Red Light District / Квартал красных фонарей

На следующий день за завтраком Санс старательно избегал Сесила. Для них обоих будет лучше, если они не станут слишком сдруживаться. Разве что мертвец не смог бы оценить, как мышонок помог Сансу, но мысли о слабом монстре, страдающем вместо него, заставляли душу скелета трескаться. Он не был достоин такой жертвы. Чтобы потянуть время, прежде чем решить, где сесть завтракать, Санс пялился вниз, на чашки с пудингом в конце раздачи. Он почувствовал прикосновение к плечу. За спиной стояла Маффет. — Хочешь попробовать, Санс? — Не… особо. Скелет не был уверен, есть ли у него выбор. Он определенно не сможет заставить себя проходить через это, если будет всегда реагировать так, как прошлой ночью. Но может быть, прожить свою жизнь в наркотической дымке не так уж и плохо? Может быть, он мог бы даже наслаждаться происходящим. Но даже получив настолько сильную передозировку, что из стен на него посыпались психоделические рыбы, он все равно оставался в достаточном сознании, чтобы не желать прикасаться к себе. Может быть, для него нет никакого, так сказать, волшебного решения из-за всего, что с ним не так. Маффет окинула Санса задумчивым взглядом. Взяв чашку с пудингом, она поставила ее к нему на поднос, окончательно все решив, и обнадеживающе улыбнулась Сансу. — Это для тебя на сегодня. Санс никогда прежде не чувствовал столько настороженности по отношению к пудингу.

***

Прежде чем позволить Сансу съесть хоть ложечку пудинга, Маффет отвела его в отдельную комнату. Она разрешила ему переодеться во что-то из его старой одежды, чтобы, как она сказала, почувствовать себя более непринужденно, и, отправив Санса к удобному креслу, дождалась, пока он сядет. Как только Санс присел, ему незамедлительно захотелось подняться. Ему не хотелось, чтобы его так быстро трахнули снова, а все выглядело так, будто именно к тому и идет. Или, может, Маффет собиралась наблюдать, пока он теряется в мучительном возбуждении, которого он не мог желать и не хотел бы чувствовать. Он не был уверен, какой из вариантов хуже. Он только нервно ерзал в кресле. Маффет опустилась на колени и положила руки на подлокотники кресла. — Ну что ж, Санс, я знаю, что ты не выбирал быть здесь, но, на самом деле, тебе не стоит так переживать. Это просто обычная работа. Многие монстры занимаются этим. Они выполняют работу гораздо сложнее чем то, что тебе придется делать, и они делают это без жалоб. Он должен был почувствовать себя лучше от этих слов или ощутить себя мусором? Санс был слишком жалок, чтобы сделать даже то, на что легко способная самая дешевая шлюха? Маффет положила руку на колено скелета. — Не переживай, дорогой. Все будет хорошо. Это совсем несложно. У Санса возникла нелепая идея попытаться объяснить Маффет, как ему страшно. Что страх душит его каждый миг, пока он бодрствует, да и пока спит тоже. Что это ощущение похоже на физическую тяжесть, не дающую ему быстро двигаться или нормально взаимодействовать с кем-либо. Но это не то, чем ты можешь делиться даже за пределами Красного Города. Кто станет воспринимать тебя всерьез, если ты позволил себе пасть так низко, ни разу в жизни при этом не испытав настоящую боль? Один тот факт, что Санс жив, что его единственное очко здоровья не тронуто, уже являлся доказательством, что с этим мог справиться любой монстр. — Я немного обеспокоена твоей реакцией, когда ты случайно принял это в первый раз, так что собираюсь проверить на тебе дозировку. Я думаю, что низкая толерантность может быть как-то связана с твоим 1 ХП… в любом случае, я буду внимательно следить за тобой. Сегодня у тебя не назначено встреч с клиентами, так что расслабься. Несмотря на собственные мысли, Санс немного расслабился. Маффет встала и натянула шесть розовых латексных перчаток с забавными резиновыми рюшками, похожими на кружева. Санс удивился, где она могла взять такие аксессуары в Подземелье. — Ты немного стесняешься секса, правда? Санс больше не расслаблялся. — Прежде чем мы попробуем препарат, я хочу увидеть твою нормальную реакцию. Я прикоснусь к тебе через одежду. Просто дыши глубже, дорогой. Маффет положила одну ладонь на его промежность через брюки. Санс напрягся. Рука не потерла и не погладила и едва ли пролежала там 10 секунд. — Ты в порядке? Она шутит? Она думает, что он такой слабак? Санс сквозь зубы проворчал: — Нормально. — Теперь я прикоснусь к твоей магии. Создай киску, пожалуйста. Он собрал свою магию в паху. Маффет сунула руку к нему в штаны и мягко скользнула пальцем вверх по губам влагалища. Скелету не хотелось считать себя настолько ебанутым, что одного легкого