окраине города и даже отважились пройтись кладбищу и коридорам Академии Эхо-Крика. - Так значит, ничего? – он в сотый раз с надеждой посмотрел на Стар, но та покачала головой. Они сидели, свесив ноги, на пустой сцене, где всего несколько месяцев назад выступала группа «Love Sentence», а они, втроём с Джекки наслаждались живым вокалом и подпевали строкам «Too Little Too Late». Марко попробовал напеть это и сейчас, но принцесса Мьюни не подхватила. Просто не помнила слов любимой песни. - Если подумать, я почувствовала какое-то покалывание в голове, когда увидела большой плакат с опоссумом, но это, наверное, показалось… - она будто утешала его этим, взяв за руку. – Ты не виноват… На горизонте алело первое свидетельство приближающегося утра. На травинках под сценой формировались капли росы. - Я не сдамся, Стар, - убеждённо сказал девочке Диаз. – Сейчас мы вернёмся домой за моими ножницами, и я покажу тебе ещё больше того, через что мы прошли с тобой… Ведь было ещё так много мест. Так много историй… - М-м-м… Мне кажется, что нужно что-то другое, - она задумчиво посмотрела на него, убрав с лица волосы. – Не спроста я помню именно тебя, Марко. - То есть?.. - Ну… Я просто хочу сказать, может, чтобы вспомнить, нужно исследовать не вдаль, а вглубь?.. – очень тихо прошептала принцесса. - С… Стар?.. Но девочка уже полностью развернулась к нему, взобравшись на сырую сцену с ногами: - Мне кажется, я точно вспомню, если ты меня… А потом… лишь прикосновение таких тёплых, чуть влажных губ и выдох подруги, переходящий в его собственный судорожный вдох с мокрым причмокиванием… Ладони Баттерфляй, медленно погружающиеся в его каштановую шевелюру, и то, как она усаживается на него сверху и помогает лечь… «Значит, вот для чего, она пришла ко мне этой ночью…» - Стар, я хочу сказать… Её розовые знаки на щеках пылают обжигающим огнём, и мир, в типичном своём проявлении, тает, выдёргивая из-них землю. Сдавливая всё, перемешивая… *** …и рождая из себя нечто, не принадлежащее этому миру… *** - Я согласен, Стар. - И я согласна, Марко. - В болезни и в здравии, пока смерть не разлучит нас. Во время нападения пиратов и неурожая кукурузы. Во веки веков. Свадебная церемония подошла к своему концу. После недолгих пожеланий счастья от многочисленных Баттерфляев и Йонхансенов, супругов проводили в просторные спальни и заперли там одних… - Ну… Так о чём ты собирался сказать? – тихо спросила Стар. – Тогда, в тот день? - В тот день? – задумчиво переспросил Диаз, касаясь рукой длинных, по локоть, свадебных перчаток любимой. От девушки пахло сладким зефиром и румяной. - В тот день, - она утвердительно кивнула и с улыбкой накрыла его кисть своей. – Когда ты окончательно стал моим… И мягко, насыщенно поцеловала его, чуть вытянув лебединую шейку. Заставляя символы у себя на щеках светиться сквозь пудру. И пробуждать этим светом символы Марко, повторяющие очертания острых месяцев…