Глава 53
22 июня 2019 г., 16:46
Хасеки глядела сквозь деревянную занавесу в окно, через эту часть Стамбула несли тело Джихангира. Облеченная в чёрное одеяние Долунай, приложила темные платок к щекам обтирая их досуха от слез.
Все приходят и говорят как соболезнуют моей утрате. Какое идиотское слово соболезную. Вам жаль, что я потеряла сына? Но вам не больно как сейчас мне. В этом дворце его оплакиваю я и мои дети, больше никто не проронит за ним слезу, не помолится о его душе Аллаху.
— Госпожа, к вам повелитель, — угрюмо оповестил евнух, отступая назад к двери.
Женщина продолжала глядеть через окно на улицу, не замечая слов слуги. Тяжелые шаги отдалялись от двери, и становились ближе к Хасеки. Почувствовав на своём теле мужские прикосновения Долунай отпрянула от них как от огня.
— Не надо, — нервно сказала Султанша, оглядывая Селима. На удивление он был трезв, хоть и Хасеки предполагала, что первым его делом после смерти младшего сына станет пьянство.
— Хватит, здесь сидеть, — низким тоном проговорил Султан, оглядывая любимую.
— У тебя есть ещё дети о которых нужно позаботиться.
— Конечно, — нервно засмеявшись Долунай, поглядела другими глазами на мужа.
— А Джихангир значит больше не сын, раз его с нами нет, — слезы покатились по мраморному лицу, обнажая падишаху все горе матери потерявшей ребёнка.
— Ты никогда его не любил, для тебя всегда был лишь Мурад твой первенец от женщины, которая принесла мне одну боль.
— Что ты несёшь? — скривившись от слов Султаны, повелитель отстранённо рассматривал ее.
— А что нет?! Что ты сделал для него? Убийцы моего ребёнка на свободе, а ты сидишь сложа руки!
— Какие убийцы? Он повесился в охотничьем домике, приказал всем слугам убраться, Арджан Ага подтвердил это, когда его допрашивали.
— Подтвердил? И ты поверил?
— Долунай, я тоже потерял сына в тот день.
— Нет и нет, — сделав шаг к нему госпожа указала ему пальцем молчать. — Моего сына больше нет, можешь отпраздновать это со своей Нурбану. Как же ты противен мне, вы все омерзительны.
— Довольно! Я устал от твоих истерик, если не успокоишься, и не станешь уделять должного внимания мне и детям, то отправишься в Эдирне раз я так противен больше никогда меня не увидишь, твоё желание там непременно исполнится.
Селим вихрем умчался из покоев Хасеки, оставляя ее в ещё более потерянном состоянии. Не ожидавшая таких слов госпожа, на мгновение задумалась над его словами. Впервые в жизни не зная что делать, с одной стороны был покойный Джихангир, а с другой Султан Селим. Если ее сошлют в Эдирне, то о воплощении возмездия за сына не может быть и речи. Остаётся лишь одна надежда, что повелитель все ещё любит свою Хасеки и непременно простить необдуманные слова.
***
— Нурбану Султан, все как вы и говорили сбывается, — усаживаясь рядом проговорила Джанфида. — Смерть Джихангира подкосит ее и сделает слабой, а когда она слаба это прекрасный момент чтобы ударить Долунай сильнее. — В гареме уже вовсю говорят о их размолвке с Султаном, — усмехаясь ответила преданная калфа. — Значит пора избавиться от неё, а затем настанет время Селима, — испуганно поглядев на свою хозяйку Джанфида, не могла поверить в услышанное. Это же самое настоящее покушение на Султана. — Вы хотите убить повелителя? — Да, и его место займёт Мурад и первым приказом будет убить сыновей этой польской змеи, чтобы никто из ее детей не остался в живых. — Султана, если кто-нибудь узнает нам.- испуганно заплакала Джанфида боясь подумать о том чем может закончится это дело. — Никто не узнает, как только Долунай исчезнет Селим не сможет вести государственные дела, начнётся бунт, и как будущая Валиде я должна буду спасти эту империю от краха в которую ведёт Селим. Гюль Ага с интересом слушал указания Нурбану своей калфе, довольно потирая мясистые руки. Кажется Султана совершает одну из самых ужасных ошибок в своей жизни, доверяя одно из важных заданий калфе, которая даже не подозревает, что служанка Фарида стоявшая у двери одна из свиты Долунай, но сегодня Гюль решил сам убедиться в услышанном.