прикосновения хватило, чтобы вернулся зуд и мерзкие ощущения. Он тряхнул головой и свел колени. Маффет вынула руку из его штанов. — На этом все, — она погладила его по спине другой рукой. — Глубокий вдох, сделай глубокий вдох, сладкий. Давай, развей магию, если хочешь. В ту же секунду Санс позволил своему влагалищу раствориться, испытав облегчение от того, что оно пропало. Маффет отошла от него и взяла чашку с пудингом и чайную ложку, которую приготовила заранее. — Это немного поможет тебе. Мне нужно, чтобы ты был честен со мной относительно того, как препарат заставляет тебя себя чувствовать, так я смогу поменять смесь, если на тебе она не действует правильно. И скажи мне, если тебя начнет подташнивать. Маффет очень точно отмерила количество пудинга на чайной ложке, убрав излишки сверху. Несмотря на обстоятельства, Санс не мог не чувствовать себя несколько оскорбленным. Он понимал, что полная чашка этой дряни будет слишком много, но был уверен, что не настолько уж слаб. Она накормила его чайной ложкой пудинга, а потом начала копаться по карманам. — Уже что-нибудь чувствуешь, сладкий? — Э… думаю, дозировка была слишком низкой. Похоже, Маффет, наконец, нашла нужный карман и достала из него небольшой тюбик. — Я так не думаю. Дорогой, ты очень маленький. Дай мне секундочку и скажи, если что-то почувствуешь. И не нужно стесняться, чего я там не видела? Она выдавила содержимое тюбика на перчатки и густо распределила смазку по всем пальцам. Наблюдение за деловитыми движениями длинных пальцев, скользивших друг по другу, размазывая вязкую массу с отчетливым хлюпаньем, заставило Санса ощутить тепло и магию, собирающуюся в паху. Чайной ложки было точно недостаточно, чтобы что-то сделать, а вот ощущения ловких пальцев внутри, растягивающих его, поглаживающих- — Дорогой, ты покраснел. Прошу, будь честен со мной. Тебе нечего стыдиться. Санс поджал ноги и спрятал лицо в коленях. — Нееее, не, не, неа. Ничего не происходит. Вообще ничего. Он даже не думал о том, чтобы специально формировать влагалище, так почему оно уже там? Почему он уже потек? Маффет подошла и коснулась его запястья мокрой перчаткой, но не стала делать ничего, чтобы отнять его ладони от лица. Санс услышал рядом голос паучихи. Ее тон был нежным. — Ты осознаешь, что если решишь соврать мне сейчас, то потом у тебя будет передозировка? К счастью для тебя, я захожу в жилые блоки раз или два в день. Просто не делай таких глупостей, все хорошо, сладенький? — …Работает. — Да, работает, дорогой. Теперь я собираюсь снова прикоснуться к тебе, ладно? Я не причиню тебе вреда. Маффет спустила шорты Санса, скелет подчинился ей. Она обхватила рукой одну из его бедренных костей и прижала к его телу. Другая рука, погладив складки, слегка развела половые губы, а палец третьей руки дотронулся до отверстия. Санс вздрогнул от предвкушения. Свободной рукой Маффет провела по его скуле. Один палец слишком медленно вошел в него. Даже без смазки он был слишком мокрым, чтобы почувствовать боль. Санс ощутил, что его проверяют. — Нужно чуточку больше? Голову Санса посетила одна любопытная мысль — могло ли быть причиной того, что Онион, кажется, всегда знал определенные вещи о настроении Санса, его физическом состоянии, то, что он использовал проверку каким-то необычным способом? Санс никогда не думал пользоваться ей, чтобы узнать что-то большее, чем ХП монстра. Скелет попытался втихаря проверить Маффет. *Маффет. Больше рук, чем может кому-то понадобиться, но она всегда находит применение им всем. Так давно свернув на кривую дорожку, она забыла, что все, чем она занимается по жизни — ужасно.* Это кое-что объясняло. Маффет взвизгнула. — Оох! Не дергайся, дорогой, — она слегка коснулась одной ладонью лица Санса. Палец вышел из него и погрузился снова, сгибаясь, чтобы задеть чувствительную точку внутри. Санс обнаружил, что расслабляется и раздвигает ноги шире без каких-нибудь подсказок. Второй палец вошел в него, а затем третий, все они играли с ним, как на пианино. Санс откинулся на спинку кресла и хрипло вздохнул. — Вот так, милый. Просто наслаждайся. Это было довольно приятно. Может быть, даже близко по ощущениям к тому, как нормальные монстры чувствуют себя, когда занимаются подобным, и все, что понадобилось — принуждение и секс-наркотик, чтобы ослабить внутренние запреты Санса. Несколько рук Маффет, пробравшись под одежду, поглаживали его ребра, позвоночник, бедра. Ему так сильно хотелось попросить большего. И он не понимал, что его останавливает. Он уже буквально шлюха, его первый клиент уже официально забрался к нему под ремень. Совершенно невозможно, чтобы его