На всю жизнь в моей памяти след...

      Страх, непонимание и запутанность. Она сама создала себе эту паутину, которая мучает ее при каждом удобном случае, лишая воздуха и возможностей. Словно маленький котенок, она забилась в угол своих же мыслей, понимая, что правда рано или поздно узнается…       Было три выхода всегда: рассказать всю правду, продолжать скрывать, уйти. На первый вариант никогда не хватало смелости, последний — слишком больно, она уже избегала Кастиэля и знатно пострадала от своего выбора.       «Я не могу его бросить… Но и правду рассказать не могу, не сейчас». — С этими мыслями она открыла сообщения с Красноволосым и стала набирать сообщение с извинениями.       Тяжелый вздох, и сообщение отправлено.       — Я сделала, что ты сказала… — Прошептала Илизабет и легла на белый ковер, закрывая глаза и тяжело вздыхая.       — Молодец, ждем ответа! — После слов Розы сразу же пришло уведомление, Амалия не осмелилась взять телефон, и это сделала Роза.       — В девять часов. — Прочитала та и сразу перевела взгляд на Лию.       — Классно… Осталось около десяти минут, ждем… — Ответила та и вновь закрыла глаза, не собираясь вставать.       Настроения совсем не было, казалось, что силы высосали, как и любые желания. Она была истощена как физически, так и морально… Ужасные чувства.       Десять минут пролетели быстро, и Амалия, попрощавшись с Розой, отправилась к Кастиэлю, аккуратно стуча в двери, которые сразу же открылись. На пороге стоял Лизандр.       — Это Лия! Проходи… — Последние слова уже прозвучали тихим голосом с мягкой улыбкой.       — Спасибо Лизандр… — Все, что смогла ответить беловолосая и прошла в гостиную, усаживаясь на диван, даже не смотря на Кастиэля, а куда-то в пол…       — Газировку будешь? — Спросил Лиз, на что девушка отрицательно кивнула.       Репетиция началась, точнее Лизандр стал читать песню, а Кастиэль его внимательно слушал… На удивление, Амалия никогда не видела таким Каса, лишь только в детстве, когда они застряли в лифте.       Репетиция прошла успешно, вместе они смогли даже что-то сыграть… Что-то новенькое для ушей и так же приятное, в этот раз аккорды были более спокойные, не в таком стиле как раньше.       — Отличная работа Лизандр, а ты как думаешь Лия? — Спросил Кастиэль, последние слова вывели ее из своих мыслей, в ответ она лишь кивнула и мягко улыбнулась, прошептав:       — Отличная песня…       Друзья стали собираться на выход, Лизандр уже одевал куртку.       — Лия, подожди, нужно поговорить. Пока Лиз, до завтра! — Попрощавшись с другом, Кастиэль закрыл двери и повернулся к девушке, сверля ту взглядом и ничего не говоря.       — Что? — Тихо спросила та, опустив взгляд.       — Может, расскажешь, что случилось? Все это время ты вела себя странно, это на тебя не похоже. Ты что-то от меня скрываешь… — Произнес Кастиэль, не отрывая взгляд от девушки. Та лишь в свою очередь спрятала глаза, еще сильнее опуская голову и сжимая ладони, она не собиралась отвечать.       — Разве друзья должны от друг друга что-то скрывать?! — Уже громче произнес тот, чувствуя, как злость начинает кипеть в его жилах, брови сразу же переместились к переносице.       — Я не могу тебе рассказать, не сейчас… Я не готова, прости Кастиэль. Я-я пойду… — Последние слова прозвучали еле слышно, и Амалия вышла за дверь, аккуратно закрывая и оставляя Кастиэля в одиночестве.       Все выходные Амалия провела в одиночестве, они с Касом больше не переписывались, от него было не единого сообщения с последней их встречи. За это время девушка не выходила никуда, лишь сидела в своей комнате и часто спала. Розалия ей звонила, но ответ был одним и тем же: «Прости Розалия, я сегодня не могу».       Чаще всего юная особа спала, в то время, как Кастиэль гулял, репетировал с Лизандром и иногда думал о Амалии, каждый раз задаваясь вопросом: «Что же она скрывала?»       Она была, словно картина, такая знакомая, но непонятная. С одной стороны он ощущал, что знает об этой картине все, но откуда это чувство — неизвестно. Будто она являлась ему во снах, так часто, переходя в привычку.