таинственные упрямые резервы гордости имели теперь хоть какое-то значение, но, казалось, что просьба стать домашним животным все еще была за пределами дозволенного. Маффет выдернула пальцы, Санс протестующе замычал. — Ну-ну, дорогой, потерпи. Двумя руками она снова раздвинула складки, большим пальцем надавила на клитор, и толкнулась внутрь сразу тремя пальцами еще одной руки. От такого резкого рукоприкладства, Санс ощутил, что близок к кульминации. — Ты хорошо себя чувствуешь, Санс? Больше не нервничаешь? Все работает, как нужно? Санс хотел бы, чтобы она не задавала вопросов, требующих таких сложных ответов, когда он так близко. Он хотел только, чтобы она заставила его кончить, почувствовать освобождение, чтобы пальцы продолжали двигаться так же и не останавливались. Скелет застонал и, кажется, Маффет приняла это за ответ. Она сосредоточилась на том, чтобы двигать пальцами по нему, в нем. Ее руки гладили позвоночник и ноги жесткими рывками, и это случилось. Санс дернулся и подался навстречу пальцам внутри, рука замедлилась, резко толкнувшись в него еще несколько раз. Он сжал бедра вместе, как будто пытался удержать это ощущение. — Хорошо, хорошая работа. Это очень обнадеживает, Санс. Теперь давай посмотрим… Я хочу проверить еще и твою выносливость. Санс вздрогнул. Пальцы все еще были внутри него. Почему они все еще внутри? — Что ты… хочешь этим сказать? Маффет заглянула к нему в глазницы, ее выражение было ярким и теплым. — Это очень мощный магический наркотик, дорогой, и я не собираюсь тратить его попусту. Я хочу посмотреть, сколько раз смогу заставить тебя кончить, пока ты под действием препарата. Это прозвучало довольно неплохо. Кому не нравится кончать? Но Санс чувствовал, что с него достаточно, и перспектива большего не казалась ему особо привлекательной. Пальцы снова в быстром темпе задвигались внутри. Санс покорился и расставил ноги, позволив жару и ощущению наполненности снова вернуться. Он уже готовился кончить по-новой. Большой палец кругами потирал его клитор, и Санс ощутил себя на самом краю эйфории, между его ног собиралось сладостное покалывание. Еще одного грубого прикосновения к клитору было достаточно, чтобы принести освобождение. Все сложилось, и удовольствие хлынуло по телу. Но вместе с тем вернулось кое-что еще. Когда пальцы шевелились в нем, вместе с ними внутри извивались черви, и волна удовольствия пришла вместе со слизким ощущением из самых глубин сознания. Он весь чесался. Санс с криком кончил и тут же свернулся в комочек. Пальцы Маффет все так же остались внутри, когда она обхватила своими руками его голову. Голос Маффет звучал встревоженно. — Знаешь, ты можешь попросить меня остановиться, если тебе больно. Что? С чего бы? — Это не больно. Это… ощущение… мерзкое. Маффет в изумлении отпрянула. — ...Мерзкое? В смысле мерзкое? — Эм… как будто… слизко. Будто что-то ползает. — Ты все время себя так чувствуешь? — Нет. Только… только когда там тр-трогают. Или когда мне страшно. — Хмм. Откинься. Я хочу взглянуть. Маффет присела и воспользовалась рукой, которая все еще была в нем, чтобы прощупать внутренности. Она вынула руку, и расширила влагалище. Другой рукой достав из кармана миниатюрный фонарик, она посветила внутрь и присмотрелась. — Онион уже проверял тебя на проблемы… не похоже, что есть что-то еще. Онион проверял его? Так значит, он трогал Санса. Но, видимо, не тогда, когда тот бодрствовал. Санс действительно крепко спит. Маффет протянула третью руку к чему-то, что было у нее за спиной. И когда она вернулась, пальцы покрывал слой липкой паутины. — Все стерильно, дорогой, не волнуйся. Она вынула палец из Санса и заменила его другим, в паутине. Зудящее чувство вернулось, когда паутина вдавилась внутрь, прилипая и отклеиваясь от стенок. — …Ох. — Что? Что за «ох»? Маффет посмотрела на Санса и бодро улыбнулась. — Как ты смотришь на то, чтобы Мойша почистил тебя снова, дорогой? Будет здорово, не так ли? — Черт возьми, Маффет. Не обращайся со мной как с ребенком. Что происходит? Маффет нахмурилась. — Это полностью поправимо. Это совершенно не навсегда. Просто хорошая чистка с очищающей магией, и оно исчезнет. Я обещаю. — Что, тот парень-пугало наградил меня язвами? Ты говорила, что проверяешь клиентов, прежде чем- Маффет выдернула палец, в паутине застряло немного обесцвеченной магии. Она извивалась, как червь, и истекала мелкими каплями слизи. — Паразиты. Думаю, после слияния слизняка с тобой. Они не были в твоей душе, но, должно быть, пробрались бы туда, когда ты начал- Санс? Ты в порядке? — Это было не… только у меня в голове? Эти штуки настоящие… Мир окрасился в черный.

***

Да кто там так стонет? Им стоило бы быть посдержаннее или выключить порно, или что там у них, потому что все, чего сейчас хотелось Сансу, это спать и продолжать видеть сн- Вот дерьмо. Это он. Что-то мощным потоком хлестало в его киску, и это было потрясающе. Пара пальцев копошилась в душе, стимулируя ее, чтобы магия создала лоно, пока он был без сознания. Однако когда он показал признаки того, что очнулся, пальцы извлекли, а поток остановился. Мойша вынул из него шланг. Санс попытался подняться, но его удержала на месте прочная паутина. — Какого хуя!.. — О, прости, дорогуша. Я боялась, что ты можешь начать сопротивляться, когда очнешься, и поранишься. Ты был, ну, знаешь, капельку в панике. Санс остался на месте. Не то чтобы у него было много вариантов. Мойша вытер наконечник своего шланга и посмотрел на Санса. — Еще не все. Вы хотите закончить чистку сейчас? Ему на самом деле дали выбор? Санс перевел взгляд на Маффет. Она ему улыбнулась, но ничего не сказала. Ладно, похоже все на самом деле зависит от него. Он хотел сказать «нет», просто, чтобы ощутить, каково это. Но опять же… — Ээм. — Мойша может почистить вас позже. Это не проблема. Мисс Маффет сказала, что вы можете расстроиться, если я попробую чистить вас, пока вы не спите. — Ээм… — Но если вы захотите услуги Мойши сейчас, это тоже хорошо. Мойше нравится чистить. — Ээм, ну, типа, просто, эм… — О. Если от этого вы возбуждаетесь, то это нормально. Мойша уже привык к такому. — Ээм!.. — Я очень хорошо умею вызывать оргазмы. К тому же, вы все еще под действием афродизиака. — Ладно, ладно, хорошо, делай, просто хватит болтать! Просто… хватит болтать, Мойша. — Вы уверены? — Ради всего святого, просто сделай это. Просто вытащи это из меня. Шланг вернулся и включил распыление. Санса тряхнуло от интенсивности брызг, только паутина удержала его от того, чтобы постыдно выгнуться. Что-то неприятное разрушалось внутри, вымывалось, оставляя за собой только ощущение растущего тепла. И это тепло было унизительным, заставляло огоньки в глазницах закатываться и выманивало из горла глубокие стоны. Но, черт возьми, это было так приятно. Его захлестнула мощная смесь удовольствия и облегчения. — Ха… б-бля… оох… Мойша бросил на него быстрый взгляд. Он выглядел раздраженным, но Санс оставил волнения в прошлом. Его бедра двинулись навстречу шлангу, и тот услужливо вошел глубже. Санс чувствовал, как брызги обмывают внутренности, ощущал, как последние частицы чего-то, цеплявшегося за них, исчезают, и его больше не заполняет ничего, кроме чистой, кристальной воды. Это чувство окончательного очищения подтолкнуло его через край. — Бля, бля, бля! Несмотря на то, что работа была закончена, шланг благосклонно остался внутри, давая возможность продлить оргазм. Ноги Санса дрожали от удовольствия. Потом шланг исчез, и Санс, задыхаясь, откинулся на спину. Что-то распылили ему прямо в лицо. Он вскинул на Мойшу недоуменный взгляд. — Ваш рот… такой грязный. И с этим Мойша заковылял из комнаты, явно оскорбленный.

***

Санс не выходил из своей комнаты, так что Маффет пришлось оставить его там одного. Приближался ужин, и она пришла снова, собственно, как скелет и ожидал, потому что он не явился в кафетерий на обед. Она открыла замок, вошла, а потом постучала в открытую дверь. Совершенно неверный порядок, но как будто всем не все равно. — Как долго ты собрался тут киснуть, Санс? — Я буду киснуть столько, сколько, блять, захочу. — Не веди себя, как непослушный ребенок. Я не в настроении заниматься твоим воспитанием. Я слишком хороша для этого. Маффет захлопнула за собой дверь и подошла к съежившемуся на кровати Сансу. Скелет поднял на нее скорбный взгляд. — Те штуки… они были во мне… неделями. Неделями. — Да, и мы излечили тебя от них, — Маффет взмахнула четырьмя своими руками, как будто праздновала маленькую победу. Верно, он исцелился от этого. Буквально с помощью волшебного исцеляющего секса, ни больше, ни меньше. И это действительно сработало. Санс больше не ощущал мерзкого копошения при малейшем намеке на то, что ему придется заниматься сексом. Маффет заставила его убедиться — она шарила паутиной внутри после того, как паразиты были очищены, и даже тогда Санс немного переживал, но никакой реакции не возникло. Однако это была лишь часть проблемы. Санс осознал это, когда его дневной сон оказался прерван кошмаром. Этот кошмар был знакомым — у него имелись разные вариации, и все включали слизня. Однако раньше сон всегда приносил определенные и очень реалистичные ощущения. Он думал, что это часть его травмы, но сейчас ощущения были притупленными, не такими заметными. А это значило, что раньше, когда он чувствовал все это, вроде… зуда от слияния с ним магии слизня, червей, хлещущих внутрь, словно сперма… мерзкого шевеления… эти ощущения были настоящими… Санс не думал, что можно почувствовать себя еще более оскверненным. Но проблема уже была решена. И как бы жестоко это ни было, Санс мог понять точку зрения Маффет. Рассуждать об этом сейчас мало того, что слишком поздно, так и совершенно бессмысленно. Но даже если он говорил себе так, от этого ему только еще меньше хотелось вставать с кровати. — Ну, я не собираюсь позволять тебе валяться здесь. — Почему нет? Какая тебе разница, если я пропущу ужин? Когда там в следующий раз мне придется встречаться с клиентом? — Прямо сейчас, если я этого захочу. От этих слов Санса словно ударило током. — Ты же понимаешь, что я была очень мягкой с тобой? С тех пор как ты официально оказался здесь, на тебя уже был составлен список клиентов. И если ты помнишь, еще до этого тобой интересовались некоторые монстры. Собственно, потому я тебя и приняла. Разве это не льстит тебе? Санс вздрогнул в ответ. — Ну, а теперь, дорогой… — Маффет подалась вперед, и Санс почти подумал, что она собирается обнять его. Но когда она прикоснулась к нему, то сжала его запястья и подняла руки над головой. — Онион потратил немало времени, обучая тебя, но я думаю, что то, что тебе на самом деле нужно для большего комфорта — это чувствовать себя беспомощным. Санс с недоумением смотрел на Маффет, пока паучиха опутывала его запястья своей липкой паутиной. — П-подожди… но, мы все еще в моей комнате. — Да? — Мы н-не можем делать этого здесь. Маффет подпрыгнула на кровати и легко перескочила на потолок. — Не понимаю, почему нет. Это просто комната. Какая разница? Разница на самом деле была, но скелет не мог сформулировать причину. Маффет прикрепила нить к потолку и спустилась по ней, зависнув над головой Санса. Она схватила его запястья, связала их вместе, а затем начала тянуть нить так, что он оказался подвешен над кроватью, его ноги болтались в воздухе. Санс с трудом вдохнул, Маффет спустилась по паутине и заглянула ему в лицо, повиснув вниз головой. — Мне это… не нравится. — Я знаю, дорогуша. — Я н-н-не хочу этого. — Ох, сладкий. Никого не волнует, что ты хочешь. Верно. Маффет съехала ниже и взяла Санса за ноги, заставляя его поднять их. Сансу не требовались паразиты, извивающиеся в нем, чтобы живо ощутить, как скрутило его внутренности от того, что его тянут за колени. — Н-нет, нет, нет, нет, нет! От неожиданности Маффет выпустила его ноги. — Дорогой? — Н-н-не… переворачивай меня, п-пожалуйста. Я не могу. Я не готов. Маффет взобралась выше, нить раскачивалась под ней, но не из-за нее, а из-за метаний Санса. Она достала платок и вытерла глазницы скелета. — Это последняя просьба, хорошо, дорогой? — О, Боже, почему это п-происходит, когда… — Тсс, а теперь посмотри на меня, — паучиха обхватила лицо Санса несколькими руками. — Твое тело больше тебе не принадлежит. Оно принадлежит мне. Маффет была не очень хороша в том, что касается утешения. Паучиха перевернулась и встала на пол. Ноги Санса все еще были в пределах ее досягаемости. Она обмотала каждую его лодыжку паутиной и прикрепила концы нитей к полу, Санс оказался подвешен на вытянутых руках, а ноги были разведены так, что он мог лишь слабо пошевелить ими. — Я не хочу, чтобы ты боялся, Санс. Я хорошо забочусь о своих маленьких пчелках. И, насколько я понимаю, я могу позаботиться о тебе даже лучше, чем ты сам смог бы. Маффет взобралась на стену и снова свесилась с потолка, на этот раз, соорудив для себя некое подобие качелей из паутины, на что у нее ушло гораздо меньше времени, чем это должно было занять. Она снова встретилась с Сансом лицом к лицу: он — связанный и обездвиженный, и она — сидящая в изящных плетеных качелях. С ее обычным нарядом в оборках и тем, как элегантно она обхватывала руками нити паутины, Маффет выглядела, словно картина эпохи Рококо. — Ну, а сейчас, как ты думаешь, что с тобой может произойти? Если бы это был клиент, Санс подумал бы, что он пытается его запугать, издевается, пользуясь его незнанием, но, наверное, в намерения Маффет подобное не входило. — Я-я не знаю. — Ты, должно быть, представил что-то. Чего ты боишься? — Ничего я не представлял. Просто… мне это не нравится. — Ну, хорошо. Как насчет того, что мы сделаем так, что это начнет нравиться тебе немного больше? Маффет взяла чайную ложку с чем-то. Она поднесла ее ко рту Санса, и он тут же отвернулся. — Нет… нет! Не заставляй меня принимать это! Паучиха схватила Санса за подбородок и открыла его рот другой парой рук. Она сунула ложку внутрь, и скелету пришлось прекратить свою борьбу. Он сглотнул. — Вот и все. Вот и все. Больше так не суетись, — она сжала его скулы. Дожидаясь, пока наркотик подействует, Маффет игралась с меховой оторочкой капюшона куртки Санса. — Хм. Тебе на самом деле идет. Интересно, смогу ли я придумать тебе костюм, который будет больше походить на этот… в конце концов, это практически твой фирменный знак. Когда пальцы Маффет скользнули по его лицу, пока она перебирала мех, к скулам Санса прилил жар. Реакция на такое невинное прикосновение была чем-то невероятно смущающим, несмотря даже на препарат, подготовивший тело к сексу. Маффет задумчиво разглядывала покрасневшее лицо Санса, а он отчаянно пытался спрятаться обратно в капюшон. — Ты правда так изголодался по любви? Бедняжка. Она намеренно погладила лицо Санса, потерла кончиками пальцев его виски, легко коснулась руками скул, а потом челюсти. Санс втянул воздух сквозь зубы и попытался сжать ноги вместе, но нити держали крепко. Паучиха уже видела все, но ему все равно не хотелось, чтобы она смотрела вниз в этот момент. Маффет скользнула руками ниже, помассировала его плечи, а потом потянулась к воротнику, чтобы погладить ключицы. Дыхание Санса сбилось — она опустила взгляд, точно так, как он и думал, что она сделает, потому что здесь у него не могло быть никакой личной жизни. Он был не из тех, кто заводился от простых поглаживаний, как какое-то похотливое животное, и не хотел, чтобы кто-то заметил в нем это. Даже Онион с его требованием объявлять свои оргазмы не заставлял Санса чувствовать себя таким уязвимым. Маффет ласково посмотрела ему в глаза и легко чмокнула в щеку. — Знаешь, если ты немного подумаешь, то сможешь заметить, что это место не такое плохое для тебя. Это, наверное, единственное место, где ты можешь признаться, что тебе нужны прикосновения и получить то, что хочешь. Она просунула пару рук в его шорты и потерла бедра вверх-вниз. Ее умелые пальцы заставили его дергать ногами, но паутина все еще крепко держала. Он хотел, чтобы эти пальцы помассировали чуть выше, там, где бедра встречаются с тазом, просто немного… — Хочешь мои пальчики, Санс? — …Нет, я… я не хочу… я не… Маффет использовала другую руку, чтобы провести пальцем по половым губам Санса через ткань шорт. Она немного отвела палец, и за ним от его промежности потянулась ниточка смазки. Маффет хихикнула. На шортах скелета постепенно разливалось липкое мокрое пятно. — Неужели ты уже? Санс не был уверен, имела ли она в виду то, что он создал свою киску, или думала, что он уже кончил от ее прикосновений. Он попробовал еще раз спрятать лицо в мехе капюшона, но у Маффет все равно оставался достаточно ясный обзор. — Я не… формировал это специально. Паучиха вскинула руку и прижала ладошку ко рту, всем видом демонстрируя неподдельное удивление. — Ты даже не можешь это контролировать? Ох, Санс, это замечательно. Если бы ты только мог делать что-то такое милое и спонтанное по команде. — Тогда это не было бы спонтанным, — пробормотал Санс. — Не надо дерзить, — Маффет откинулась в своих качелях и осмотрела его сверху вниз. — Я вспомнила, что чего-то не хватает, — она снова наклонилась к нему. — Мы можем обойтись и без твоих комментариев, не так ли? Она покрыла одну из своих рук паутиной и поднесла ее к лицу Санса. К его рту. Санс дернул головой в сторону. — Нет! Я… в смысле. Я не хотел этого говорить. П-прости. Не заклеивай мне рот. — Ох, Санс, я просто поддразниваю тебя. Это не наказание. Как это может не быть наказанием? Голос Маффет доносился как будто откуда-то издалека, Санс резко втянул воздух. Она несла какую-то чушь о том, что беспомощность якобы может помочь тебе почувствовать себя свободным, свободным от забот или ответственности, и, может быть, такое действительно работает, если это то, чего тебе хочется. Но Санс не знал, что с ним произойдет, как только он окажется неспособен двигаться или говорить. Не сможет дышать… Не то, чтобы ему это было необходимо, но сама перспектива неспособности заставляла его паниковать. Рука Маффет снова приблизилась, чтобы заклеить его рот, и Санс ощутил тот же ужас, который испытал, когда Онион впервые сказал, что ему не разрешается просить остановиться. Он резко отвел голову. — Нет, нет. Маффет, не делай этого, пожалуйста, не делай, я не вынесу, не смогу… Лицо Санса дернулось в сторону, скулу будто обожгло. Ему потребовалась секунда, чтобы понять, что Маффет дала ему пощечину. Он замер и перевел на нее расфокусированный от шока взгляд. Скелет ощутил, что она проверяет его. Ну, это бессмысленно. Я не умер, это уже говорит тебе все, что нужно знать. Санс был на грани скатывания в сплошную жалость к себе. Но это принесет ему только больше проблем, поэтому он сделал все возможное, чтобы сдержаться. И единственный способ, которым можно все остановить — это сдаться, и, в конечном счете, все закончится. Возможно, скелету даже придется убедить Маффет, что ему нравится происходящее, если ему не хочется, чтобы она преподнесла очередной сюрприз вроде этого. По крайней мере, наркотик делал все немного проще. Хотя Санс, вроде как, надеялся, что вместе с возбуждением он заставит его немного расслабиться. Но препарат не притупил остальные чувства, просто ненасытное желание вылезло поверх их, что приводило к довольно противоречивой смеси с учетом его паники. Санс глубоко вздохнул и попытался посмотреть в глаза Маффет. Он сделал это, а потом опустил взгляд, как пристыженный ребенок. — Ладно. Ладно. Я… буду хорошим. Я не буду с-суетиться. Маффет приподняла его подбородок одной рукой. — Нет, нет, это ты прости. Мне не следовало срываться. Ты ведь так устал, правда? Сегодня был очень длинный день, — паучиха приблизила свое лицо и прошептала. — Шшш. Все будет хорошо. Этот день совсем скоро закончится. Она накрыла его рот рукой в паутине и склеила челюсти. Затем Маффет извлекла что-то из кармана — маленькое розовое яйцо-вибратор с пультом на шнурке. Количество связанных с сексом предметов в ее карманах соперничало с карманами Кларенса, полными атрибутов для пыток. Неудивительно, что он считает ее врагом номер один. Паучиха нажала на кнопку на конце шнура, и яйцо начало колебаться. Она покатала им по заклеенному рту Санса. Скелет приглушенно замычал. Не отрывая яйцо от его тела, Маффет скользила им ото рта к грудной клетке, а затем к тазу и, в конечном счете, прижала к мокрому пятну на шортах. Санс снова попытался дернуть ногами. Маффет просунула вибратор в его шорты и убрала пальцы, держась только за кнопку на конце шнура. Яйцо давило на весьма неудовлетворительную точку, слабо дразня своей вибрацией. Маффет увеличила скорость, от чего ощущение стало только еще невыносимее. Препарат делал все горячим, чувственным, заставлял желать жестких прикосновений. Даже если она не станет трогать яйцо, ей достаточно только дунуть на него, и уже можно надеяться на оргазм. Подвывания Санса стали более настойчивыми. — Тсс-тсс, предвкушение делает все только лучше, не так ли? — Маффет прижала руку к его промежности и покатала яйцо. Хныканье Санса переросло в задушенные стоны. — Вот так, я уверена, что сейчас тебе довольно хорошо, да? Маффет взяла яйцо пальчикам через шорты, обвела им клитор, а затем прижала. Бедра Санса вздрогнули, а из его горла вырвались животные звуки. Маффет нежно скользнула ладонью по его лицу. — Спорю, сейчас ты чувствуешь себя ужасно глупо, потому что так сопротивлялся раньше. Яйцо медленно переместилось от клитора ниже и замерло там, щекоча вход. Затем отдалилось. — Ммф! — Тише, тише. Мы просто меняем позицию. Маффет сжала ноги Санса и рывком выдернула их из паутины. Она стянула его шорты, подняла ноги так, что его согнутые колени оказались на уровне плеч и закрепила их еще большим количеством паутины, так что Санс оказался подвешен в этой согнутой позиции с разведенными ногами и магией, выставленной на показ. Маффет опустила взгляд. — Может, мне стоит выдать тебе миленькие трусики? Так подобные игры стали бы немного веселее. Она снова провела яйцом вдоль его киски, и сейчас, когда ноги Санса не крепились паутиной к полу, дрожь заставила его раскачиваться. Ему показалось, что он услышал, как его смазка капнула на пол. Маффет подняла голову и посмотрела на паутину, связывающую руки скелета. — Наверное, не очень удобно. Она подрегулировала высоту собственных качелей и втащила Санса к себе на колени, сняв часть нагрузки с его плечей, а потом ввела в него яйцо и прибавила мощность. — Мм! Маффет использовала все свои незанятые руки, чтобы поглаживать Санса под одеждой, пока вибрации приближали его к кульминации. — Сейчас у тебя такая милая мордашка. Может, мне стоит отправлять тебя с заклеенным ртом ко всем клиентам? — Мм… ммг! — Говоришь, я красотка? Ох, да брось, ты мне льстишь. Пошла ты, Маффет. Она надавила на его клитор большим пальцем, уменьшила вибрацию до самой слабой, а потом выкрутила контроллер на полную мощность. Санс был благодарен, что паутина склеивала его рот и притупляла звуки, которые он издавал, кончая. Он ощутил лужу, собравшуюся под ним на коленях паучихи. Маффет выглядела довольной. — А ты не так уж плох. Хочешь, я помогу тебе кончить еще раз, пока ты не вышел из-под действия наркотика? Сансу хотелось изобразить, что с ним все в порядке, чтобы так избежать новых тренировок с ней потом, но ему не удалось заглушить жалкие хрипы, рождавшиеся в горле. — Хорошо, хорошо, давай закончим, — она похлопала Санса по голове. — На сегодня все. Теперь ты можешь отдохнуть.

***

Когда Маффет, наконец, опустила Санса вниз, распутала узлы паутины и оставила его на вечер, ему больше не хотелось идти в кровать. Он не хотел видеть паучиху в своей комнате, ему самому не хотелось находиться в этой комнате, ему срочно нужна другая, с этой теперь что-то не так. Санс не мог подобрать слов, чтобы сказать о том, что его беспокоит в этой комнате, и, прежде чем он успел обдумать свои ощущения, Маффет пожелала ему спокойной ночи и закрыла дверь. По дороге к кровати Санс случайно вступил в мокрое пятно на полу, и все его тело одеревенело. Он пробормотал себе под нос: — Тут грязно. Свернув куртку, как подушку, он устроился спать на полу в дальнем углу комнаты. Ему снилось, что он орал на Маффет, за то, что она опутала всю комнату паутиной, кричал ей, что Мойша никогда не сможет счистить паутину с него, потому что в ней поселились маленькие паучки. Следующим утром Санс проснулся со слезами отчаянья, все еще окрашивающими его скулы, и иррациональным гневом на Мойшу.